Из записок сотрудника Х…
Небольшое, но необходимое предисловие
Передо мной лежит папка. Коричневая папка из плотного картона. «СССР. Народный комиссариат государственной безопасности. Уголовное дело» — написано на ней. Начато в конце 1944 года, окончено в начале 1945-го.
Открываю. Идеально сохранившиеся документы. За 55 лет бумага даже не пожелтела. Кажется, что еще вчера следователь, положив последний документ, закрыл эту папку. Но… дата на первом листе — 30 ноября 1944 года...
Мне предстоит, исследовав материалы дела, решить важный вопрос — о реабилитации… Это — мой долг… моя служба…
Но документы эти показались мне интересными еще и с той точки зрения, что они дают возможность несколько по-иному взглянуть на тему т.н. «сталинских репрессий».
Все-таки тема репрессий — это то, что, по моим наблюдениям, зачастую ставит активистов коммунистического движения в тупик, в неудобное положение: как же, ведь «миллионы» погибли невинно.
Не буду комментировать «научные» и «совершенно точные» данные Р. Медведева, А. Солженицына и проч., ибо любому мало-мальски знакомому с темой человеку ясно, что данные эти — бред больного воображения.
Задачей настоящей публикации является иллюстрирование официальных цифр о количестве репрессированных. Ведь государственные структуры, занимающиеся вопросами реабилитации, руководствуются не эмоциями, а законом. Следовательно, официальные цифры жертв репрессий составляются из тех, кто был реабилитирован в строгом соответствии с действующим законодательством. Но это — только лишь цифры… А за каждой единицей стоит конкретное «ДЕЛО». Это — одно из таких «дел».
Целью этой и последующих публикаций является (1) критика действовавшего и действующего законодательства о реабилитации жертв политических репрессий и (2) вооружение активистов коммунистического движения теми конкретными фактами, которые позволили бы им достойно ответить на обвинения представителей правой части политического спектра в стремлении вернуться к «тоталитарному прошлому». Ибо — мое глубокое убеждение — настоящей, объективной, непредвзятой реабилитации еще никем не проводилось. Те же процессы, что шли в этом направлении в течение последних 13 лет (а, пожалуй, и в середине 50-х — нач. 60-х годов прошлого века), являлись лишь отражением политических процессов, происходивших в обществе, в своем роде — политическим заказом власть предержащих, и никоим образом не преследовали своей целью восстановление исторической справедливости и торжество социалистической законности.
С.М.
P.S. Орфография оригинала сохранена. В тексте сделаны купюры, не меняющие сути. Названия в целях сохранения тайны источника изменены. Материалы снабжены моими комментариями. Итак…
Дело № 28*** по обвинению Ш-ва Тимофея Борисовича в преступлениях, предусмотренных ст.ст.58-1а, 58-10 ч.2 УК РСФСР.1
ИЗ АНКЕТЫ АРЕСТОВАННОГО
Ш-ов Тимофей Борисович, 1901 г.р., урож. П***ского района Днепропетровской области УССР.
Место работы перед арестом — г. М***ск N-ской обл., торговый порт, рабочая колонна, разнорабочий.
Ранее судим: в 1931 г. П***ским нарсудом по ст. 5410 УК УССР2 к 6 годам лишения свободы, 5 годам ссылки и 6 годам поражения в правах. Наказание отбыл.
Социальное положение: кулак.
Был на оккупированной территории с июля 1941 г. по октябрь 1943 г.
Арестован 29 ноября 1944 г.
ИЗ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА Ш-ова Тимофея Борисовича, 30 ноября 1944 г.
…Вопрос: На каком производстве Вы работали до оккупации Украины немецкими войсками?
Ответ: Перед приходом немецких войск на Украину я работал на шахте «Н-сталь»…
Вопрос: Ваше предприятие эвакуировалось?
Ответ: Все оборудование шахты было эвакуировано вглубь страны.
Вопрос: Рабочие и служащие шахты были эвакуированы?..
Ответ: Да…
Вопрос: Вы тоже имели возможность эвакуироваться?..
Ответ: Да, возможность… была полная, было бы желание.
Вопрос: Почему Вы не эвакуировались?
Ответ: Я хотел остаться на своей родине. Кроме того, я не хотел проживать на территории Советского Союза, т.к. при Советской власти всегда считался чуждым элементом, о чем мне на каждом шагу говорили.
Комментарий: Причина того факта, что советские люди не приветствовали, мягко говоря, вхождение гражданина Ш-ва в советское общество, станет понятна немного ниже, где речь пойдет о работе Ш-ва в порту.
ИЗ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА обвиняемого Ш-ва Тимофея Борисовича, 1 декабря 1944 г.
Вопрос: Как Вы относились к работе на немецких оккупантов?
Ответ: На немцев я работал честно, так как они этого требовали.
Вопрос: Вы к этому призывали и остальных, работавших с Вами?
Ответ: Да, я не только сам честно относился к поручаемой мне работе, но к этому призывал и остальных людей, совместно работавших со мной.
Вопрос: В чем это выражалось?
Ответ: Работая в своем колхозе в деревне П***а на уборке урожая в 1941-43 годах, на замечания отдельных колхозников о том, что хлеб убирать и молотить не стоит, так как все равно он достанется немцам, я говорил, что хлеб убрать и обмолотить надо, кому бы он не пошел.
Комментарий: «Честный» труженик. Как это замечательно — «хлеб убрать и обмолотить надо, кому бы он ни пошел»! Вот, казалось бы, человек совершенно вне политики — идеал наших «демократов»! Правда, вроде бы еще шла война какая-то…
Да! Самое интересное, что Ш-ов в своих показаниях отрицает даже тот факт, что знал о войне между СССР и фашистской Германией! Даже факт вступления немецких войск в П***ский район. Так и говорит — знал, мол, что была у них какая-то власть, но какая — не знал! Это при том обстоятельстве, что его двоюродный брат служил в полиции.
Впрочем, так ли уж «вне политики» пребывал Ш-ов и так ли уж все равно было ему, на кого работать, будет ясно в дальнейшем. Итак, продолжим…
Вопрос: Чего Вы этим добивались?
Ответ: Я этим добивался того, что колхозники работали и по ночам, но хлеб был полностью убран, обмолочен и требуемое количество полностью вывезено немцам на ссыпной пункт.
Вопрос: В соседних колхозах тоже так работали?
Ответ: Нет, в соседних колхозах, благодаря саботированию колхозников по уборке урожая, хлеб оставался неубранным в поле.
Комментарий: Да, по настоянию фашистского прихвостня советские люди были вынуждены работать и по ночам — по ночам! — для немцев. И вряд ли делали это из большой любви к Ш-ву или из-за его огромного авторитета среди односельчан. Напротив, судя по материалам дела, его семейка пользовалась лютой ненавистью в деревне — и заслуженно. Этот вывод можно сделать хотя бы из приобщенного к материалам дела письма матери Ш-ва, где она пишет ему, что из дома (который, кстати, был получен от немцев за «усердную» работу) их немедленно после освобождения района советскими войсками выгнали, отобрав имущество и продовольствие, односельчане ничего ей не дают и вообще стараются проявить при удобном случае свою неприязнь.
Впрочем, методы «разъяснительной работы» Ш-ва с крестьянами были весьма просты: он ведь опирался на реальную — вооруженную! — силу, позволявшую ему принуждать жителей к труду на немцев: старосту, полицаев и оккупантов.
Но… поедем дальше.
Вопрос: Такую же работу Вы проводили и при постройке паровозного депо на ст. Пятихатки?
Ответ: Работая на постройке паровозного депо на ст. П***ки в конце 1942 и в начале 1943 годов, я также призывал рабочих, совместно работающих со мной, к тому, чтобы лучше работать.
Вопрос: Немцам было известно о Вашей усердной работе на них?
Ответ: Ничего не знаю.
Комментарий: Ну, так уж прямо и «не знаю»… Вот документ (приводится в переводе с украинского и немецкого), который полностью опровергает слова Ш-ва, будто ему не было известно, знают ли немцы об «усердной работе» на них:
ХАРАКТЕРИСТИКА
Мы подтверждаем, что Ш-ов Тимофей действительно хорошо работал при строительстве школы № 23 с 16/XI-42 по 3/V-43 г.
О чем и подтверждает начальство.
П***ки
5/V-43 г.
Подпись
Объединение
Г. Шайдакер — М. Оритенбургер
Стройпредприятие
Нюрнберг — Украина
Продолжим…
Вопрос: В Вашей деревне П***а немцы отбирали хлеб и другие продукты у крестьян?
Ответ: Отбирали весной 1943 года.
Вопрос: Вы в этом принимали участие?
Ответ: Принимал.
Вопрос: Вы сам непосредственно отбирали для немцев хлеб у крестьян?
Ответ: Нет. Хлеб отбирали два немецких солдата и мой двоюродный брат Ш-ов.
Комментарий: Опять ложь.
ИЗ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА свидетеля Р., 31 декабря 1944 г.
Вопрос: Принимал ли Ш-ов участие в изъятии хлеба у крестьян?
Ответ: Да. Ш-ов принимал активное участие в изъятии хлеба немцами у крестьян он сам ездил подводой по дворам и забирал хлеб.
Итак, дальше…
ИЗ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА свидетеля У., 8 января 1945 г.
Вопрос: Что Вам известно о политических настроениях Ш-ва?
Ответ: Ш-ов враждебно настроен к существующему строю.
Вопрос: Что Вы можете привести в доказательство этого?
Ответ: … 7 или 8 ноября 1944 г., точно в какой день не помню, вечером в общежитии № 2 Ш-ов, выражая недовольство на жизнь в настоящее время говорил: «Чтобы улучшить свое положение нам всем, нужно сделать забастовку, тогда сразу улучшат условия жизни рабочим».
ИЗ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА свидетеля Е., 8 января 1944 г.
Вопрос: Как Ш-ов относился к работе?
Ответ: Ш-ов работал плохо, всячески старался отлынивать от работы, со стороны рабочих на него было много жалоб и работать с ним никто не хотел.
Комментарий: Судя по всему, Ш-ву таки не все равно было, на кого работать. На фашистов, безусловно, работать было лучше… для него. А на интересы страны Ш-ву было, по всей видимости, глубоко плевать. Ну чем не предтеча нынешних и прошлых «демократов»!
Из ОБВИНИТЕЛЬНОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ по делу Ш-ва
… Установлено:
Обвиняемый Ш-ов, являясь резко выраженным противником Советской власти, в начале Отечественной войны… сознательно не эвакуировался вглубь Советского Союза, а… дезертировал с оборонных работ и производства, пошел навстречу немецким войскам…
За время его пребывания у немцев с июля 1941 г. по октябрь 1943 г. являлся их активным пособником, принимал участие в изъятии хлеба у крестьян для гитлеровской армии, усердно работал на немецких захватчиков…
За оказываемую помощь немецким захватчикам, последние предоставляли ему различные льготы: вернули ранее отобранный3 дом, при выселении из которого избил 70-летнюю старушку, вселенную туда Советской властью, получил отпуск с бесплатным проездом по железной дороге и т.п.
… среди грузчиков М***ского порта на протяжении 1944 г. систематически проводил профашистскую и клеветническую агитацию.
ИЗ ПРИГОВОРА военного трибунала ***ого бассейна, 8 февраля 1945 г.
Ш-ва Тимофея Борисовича на основании ст.58-10 ч.2 УК, с санкцией ст.58-2 УК РСФСР лишить свободы на 10 лет.
Вместо послесловия.
Как вы думаете, каков итог?
РЕАБИЛИТИРОВАН4.
«Пострадал невинно»…
Примечания.
1 Из УК РСФСР 1926 года:
581а. Измена Родине, т.е. действия, совершенные гражданами Союза ССР в ущерб военной мощи Союза ССР, его государственной независимости или неприкосновенности его территории, как-то: шпионаж, выдача военной или государственной тайны, переход на сторону врага, бегство или перелет заграницу, караются высшей мерой уголовного наказания — расстрелом с конфискацией имущества, а при смягчающих обстоятельствах — лишением свободы на срок 10 лет с конфискацией всего имущества.
5810. Пропаганда или агитация, содержащие призыв к свержению, подрыву или ослаблению советской власти или к совершению отдельных контрреволюционных преступлений (ст.ст. 582-589 настоящего Кодекса), а равно распространение, или изготовление, или хранение литературы того же содержания — влекут за собою лишение свободы со строгой изоляцией на срок не ниже 6 месяцев.
Те же действия при массовых волнениях, или с использованием религиозных или национальных предрассудков масс, или в военной обстановке, или в местностях, объявленных на военном положении — влекут за собою меры социальной защиты, указанные в ст. 582 настоящего положения.
Санкция ст.582 предусматривала расстрел или объявление врагом трудящихся с конфискацией имущества и с лишением гражданства союзной республики и тем самым гражданства Союза ССР и изгнанием из пределов Союза ССР навсегда, с допущением при смягчающих обстоятельствах понижения до лишения свободы со строгой изоляцией на срок не ниже трех лет, с конфискацией всего или части имущества. — С.М.
2 Ст. 5410 УК УССР аналогична ст.5810 УК РСФСР
3 Советской властью при раскулачивании — С.М.
4 поскольку Закон РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» предписывает всех лиц, осужденных за антисоветскую агитацию (ст.58-10 УК РСФСР 1926 г., ст. 70 УК РСФСР 1960 г.), реабилитировать без исследования обвинения на предмет его фактической обоснованности. — С.М.
