От редакции. Публикуем перевод статьи активиста японской общественной организации «Токийская весна», в которой повествуется о работе волонтёров по помощи бездомным. На примере Японии статья вскрывает социальные пороки капитализма. Трудящиеся, лишившись работы или став жертвами алчности домохозяев, легко оказываются на улице без крова и средств к существованию. Бездомные люди и безлюдные дома — характерный облик капитализма. Волонтёрские организации по типу «Токийской весны» способны оказать ту или иную помощь нуждающимся, но не способны коренным образом решить проблему, обусловленную самим устройством буржуазного общества.Источник: https://tokyospring.blogspot.com/2021/02/TSHpatrol.html
Сулейман Бркич (автор)
«Я спрашиваю политэкономов и моралистов, подсчитывали ли они когда-нибудь число людей, которые должны быть обречены на страдания, изнурительный труд, деморализацию, деградацию, невежество, подавляющее несчастье и абсолютную нищету, чтобы произвести на свет одного богатого человека?»Виконт Алмейда Гарретт
«Я спрашиваю политэкономов и моралистов, подсчитывали ли они когда-нибудь число людей, которые должны быть обречены на страдания, изнурительный труд, деморализацию, деградацию, невежество, подавляющее несчастье и абсолютную нищету, чтобы произвести на свет одного богатого человека?»
Виконт Алмейда Гарретт
Я являюсь членом Патруля для бездомных «Токийская весна» (англ. Tokyo Spring Homeless Patrol, далее TSHP), которая занимается волонтёрской работой с бездомными в столице Японии с октября 2016 года. Наша работа не зависит от погоды и характеризуется длительной ходьбой с тяжелыми сумками, полными необходимых вещей.
Мы патрулируем два района в Синдзюку по вечерам в понедельник и в воскресенье каждые две недели; в Уэно возле входа в парк и около вокзала по вечерам в среду; и один участок набережной реки Тамагава, в окрестностях моста Маруко, каждые две недели. В общей сложности мы обслуживаем более 200 бездомных в месяц, включая некоторых жителей моего района, которые приходят за пайком в вечернее время суток каждый четверг. За исключением набережной Тамагавы, наши патрули проводятся ночью. Мы собираемся в 20:45 и начинаем в 21:00 — всё заканчивается менее чем через час.
Патрулированием набережных обычно занимаются два члена TSHP, Альберто из Мексики и я, из бывшей Югославии. Мы проделываем 45-километровые маршруты на велосипедах, нагрузив их до предела. Я указываю национальность волонтёров, потому что это одна из моих любимых особенностей инициативы TSHP — её международная солидарность, помощь незнакомцев незнакомцам. В настоящее время в группу входят люди из Японии, Китая, Индии, Мексики, Мьянмы, Сальвадора, Израиля, Великобритании, США, Турции и бывшей Югославии.
Самое сложное — собрать необходимые вещи. Это напрягает, потому что, к сожалению, их никогда не бывает достаточно. Я ежедневно смотрю на банки, которые у меня в наличии. Именно они наиболее важны, когда речь идет о еде — самой главной потребности. Всё остальное — на далеком втором месте.
Вторая трудность — причиняет ещё более глубокую душевную боль. Люди, сломленные жизнью, постоянно делятся с нами своими душераздирающими жизненными историями. Буквально на днях, мы завершали патрулирование недалеко от станции Уэно, обслуживая бездомную женщину. (Бытие бездомных женщин — даже более жалко, чем мужчин.) Мы заметили подошедшего к нам мужчину с одним лишь тонким куском картона, который он положил на бетон и прилёг. Мы закончили с женщиной и, к счастью для него, у нас оставалось достаточно еды для ещё одного посетителя.
Мы подошли к нему и предложили то, что у нас было. Он вдруг начал повторять, снова и снова: «Моя жена умерла, моя жена умерла…» Я присел рядом с ним и осторожно положил руку ему на плечо, пока он повторял эти слова. Затем он рассказал, что у неё случился инсульт, после которого на протяжении последних восьми лет она была парализована, а уход за ней ложился главным образом на него.
Я спросил, как он оказался на улице, и он ответил, что владелец дома, в котором они жили, заставил его выехать, чтобы снести дом и продать землю. Мы просто не знали, как уйти. Моя рука была как будто приклеена к его плечу. Я спросил его, есть ли что-нибудь, в чём он сейчас нуждается. «Еда, — сказал он. — Мне нужна еда, я голоден». Мы отдали ему всё, что у нас было, и сказали, что вернёмся.
Однажды я сам чуть не оказался на улице вследствие длительной трудовой борьбы против недобросовестной компании. Я убедился на собственном опыте, что система социальной защиты в Японии очень слаба. Спросите себя, какая политико-экономическая система допускает такое? В рамках этой статьи мне не хватит слов, чтобы описать то психологическое воздействие, которое падение по социальной лестнице оказывает на человека.
Обидно, больно и стыдно, что в Японии, третьей по величине экономике мира, так много бездомных. Эпидемия COVID-19 только усугубила проблемы тех, кто и без того находился в тяжёлых условиях.
Мы обслуживаем всего 11 бездомных вдоль реки Тамагава, поскольку не можем нести достаточно вещей, чтобы помочь большему числу. Каждый из них подвергался нападениям, в основном со стороны мальчишек из младших и старших классов, которые кидаются в них камнями и стреляют по ним фейерверками. Хулиганы сожгли палатку одного пожилого бездомного. Другому мужчине чуть не пришлось драться с парнем, который пытался украсть его солнечные батареи. И это далеко не исчерпывающий перечень подобных безобразий.
Если переключиться на более позитивную тему, один из наших любимых бездомных – 70-летний Ояма-сан из г. Нагасаки, который раньше был плотником. Этот человек создал целый «авангардный сад» у реки, наполненный овощами и травами. Он недавно сразился с двухметровой неядовитой змеёй, чтобы спасти своих двух перепёлок, которых он держал для яиц. Он поймал змею, разжал её челюсти и высвободил из них лапы первой наполовину проглоченной птицы. Затем он кинул змею в кусты, получив укус за левое запястье. К сожалению, господин Ояма сейчас находится в больнице из-за болей в груди.
Как-то раз мы встретили бездомного мужчину лет двадцати, что довольно нетипично. Мужчина спал на скамейке в парке Синдзюку Чуо. Он приехал в Токио из региона Тохоку работать в небольшой строительной фирме, но однажды его начальник исчез, задолжав ему зарплату за два месяца. Он сказал, что ему стыдно возвращаться в родной город, и он спит без крова, пока не найдёт работу.
Я считаю, что о гуманности общества можно судить по тому, как оно относится к своим самым уязвимым членам. Патруль бездомных «Токийская весна» пытается оказывать хоть какую-то, пусть даже эфемерную, помощь некоторым бездомным, поскольку эта проблема, похоже, не волнует ни японское правительство, ни общество в целом.