Турция с политико-географической точки зрения связана со многими регионами: она граничит с Европейским Союзом; по другую сторону Чёрного моря находятся Украина и Россия; на северо-востоке расположен Южный Кавказ, а также она граничит с Ближним Востоком; через Средиземное море связана и с Северной Африкой. Такое выгодное положение во многом определяет политику страны и отношения с соседями.

Тюркский мир.

Как всякий крупный империалистический хищник Турция имеет свою идеологию. Идея тюркского мира даже своим названием до боли напоминает идею одного известного северного соседа.

Тюркский мир — концепция, основанная на идее общего культурного, исторического, экономического пространства, связанного с Турцией и тюркским наследием. «Турция – это больше, чем Турция», – говорил президент Эрдоган академикам из Научно-исследовательского совета TÜBİTAK. «Мы, как нация, не можем сужать свой горизонт до 782 тысяч квадратных километров. Турция и турецкая нация не смогут убежать или спрятаться от своей судьбы». [1]

Концепция используется в современной внешней политике Турции, особенно через такие структуры, как Организация тюркских государств. Таким образом эта идея распространяется на такие страны, как Азербайджан, Казахстан, Узбекистан, Киргизия, а также на ряд регионов России (Татарстан, Башкирия и Тыва). Центром идеологии является концепция пантюркизма — объединение тюркских народов посредством культурных, образовательных и частично политических проектов.[2] Товарооборот Анкары со странами организации увеличился с 2015 года в два раза и достиг в прошлом году 12,6 миллиарда долларов.[3]

Турецкие дроны используют Азербайджан, Узбекистан, Туркменистан, Кыргызстан. Казахстан заключил договор о производстве дронов на своей территории.

С Азербайджаном у Турции особое партнерство: турецкая поддержка и оружие помогли ему в конфликте с Арменией. Даже существуют лозунги: “один народ, два государства”, “братская страна”. Сотрудничество между двумя странами также значительно расширилось в экономике. Например, после 44-дневной войны почти все инфраструктурные проекты в Карабахе стоимостью в миллиарды долларов были без тендера отданы турецким компаниям, близким к Эрдогану. Аналогично, инвестиции азербайджанских компаний, связанных с семьей Алиевых, в Турцию день ото дня растут. Турция также участвовала в продаже российского газа в Европу под видом азербайджанского.[33]

Тюркский мир распространяется не только на тюркские страны: государство проводит активную внешнюю политику и на Ближнем востоке, пользуясь своим географическим положением. «Те, кто спрашивает, что Турция делает в Ливии, Сирии и Сомали, вероятно, не понимают смысла наших действий. Мы должны признать и принять ту миссию, которую нам как нации, назначила история, и действовать соответственно», – заявил президент Эрдоган после падения режима Башара аль-Асада.[4] Миссию, которую назначила туркам история все понимают отлично. Правда, не всем туркам, а лишь горстке их олигархов. Миссия эта точно такая же, как и у любых других буржуев – делать деньги везде, где только возможно и любым способом.

Свою великую миссию Турция осуществляла в Сирии , поддерживая там оппозицию минимум с 2011 года. Сирия, бывшая под властью Османской империи более 400 лет, также считается частью нового тюркского мира. Власть там была захвачена протурецким ополчением «Хаят Тахрир аш-Шам» (HTS) и Свободной сирийской армией. Вскоре после падения режима Асада в Дамаск прибыли глава разведки Турции Ибрагим Калын и глава разведки Катара Хальфан аль-Кааби, чтобы поговорить с новыми правителями о политическом будущем Сирии.

Турция в 2025 году приступила к созданию нескольких военных баз на территории Сирии, что является частью соглашения о военном сотрудничестве с сирийскими властями. По официальным сообщениям и публикациям, планируется открытие, по меньшей мере, трех крупных турецких баз: в Пальмире, на авиабазе Хомс Тияс (Т-4), на авиабазе Алеппо Менаг. [5]

Но турки были далеко не единственными, кому история назначила быть миссионерами. Израиль активно противостоит усилению турецкого присутствия в Сирии. [8]

Турция действовала против курдских формирований на территории Сирии на протяжении многих лет, т.к. они считаются Турцией частью Рабочей партии Курдистана, а те в свою очередь признаны террористами. (Не путайте с боевиками “Хайят Тахрир аш-Шам”. Они ни в коем случае не террористы, а законная сирийская власть) Анкара не заинтересована в автономии сирийских курдов, опасаясь, что это стимулирует требования курдов на ее собственной территории.

После смены власти в Дамаске на лояльную Анкаре, можно свободно зарабатывать на послевоенном восстановлении Сирии. Мы же понимаем, что турецкий бизнес делает это не по доброте душевной? А потому что это очень выгодно! Общая стоимость восстановления 400 млрд долларов. В планах реконструкция железных дорог, строительство метрополитена в Дамаске и Алеппо, улучшение автомобильного и морского сообщения, восстановление газопровода Катар-Сирия-Турция. Также турецкие компании будут участвовать в восстановлении жилищного фонда Сирии. В стране повреждены 2 млн домов из 5,5 млн. Есть планы по модернизации сирийских аэропортов. Снижены пошлины и увеличен экспорт турецких товаров в Сирию.[11]

Как видно из вышесказанного, турецкий империализм стремится расширять свою сферу влияния в регионе за счёт относительной экономической и военной мощи. А также откровенно наживается на бедах сирийского народа, вызванных продолжительной гражданской войной.

Газовый хаб.

Турция позиционирует себя как газовый хаб, стремясь стать ключевым энергетическим центром для Европы и Ближнего Востока. С 2025 года в Стамбуле реализуется проект центра газовой торговли совместно с российским «Газпромом» и турецкой компанией Botas. Цены на газ планируется рассчитывать по новому стамбульскому газовому индексу, а инфраструктура создается на базе Стамбульского финансового центра.[12]

Турция планирует расширить импорт газа не только из России, но и других стран: Ирана, Азербайджана, Катара, Омана, Алжира. В 2023–2024 году страна заключила побочные контракты на сжиженный природный газ с Shell, Oman LNG и ExxonMobil. Стамбульский газовый хаб теоретически позволит «обезличить» газ, продаваемый на европейский рынок, чтобы снять риски дискриминации российских поставок.

Но есть проблема: буржуи во всех странах всегда стремятся откусить даже больше, чем могут проглотить. Технические возможности доставки газа из Турции в страны Европы достаточно ограничены. А турецкая буржуазия стремится монетизировать свое выгодное географическое положение, но не желает единолично вкладываться в инфраструктуру.

Имеющиеся мощности газопровода в Европу уже используются почти полностью, и без новых маршрутов специалисты сомневаются в возможности удовлетворения потребностей европейского рынка.[13]

Несмотря на растущие аппетиты, Турция остаётся империалистическим хищником локального масштаба. Поэтому необходимо рассмотреть ее отношения с более крупными империалистами.

Турция и страны Запада.

Турция не только имеет священную миссию нести тюркский мир во все страны региона, но также уже довольно давно помогает США бороться со всемирным злом и терроризмом, и нести демократию непросвещенным арабам, не желающим продавать нефть по выгодной цене. На территории Турции в интересах ВС США используется свыше 50 военных баз и объектов. Сотрудничество в военной области между двумя странами, регламентирующее использование баз, осуществляется с 1954 года. Самым крупным военным объектом США в Турции является авиабаза Инджирлик на юге страны, где постоянно несут боевое дежурство самолеты тактической авиации американских ВВС. Значение американских баз в Турции всегда было очень велико, как для проведения разведывательных операций против СССР, так и для оперативного реагирования на перманентно нестабильную ситуацию на Ближнем Востоке. Американцы активно пользовались ими для проведения операций в Ливане в 1958 году, в Ираке в 1990-1991 и 2003-2011, в Афганистане в 2001-2021, в Сирии.[14]

Также на авиабазе Инджирлик находится крупнейшее в НАТО хранилище ядерного оружия. После вступления Турции в НАТО (1952) США начали размещать ядерное оружие на территории союзников как элемент стратегии «сдерживания» СССР. Турция стала передовым плацдармом на южном фланге НАТО.Развертывание началось в конце 1950-х в рамках натовского «атомного складирования».[35]

В 1961 году США разместили в районе Измира 15 ракет средней дальности PGM-19 «Юпитер» с ядерными боеголовками, способных поражать цели в европейской части СССР, включая Москву. В 1962 году, в рамках урегулирования Карибского кризиса, США согласились вывести эти ракеты из Турции в обмен на демонтаж советских ракет на Кубе; к 1963 году комплексы были сняты. [36] После ухода «Юпитеров» США сохранили присутствие тактического ядерного оружия в Турции в виде авиационных бомб B61.По оценкам экспертов, на Инджирлике хранится около 50 бомб. [37] Присутствие США и НАТО, включая ядерный арсенал на базе Инджирлик, делает Турцию «мишенью» и втягивает турецкий народ в преступления империализма, не имеющие ничего общего с его интересами.Наличие ядерного оружия, полностью контролируемого США также нарушает суверенитет турецкого государства.[34] В 2016 году во время попытки военного переворота в Турции, в Вашингтоне задумались о вывозе ядерного оружия с базы Инджирлик. Тогда во время неудавшегося госпереворота турецкие власти закрыли воздушное пространство в районе базы, также на некоторое время она была отключена от подачи электричества. К тому же из-за отсутствия на базе самолетов, способных применять эти бомбы и невозможности ими управлять без специальных кодов, присылаемых из Вашингтона, и турецкого контроля над воздушным пространством, оперативное применение этого оружия сильно осложняется. В данном случае можно говорить о том, что размещение ядерного оружия в Турции больше служит политическим целям, поддерживая стратегическое сотрудничество США и Турции и престиж Турции в НАТО, несмотря на статус неядерной державы.

С 2011 по 2023 гг выход военнослужащим за пределы базы был запрещен. Сейчас ограничения сняты, что оживляет местную экономику.

С момента возвращения Дональда Трампа дружелюбный Эрдоган прилагает усилия для сближения с США. 16 марта 2025 года президенты провели телефонный разговор, охарактеризованный главой Турции как «очень сердечный» и дающий «надежды на искреннее сотрудничество на новом этапе отношений». Среди обсуждавшихся тем было повышение товарооборота до $100 млрд, визит Эрдогана в Вашингтон, Сирия и оборонное сотрудничество. Последнее включает передачу 40 истребителей F-16 и возвращение Анкары в программу производства и поставок F-35, прерванную после покупки российских комплексов С-400. По данным близкого к Белому дому телеканала «Фокс ньюс», Трамп открыт для продажи F-35, а проблема с российским ЗРК может быть решена путём частичной разборки или перемещением на американскую авиабазу Инджирлик.

«Поскольку наши европейские друзья формируют свою политику на рациональной основе, они понимают важность отношений с Турцией», — заявил Эрдоган, подтвердив «стратегический курс» на вступление в ЕС. Также подписан контракт на приобретение турецкой армией европейских истребителей Eurofighter Typhoon.[16]

Дружба с Президентом США на прошла даром, и 8 августа того же года президенты Армении и Азербайджана в присутствии Дональда Трампа подписали декларацию об установлении мирных отношений, заодно передав эксклюзивное право на прокладку и управление стратегическим транспортным маршрутом, “Зангезурским коридором “, Вашингтону. Глава турецкого МИД Хакан Фидан назвал коридор связующим звеном Турции и «тюркского мира»: «Соглашение в Вашингтоне является очень благоприятным событием». Согласно сайту “Middle east eye” — это была идея Эрдогана. Это контроль единственного сухопутного маршрута товаров и энергоносителей из Китая в Европу и полная блокировка транзита через Россию с юга. А также военное влияние на Иран с севера. Сделка между Вашингтоном, Анкарой, Ереваном и Баку заключалась в тайне на самом высоком уровне. Охранять коридор будут сотрудники американской ЧВК. [17]

22 августа 2025 года состоялась церемония закладки железной дороги Карс — Дилуджу — составной части маршрута, которая свяжет Турцию с Нахичеванской автономной республикой Азербайджана. По словам властей, полностью коридор будет открыт через четыре — пять лет. «Это откроет золотую эру для мировой торговли, особенно для стран, участвующих в проекте “Среднего коридора”», — объявил министр транспорта Турции Абдулкадир Уралоглу. Напомним, что Средний, или Транскаспийский, коридор — активно поддерживаемая Западом инициатива. Он должен связать Китай и Центральную Азию с Европой в обход России и Ирана.[18]

Естественно теплые, дружеские, а главное, финансово выгодные отношения Турция имеет не только с Западом, но и с китайскими партнерами.

Турция и Китай

Турция и Китай в 2025 году поддерживают динамичные экономические, инфраструктурные и технологические связи при умеренном уровне политического партнерства. Китай является одним из крупнейших торговых и инвестиционных партнеров Турции: объём торговли превышает $23 млрд, а Пекин инвестирует в стратегические инфраструктурные проекты, такие как контейнерные терминалы, мосты через Босфор, телекоммуникации и строительство АЭС.

Для Анкары Пекин в первую очередь — источник инвестиций для реализации масштабных инфраструктурных инициатив, не зависящий от финансирования стран Запада. При этом КНР заинтересована в развитии контактов с Турцией в силу ее географического положения, которое открывает прямой выход на стратегически важные сопредельные регионы.[19]

В августе 2025 года прошла встреча Реджепа Тайипа Эрдогана с Си Цзиньпином. Было решено расширять сотрудничество в таких областях, как новые источники энергии, технологии 5G и биомедицина.[20]

Китайские коммунисты-капиталисты поддерживают инфраструктурные проекты турецкого лидера: китайским компаниям принадлежит 65% контейнерного терминала Kumport в Стамбуле, а также 51% моста Султана Селима Явуза. Китай передал $1,7 млрд угольной электростанции Hunutlu в Средиземном море, которая по плану удовлетворит 3% потребностей Турции в электроэнергии. Анкара ведет переговоры о подписании соглашения с Государственной ядерной энергетической технологической компанией Китая о строительстве третьей атомной электростанции в стране. Доля китайских технологических систем Huawei на турецком рынке с 2017 по 2019 год выросла с 3 до 30%. Другая китайская технологическая компания ZTE приобрела 48% производителя телекоммуникационных средств Netaş в Турции в 2016 году. Эта компания управляет такими проектами, как телекоммуникационные системы аэропорта Стамбула и оцифровка национальных данных о здоровье.[21]

Ведущий китайский производитель электромобилей BYD объявил об инвестициях в размере $1 млрд. в турецкое машиностроение, а китайская компания Farasis заключила партнёрское соглашение с турецкой Automobile Joint Venture Group (TOGG) о производстве аккумуляторов для электромобилей.[22]

Многие обвиняют Пекин в том, что он придерживается «дипломатии долговых ловушек»: заманивает развивающиеся или слаборазвитые страны кредитами на инфраструктурные проекты. Получатели не могут погасить их вовремя, тогда Китай добивается экономических или политических уступок. Одним из таких государств может стать Турция.

Как видно из беглого обзора внешней политики, дела в стране должны идти исключительно хорошо. Ведь Турция выгодно сотрудничает с ведущими мировыми державами. И это действительно так, но только у небольшой кучки выгодоприобретателей.

Немного экономики.

Экономический рост после прихода к власти Реджепа Тайипа Эрдогана и Партии справедливости и развития привел к справедливости для кучки капиталистов и развитию промышленно-финансовых конгломератов, но мало отразился на положении трудящихся. В 2025 году около 30,4% населения Турции живут за чертой бедности — это самый высокий показатель среди европейских стран. 10% самых состоятельных жителей контролируют почти три четверти национальных богатств, а самый верхний процент владеет 40%.

В то же время две трети граждан, согласно проведенному в начале марта опросу, признались в ухудшении финансового положения за последний год. Ещё больше испытывают проблемы в удовлетворении основных потребностей: покупке еды, оплате коммунальных услуг. Одной из причин является инфляция. Ее уровень на пике в 2022 году превышал 80%, а теперь опустился до 39%. «Порог голода» — доход, необходимый для полноценного питания семьи из четырех человек — вырос за последний год на 58%, до 23,3 тыс. лир (около 52 тыс. руб.). Минимальная зарплата, которую получает половина наемных работников, меньше этой суммы, составляя 22 тыс. лир.

С 2016 года проведение забастовок было радикально осложнено.После попытки переворота 15 июля 2016 года Турция ввела режим ЧП, который дал правительству право управлять декретами с силой закона.Режим ЧП резко ухудшил условия для независимой профсоюзной деятельности и дал возможность чаще фактически запрещать забастовки, прикрываясь угрозой национальной безопасности. [35] Несмотря на это, по стране прокатилась волна рабочих протестов. Она охватила филиалы зарубежных корпораций (GE Grid Solutions, Hitachi Energy, Schneider Electric) и местные предприятия, такие как производитель оборудования для энергетики Arıtaş Kriyojenik, металлургический завод Yolbulan Metal, табачные фабрики в Измире. В Анкаре с осени 2024 года продолжаются выступления против приватизации угольных шахт и тепловой электростанции Чайырхан. Горняки отказывались подниматься на поверхность, часть из них объявила голодовку.[36]

На стройке АЭС «Аккую», которую строит «Росатом», за последние годы неоднократно вспыхивали забастовки и протесты из-за невыплаты или занижения зарплат, условий труда и безопасности.[33] В марте–июле 2025 турецкие рабочие провели акцию против «замороженных» зарплат, не соответствующих уровню инфляции, затем к протестам присоединились и российские, и другие иностранные работники, заявив о двухмесячной задержке выплат; по сообщениям, численность персонала на площадке сократилась с примерно 12 тыс. до 3 тыс. человек.[34] В июле 2025 акции протеста вылились в блокирование дорог и техники, полиция и жандармерия применяли водометы и дубинки для разгона; «Росатом» связал задержки зарплат с «внешними политическими факторами» и блокировкой части финансирования санкциями.

В ряде случаев трудящимся удаётся добиться повышения зарплаты и улучшения условий труда, но зачастую против них запускаются механизмы репрессий. После начавшихся в феврале забастовок в промышленной зоне Башпинар (провинция Газиантеп) был арестован глава профсоюза текстильщиков, ткачей и кожевенников Мехмет Тюркмен. В то же время крупный бизнес получает всё новые льготы.

Борьба с оппозицией.

Эрдоган любит дружить со всеми, кроме оппозиции в Турции. С людьми, не желающими понять миссию турецкого народа он обходится жестко, как подобает сильному лидеру.

В 2019 году правящая Партия справедливости и развития (Adalet ve Kalkınma Partisi, AKP) потеряла места в крупнейших муниципалитетах Стамбула и Анкары, а в 2024 году Народно-республиканская партия (Cumhuriyet Halk Partisi, CHP) вышла на первое место на местных выборах. Пост мэра Стамбула сохранил Экрем Имамоглу — представитель CHP.

В феврале 2025 года Имамоглу был выбран в качестве кандидата в президенты от CHP. Власти поняли, что кто-то не желает справедливости и не хочет развиваться, и оперативно приняли меры. Уже 19 марта Имамоглу был задержан вместе с более чем сотней сотрудников муниципалитета по подозрению в коррупции и пособничестве “курдским террористам”. После формальных процедур его отстранили от должности и заключили в тюрьму. Кроме него были арестованы более 500 членов CHP, включая два десятка мэров. Несколько телеканалов оштрафованы за “за неправильное освещение судебного процесса”.

Коммунисты в Турции

Генеральный секретарь коммунистической партии Турции Кемаль Окуян в своей статье “Бойкот, республика и революционная позиция” прямо говорит, что никакой демократии в Турции нет. Он объясняет, что не существует “хорошего” или “плохого” капитала и с этой точки зрения нет никакого смысла поддерживать так называемую оппозицию. Он также разоблачает экспансию турецкого капитала под прикрытием мифа о “Тюркском мире”.[23]

Также турецкие коммунисты объясняют, что процессы, начавшиеся у курдов (а именно призыв их лидера Абдуллы Оджалана сложить оружие), не происходят в интересах турецкого и курдского народа. При этом ТКП подчеркивает, что ПКК (Рабочая партия Курдистана) не является коммунистической партией курдов, а продвигает идеи курдского национализма.[24]

Во время массовых протестов, связанных с Экремом Имамоглу, ТКП высказалась:“Мы призываем всех наших граждан собраться сегодня в Стамбуле, Анкаре и Измире, чтобы защитить право голосовать и быть избранным, поддержать работников прессы и свободу информации, а также выразить протест против произвола правительства. Мы не поддерживаем какого-либо кандидата в президенты или политическую партию, а выступаем за нашу страну и будущее нашего народа; за Республику, за светскость, за независимость, за социализм!”[25]

ТКП видит решение экономических, социальных и политических проблем Турции в социализме. “Социализм является необходимым условием для установления светскости в турецком обществе и ее понимания как процесса просвещения, достижения экономической, политической, военной и культурной независимости, решения проблем курдских рабочих, освобождения женщин и создания политической структуры, основанной на участии и контроле трудящихся.” Также говорится о том, что буржуазия против светскости в Турции, поэтому борьба с религией, борьба за просвещение не могут вестись без противостояния с буржуазией. [26]

Коммунистическая партия Турции (ТКП, Türkiye Komünist Partisi) в настоящее время не имеет официальных представителей в парламенте Турции. На последних парламентских выборах в 2023 году ТКП участвовала как часть «Союза социалистических сил», но не преодолела заградительный барьер и не получила ни одного депутатского мандата в Великом национальном собрании Турции.[27]

Точных и актуальных официальных данных о численности членов ТКП нет; по состоянию на период около 2011 года, наибольшая известная оценка — несколько тысяч членов, но современные оценки редко публикуются из-за маргинализации, внутренней фрагментации и репрессивной политики в отношении радикальных левых. На выборах 2011 года ТКП получила 61 129 голосов (0,14%), что косвенно свидетельствует о сравнительно небольшой поддержке среди населения.

В результате ТКП сохраняет статус политической организации без реального парламентарного представительства и сосредотачивает усилия на общественных, профсоюзных и молодежных акциях.

Другие левые организации.

Также существует множество “левых” партий.

Раскол ТКП в 2014 году привёл к появлению Народной компартии Турции (HTKP), из которой затем вышла современная Партия рабочих Турции (TİP).[30]Современная TİP была создана в 2017 году группой HTKP и союзников; HTKP формально объявлена её предшественницей и прекратила самостоятельное существование.Партия определяет себя как марксистско-ленинскую, но сочетает ортодоксальный марксизм с левопопулистской риторикой.

SEP (Социалистическая рабочая партия) в своей декларации, выпущенной в связи массовыми протестами, призывает к солидарности перед лицом “тирании” правящей партии. Классовый характер существующих проблем в декларации никак не освещается.[28]

Группа Социалистического Равенства (Sosyalist Eşitlik Grubu) — турецкая секция Международного Комитета Четвертого Интернационала, несмотря на политические разногласия с этими группами, требует освобождения всех политических заключенных и призывает массы рабочих и молодежи выступить в защиту основных демократических прав. [29]

Идеология группы основывается на троцкизме. В сентябре 2025 года преобразованы в Партию Социалистического Равенства , которая теперь является официальной секцией Международного Комитета Четвертого Интернационала в Турции.

Партия народного освобождения (Halkın Kurtuluş Partisi, HKP) основана 15 июня 2005 года.[32] HKP позиционирует себя как марксистско-ленинскую коммунистическую партию, опирающуюся на теорию Хикмета Кывылджимлы; в ее идеологии сочетаются коммунизм, антиимпериализм, «социалистический патриотизм» и жесткий евроcкептицизм. Партия заявляет, что борется против «местных денежный хозяев» и финансового капитала, связанных с «международными ростовщиками», и обещает их «ликвидацию» в рамках социалистической трансформации. В партии числится менее тысячи человек, реальной силы она не представляет.

Вывод:

Правящий класс Турции, занимая выгодное положение на перекрестке важнейших путей между Европой и Азией, севером и югом, старается везде урвать свой кусок и усидеть сразу на всех стульях. Делать деньги на страданиях народа, на кризисах и войнах — старая добрая традиция капиталистов. При этом низкий уровень жизни в стране требует от власти закручивания гаек и установления открытой диктатуры. Турецкие коммунисты на данный момент не могут этому воспрепятствовать. Этим Турция напоминает одного большого северного соседа. Как долго Эрдогану будет удаваться “дружить” со всеми самыми опасными империалистическими хищниками и давить внутреннюю оппозицию, покажет время.