Социальная и политическая борьба: вместе или порознь?

ОСИН Роман

Только консолидированный протест способен изменить положение вещей!

Только консолидированный протест способен изменить положение вещей!

Обозначенная тема достаточно объемна и многогранна. В данной статье мы постараемся рассмотреть концептуальные аспекты вопроса.

Последнее время социальные проблемы обращают на себя все большее внимание. С одной стороны, с лета 2012 года «вожди» «общегражданского» протеста (который, впрочем уже исчерпал свой абстрактно дем. потенциал) в большей или меньшей степени стремятся дополнить традиционные «болотные» лозунги «социалкой» (достаточно вспомнитьвыступление Немцова на марше миллионов 12 июня). С другой, сама власть тоже не дремлет и начинает все больше заигрывать с социальными требованиями, создаёт верхушечные структуры, организует показательные разносы отдельным чиновникам или даже целому правительству. Все мы помним некие «случайные» записи, на которых «хороший царь» Путин отчитывает «плохих бояр» министров, либо трясет квитанциями оплаты ЖКХ и возмущенно перед телекамерами вопрошает «с ума сошли что ли?!» (будто бы реформа ЖКХ середины 2000-х годов проходила без ведома Путина). Обращение буржуазных политиканов (как из «болотного», так и из откровенно прокремлевского стана) к социальным требованиям свидетельствует о невозможности дальше делать вид, что «все хорошо» и продолжать замалчивать реальные проблемы.

Что же касается политической борьбы, то она, к сожалению, как и прежде, сводится либо к выборам, либо к стояниям на площадях в надежде на то, что «Путин уйдет». Разумеется, такой формат протеста не только не приводит к уходу Путина, но напротив, власть идет на закручивание гаек, и, спустя полтора года массовых выступлений, не выполнено, практически, НИ ОДНОГО ТРЕБОВАНИЯ «БОЛОТНОЙ ПЛОЩАДИ» (разве что, принят новый «Закон о политических партиях», но и он является скорее не уступкой, а подачкой, ничего, по сути, не изменяющей).

С другой стороны идея соединения социальных и политических требований, социальной и политической борьбы зачастую воспринимаются как механическое присоединение требований «социалки» к требованиям «болота», что совершенно неверно. Пришло время разобраться, в чем состоит социальная и политическая борьба и как двигаться дальше по соединению этих двух форм.

В статье мы остановимся на выяснении трех вопросов:

  1. Борьба граждан за социальные права: залог успеха или пустая трата времени?
  2. Кому, кроме нас, нужна политическая борьба?
  3. Как соединять социальное и политическое?

Митинг в Перово

Митинг в Перово

Борьба граждан за социальные права: залог успеха или пустая трата времени?

Часто можно слышать от обывателя: «ну какой смысл выходить на митинги», «ну зачем вы протестуете, все равно власть все сделает по-своему, лучше приспособиться к тому, что вас ждет». Отвечая на эти возгласы, стоит разобраться, что же все-таки мы понимаем под «социальной борьбой» в данном контексте, ведь в широком смысле слова любая борьба в обществе (будь то экономическая, политическая или идеологическая) уже по определению социальная. В данном случае мы ведем разговор о социальной борьбе жителей на местах проживания и экономической борьбе пролетариата на предприятиях. Здесь социальная борьба может приобретать разнообразные формы: борьба за экологию, против точечной застройки, против строительства «гундяевок», против строительства рынка, борьба за повышение заработной платы, за улучшение условий труда и пр. — все это социальная борьба трудящихся на местах проживания или работы. Для лучшего понимания специфики этого вида борьбы, стоит отметить ее основные характерные черты.

Во-первых, эта борьба ведется вокруг конкретных проблем.

Плюс: ясны цели и близко виден результат. Если жители борются за отмену строительства рынка, против засилья «гундяевок» или за повышение заработной платы на предприятии, они с одной стороны сознают конкретные цели, а с другой стороны, в случае успеха, ощущают наглядный материальный результат борьбы. Это важный момент, так как, выигрывая в мелочах, человек часто воодушевляется и приобретает веру в свои силы, а главное начинает понимать, что борьба дело не бесполезное. И, наоборот, разочарование приходит именно в момент неудач в борьбе. Но тут есть и обратная сторона медали.

Минус: по достижении результата у людей, при отсутствии явных проблем, наступает расслабление. Выигрывая в частностях, человек успокаивается, думая, что проблемы позади и что все необходимое он уже сделал, в то время как в действительности он сделал лишь самый робкий первый шаг в сторону этого «необходимого». Примером могут послужить «Дни гнева», проводимые несколько лет назад против точечной застройки, которые ныне сошли на нет. Так же показательна деятельность СКС, образовавшегося после протестов 2005 года, которые, добившись определенных успехов, в настоящее время существенно снизили свою активность (хотя эти структуры всё же до сих пор работают при самом активном участии РКРП).

Во-вторых, социальная борьба ведется не просто в рамках капитализма, но даже не затрагивает основ правления одного президента. Здесь тоже есть свои плюсы и минусы.

Плюсы: многие люди, которым не очевидна вредность капитализма и необходимость смены власти, могут включиться в социальную борьбу и на опыте, набив шишки, подойти ближе к осознанию социально-экономической и политической ситуации в целом. Так, к примеру, активисты либеральной партии «Яблоко», активно участвуют в борьбе с точечной застройкой, тем самым волей не волей, но стихийно становятся на менее реакционные позиции, чем другие организации правого толка.

Но есть и минус. В случае ведения социальной борьбы за конкретные точечные результаты, без поднятия ее на более высокую ступень, борьба превращается в замкнутый круг: с решением одних проблем наступают другие и так далее, а принципиально ничего не меняется. Часто бывает так, что отвоевали детскую площадку, началось наступление на лес, отбили лес, встала проблема перехватывающих парковок и так далее до бесконечности. Нет, мы не хотим сказать, что бороться за свои частные местные интересы это бессмысленная трата времени, но последовательно и до конца эта борьба, оставаясь в местных чисто узко-проблемных рамках, вестись не может. Добиваясь малых побед, граждане будут сталкиваться с новыми и новыми вызовами, потому что в борьбе со следствием остается нетронутой причина — капиталистические производственные отношения.

В-третьих, социальная борьба лучше всего способствует самоорганизации граждан на постоянной основе. В этом ее основная ценность. Сравним борьбу за социальные права с борьбой за «честные выборы». Борьба за «честные выборы» ведется преимущественно двумя способами: митингами и наблюдениями за выборами. Отсюда и степень самоорганизации масс минимальная, ведь за честные выборы можно стоять «на болоте» хоть до «нового пришествия Христа». Максимум, что дает борьба за честные выборы с точки зрения самоорганизации трудящихся это организацию граждан в группы наблюдателей, но эта самоорганизация очень кратковременна и после выборов все возвращается на круги своя. Иное дело борьба за социальные права, которая только и возможна в организованных формах. В результате борьбы за социальные права создаются инициативные группы, которые работают на постоянной основе, а это уже само по себе, пусть небольшой, но шаг вперед. Но тут есть и свои сложности. Подобная самоорганизация носит с одной стороны, временный, с другой, локальный характер и редко перетекает за пределы микрорайона.

С одной стороны, люди зачастую готовы бороться, организовываться в инициативные группы и выходить на митинги за улучшение условий своего района, своего леса, своего двора, но по мере достижения успеха, борьба прекращается: отстояли дворик от уплотнительной застройки и разошлись по домам.

Здесь стоит отметить, что экономическая борьба на рабочем месте в этом отношении больше способствует устойчивой самоорганизации масс, так как разовый успех на производстве не решает проблемы в принципе.

С другой стороны, организуясь на местах жительства или работы, социальные активисты куда реже видят необходимость помогать бороться не только за свой, но и за лес в соседнем районе, за двор соседнего дома, — словом, за проблемы, которые жителей данного района непосредственно не касаются. Аналогично происходит и с профсоюзной борьбой на предприятиях, которая, хоть и чаще выходит за пределы одного завода, но все-таки продолжает часто оставаться локальной. К слову сказать, похожая ситуация, разгорается и вокруг борьбы за свои права медиков, борьба против реформы РАН. На недавнем митинге в защиту РАН много было сказано о пагубном характере реформы, однако не было сказано ни слова о необходимости солидарных акций с представителями трудящихся других направлений. Ведь, год назад закрывались предприятия в городе Москве, полгода назад возмущения охватили медицинских работников, сейчас РАН… Капитал наступает системно на права трудящихся, трудящиеся же сопротивляются, пока еще, порознь. Здесь особенно четко видна задача коммунистов как авангарда в этой борьбе. Необходимо развивать эту борьбу, поддерживать инициативные группы и способствовать образованию межрайонных советов по координации работы инициативных групп, ведь солидарность в борьбе — это мощное оружие в руках трудящихся. Недаром власти во всех буржуазных странах очень боятся забастовок солидарности. Стоит отметить, что акции в День охраны окружающей среды 5 июня 2013 года в разных районах Москвы (митинг в Жулебино, митинг в Перово, митинг у станции метро «ВДНХ») — хорошее начало этому процессу. Говоря шире о процессе солидарности разных отрядов трудящихся, можно вспомнить совместный «митинг в митинге» 15 сентября 2012 года, организованный Рот Фронтом и «образовательной колонной». Тогда преподаватели вузов и рабочие предприятий Москвы выступили единым фронтом против всех отрядов буржуазии. Так же впечатляют митинги медиков (особенно второй, который прошел как акция солидарности с бастующими врачами Ижевска), на которые пришли, кроме самих медицинских работников, рабочие с завода Метровагонмаш. Но это лишь первые ростки солидарности, которые еще предстоит развить в нечто большее.

Рассмотрев характерные отличительные особенности социальной борьбы, мы можем теперь дать четкий ответ на поставленный вопрос: борьба граждан за социальные права: залог успеха или пустая трата времени?

Безусловно, любая борьба граждан за свои права — это не пустая трата времени, но для того, чтобы стать залогом успеха, социальная борьба за свои насущные права должна соединиться с борьбой политической и становиться осознанно классовой. Именно в таком соединении и будет действительный залог успеха.

Марш солидарности с рабочими "Антолин"

Марш солидарности с рабочими "Антолин"

Кому, кроме нас, нужна политическая борьба?

У многих читателей, не занимающихся специально политикой, может создаться опасная иллюзия, что политическая борьба это что-то связанное с выборами, с подковерными интрижками политиканов в больших кабинетах. Согласно такому подходу, участие в политической борьбе ограничивается опусканием бумажек в ящички раз в 5 лет, на крайний случай, в наблюдениях за этим опусканием. В действительности этот опасный стереотип не имеет ничего общего с действительной политической борьбой.

Для начала отметим, что политическая борьба условно может быть двух форм: борьба за частные цели и борьба за общеклассовые цели. В данной классификации мы отталкиваемся от критерия степени самоорганизации и сознательности рядовых участников политического процесса (понятно, что «вожди» так или иначе организованы и сознательны).

Борьба за частные цели. На этапе такой политической борьбы протест поворачивается, как правило, против конкретных личностей во власти, в крайнем случае, отдельных ее институтов. При этом сама политическая система в целом, сами производственные отношения не подвергаются сомнению. Такая борьба часто позиционируется как борьба за «улучшение политической системы», за «соблюдение конституции» и пр. Все так называемые «цветные революции» проявление именно такой формы.

Особенности:

  1. «Общегражданский» формат протеста, отсутствие четко выраженных классовых требований и вообще осознания своих классовых интересов. Сразу оговоримся, что в классовом обществе, разумеется, не бывает внеклассового протеста. Но бывает классовый протест, в котором рядовые его участники не осознают или слабо осознают свои классовые интересы. Именно такая ситуация возникла с антипутинским движением, которое в начале выступало за «честные выборы», а теперь за «Россию без Путина». Люди не понимают толком, что им нужно, руководствуются абстрактными требованиями «за все хорошее, против всего плохого», соответственно и видят в какой либо персоналии (как правило, в Президенте, либо отдельных министрах правительства) основной источник всех бед. Подобная абстрактность, конечно, играет на определенном этапе консолидирующую роль: чем абстрактнее лозунг, тем шире у него потенциальная база поддержки, но, в случае неудач, такие широкие лозунги не могут уже удержать протестующих вместе, у которых зачастую на смену воодушевлению наступает разочарование в политической борьбе как таковой. Самым наглядным примером является Украина, в которой за последние 10 лет произошла «оранжевая революция» и реставрация, а жизнь как была отвратительной, так и осталась, что при «оранжевых», что при «голубых».
  2. Наивные требования закономерно порождают и примитивные формы протеста при отсутствии четко выраженных организационных структур среди самих протестующих. При наличии таких структур в стане «руководства» протестом, а заодно и неплохого денежного довольствия «вождей», происходит воссоздание толпо-элитарной пирамиды «быдло-элита» уже в рамках так называемой протестной среды. При такой системе, с одной стороны, есть толпа, электорат, иными словами «быдло» и, с другой стороны, с трибун вещают Навальные, Удальцовы, группа писателей и прочих представителей «креативного класса», которые играют роль условных «вождей», «пастухов». Если «пастуха» вдруг «обижают» (посадили под домашний арест, либо завели уголовное дело), то стадо кричит: «Дело против Навального — дело против меня» и пр. Если же критически мыслящий человек позволяет усомниться в «абсолютной непогрешимости» «пастуха», то он автоматически становится «кремлевским провокатором», «обожателем Путина» и пр., равно как и в стане провластных охранителей любой критик власти делается «агентом Запада», «обожателем Навального» и пр. В этом смысле, надо сказать, психология государственников-охранителей и белоленточных либералов поразительным образом схожа своей верой в «доброго царя» (будь то Навальный или Путин), полным отсутствием критического мышления и нежеланием признавать даже очевидные факты.
  3. Ставка на так называемое «ненасильственное сопротивление», массовые акции протеста и пр. Очень часто можно слышать из уст «лидеров» «болотной оппозиции» рассуждения в духе того, что «вот выведем миллион — и власть уйдет сама». Собственно, эти настроения укоренились и у тех, кто выходит на эти митинги. Тот же Сергей Удальцов в своей прошлогодней программной статье «Осеннее наступление на жуликов и воров» писал буквально следующее: «Самой правильной тактикой (при большом количестве участников Марша) считаю бессрочное стояние на площади… При этом не надо никаких прорывов полицейских оцеплений, перекрытия автомагистралей и других форм сопротивления, которые сразу ставят нас в положение «нарушителей закона» и дают властям повод для применения карательных мер. Надо уверенно и спокойно демонстрировать свою силу. Если десятки тысяч человек для начала просто не уйдут с площади в течение хотя бы 1-2 дней, то это поставит нелегитимную власть в крайне неудобное положение, так как разгонять абсолютно мирных людей в таком количестве очень непросто — и в моральном, и в физическом плане» (выделено Сергеем Удальцовым). Вот так, оказывается, все просто! И не нужно ни рабочих организовывать, ни с инициативными группами работать, ни политпросвещением заниматься, ни автомагистрали перекрывать. Просто выйти и не уходить, а ОМОН, конечно, будет стоять и не вмешиваться. Словно и не было 6 мая 2012 года… К слову сказать, в той же статье он называет цифру «критической массы» в 400-500 тысяч человек для Москвы и 45-50 тыс. для других городов-миллионников. Люди, не обремененные политическим опытом и политическими знаниями, легко поддаются на подобные настроения, даже не задумываясь, что никогда власть сама не уходила, если ее к этому не принуждает организованный народ под руководством передового организованного класса. Иной вопрос, а нужна ли самоорганизация масс самому Удальцову, да и всем лидерам «болотной оппозиции»? Как показывает опыт их руководства протестным движением, «болотную оппозицию» вполне устраивает легко управляемая неорганизованная массовка, и в гробу они видали организованные железные батальоны пролетариата и реальные перемены в стране.

Примеры же так называемых «цветных», «бархатных» и прочих «серо-буро-малиновых» «революций» тут не годятся, ибо очень часто мы имели дело со слабой и зависимой от западных покровителей властью (как было, например, при свержении Шеварднадзе в Грузии или с Кучмой на Украине). В РФ сегодня власть отнюдь не такая, она крепко стоит на ногах, обладает относительной самостоятельностью (разумеется, при сохранении и определенной прозападности), и просто сотни тысяч и даже миллионы людей, если выйдут на улицы, не смогут ее сменить без самоорганизации.

К слову сказать, монархия Николая II пала ни сколько под напором массовых манифестаций, которые, безусловно, явились одним из значимых факторов, сколько благодаря самоорганизации трудящихся в Советы и перехода армии на сторону восставших. Но это уже новый этап политической борьбы — этап организованного классового сопротивления угнетателям.

Организованная общеклассовая форма политической борьбы. Когда требования «улучшения системы» себя исчерпывают, протест может затухнуть, а может перейти в новое качество — в организованную классовую борьбу за свое социальное освобождение. Здесь мы имеем дело с протестом против не просто отдельных личностей во власти, а всего политического или даже общественно-экономического устройства. Более сложные формы организации подталкивают людей к осознанию и выставлению более радикальных требований, выходящих за пределы капиталистического строя. А эти требования, в свою очередь, способствуют развитию организованных форм участия в процессе со стороны самих протестующих, что выражается в появлении снизу массовых органов политической власти, которые создаются самими трудящимися и являются альтернативой существующей власти. Самым наглядным примером могут послужить революции в России 1905 и 1917 годов. Тогда сами трудящиеся создали свои Советы, что закончилось двоевластием, а затем и Великим Октябрем. Если в случае стихийной политической борьбы рядовым протестующим уготовлена зачастую роль массовки, то на организационном этапе именно от рядового протестующего зависит не только исход, но и сама стратегия борьбы. Не «Координационные советы оппозиции» с самоизбранными господами, вещающими что-то от имени народа, а Советы рабочих, крестьян и других трудящихся, которые сами определяют стратегию и тактику противостояния с властью, — вот путь организованной классовой политической борьбы. На этом этапе восставшие народные массы превращаются из безликих объектов в творящие историю субъекты политического процесса. Для этой стадии характерны следующие особенности:

  1. Сознательно классовый характер протеста. Если стихийные политические выступления, как правило, не носят сознательно классового характера и ограничиваются «общегражданским» форматом, когда все выходят не по принципу борьбы за свои классовые интересы, а против какого-то изъяна системы (будь то Гос. Дума или Президент), то в случае организованной формы политической борьбы очень часто протестующие сознают не просто свои политические, но и классовые интересы.
  2. Борьба ведется с системой, а не с отдельными лицами в ней. Даже лозунги буржуазной революции 1905 года, которая была наиболее стихийной из всех трех русских революций, существенно отличались от лозунгов современного «болота». Не «Долой Николая II», а «Долой самодержавие», — кричали тогдашние протестующие, и в этом существенное отличие от того, что мы имеем сегодня. Можно вспомнить и более близкий нам по времени пример 1993 года. В те тяжелые для народа времена обороняющие Дом Советов воевали не за Руцкого против Ельцина, а за остатки советской власти против рыночной контрреволюции, потому и требования протестующих в 1993 году были намного глубже и шли намного дальше, чем требования «болотной площади» 2011-2012 годов, хотя и в том, и в другом случае мы имеем дело с демократическим, а не сугубо социалистическим протестом.
  3. Соединение социальных и политических требований необходимое условие перехода политической борьбы трудящихся от стихийного к организованному снизу этапу.

Таким образом, отвечая на вопрос: «кому, кроме нас, нужна политическая борьба», мы говорим: нужна она всем и, в первую очередь, простым трудящимся, ибо без соединения социальной и политической борьбы, невозможно решить ни одной социальной проблемы полностью, всерьез и надолго. Не переходя к борьбе политической, социальные и профсоюзные активисты обречены бегать по кругу, конца которому не видать. И они будут то и дело натыкаться на недостаточность своих усилий, не законченность результатов своей деятельности, поверхностность своих требований.

Как соединять социальное и политическое?

В самом начале «болотных» протестов, РОТ ФРОНТ и входящие в него организации выдвинули требования «соединения социальной и политической борьбы»1. И тут же нашлись критики, которые стали нас обвинять в том, что мы пытаемся подменить политическую борьбу социальной, что сводим все к механическому прикреплению требований «социалки» к требованиям «честных выборов», не выдвигая коммунистической общедемократической повестки. Основное заблуждение многих товарищей относительно нашего лозунга соединения социальной и политической борьбы состоит в том, что он воспринимается такими людьми как простое присоединение «социалки» к требованиям «болота», что было бы и вправду крайне недостаточным для коммунистов. Ведь даже Борис Немцов — и тот говорил 12 июня 2012 года о социальных проблемах, а «марш миллионов» 15 сентября 2012 года выдвинул аж целую резолюцию, в которую внес в придачу к стандартным «болотным» ещё и требования «социалки». И что, разве в этом мы видим соединение социальной и политической борьбы на деле? Прошел год, а «болотная оппозиция», кроме громких речей, не сделала ни шагу в развитии социального протеста, да и не могла сделать, ведь социальный протест, соединенный с политическим, будет левее и осмысленнее умело управляемых «общегражданских» хороводов, а это невыгодно не только властям, но и «болотникам». Поэтому коммунистическая постановка вопроса намного глубже и идет намного дальше.

Когда мы говорим о соединении социальной и политической борьбы, соединении социальных и политических требований, речь тут идет не о простом добавлении социальных прошений к «болотным» прошениям. Задача состоит в том, чтобы, с одной стороны, придать стихийной политической борьбе осмысленный и организованный снизу характер, а это невозможно без осознанной борьбы за социальные права, а с другой стороны политизировать социальную и экономическую борьбу по месту жительства и работы, ибо без политизации социального и рабочего движения добиться доведения до конца его требований невозможно.

Очевидно, что стихийные политические выступления против отдельных личностей при успешном их завершении (что, конечно, вряд ли) по сути, мало что решат, просто на смену одному кровососу придет другой, при сохранении класса буржуазии у власти. Изменить же систему неорганизованные толпы на улицах не в состоянии, так как для системных изменений нужно, во-первых, сознавать свои классовые интересы, а «общегражданский» формат протеста этого дать не может, а во-вторых, организованно бороться самим трудящимся. Не КС оппозиции должен «от имени народа» решать, как развиваться протесту, какие акции проводить и пр., а Советы, сформированные снизу самими борющимися гражданами, как это было в 1905 и 1917 годах. И в этом смысле ни одна борьба не помогает гражданам лучше организоваться и лучше осознать свои интересы на собственном опыте, чем социальная и экономическая.

С другой же стороны, нужно понимать, что социальные проблемы в условиях капитализма будут возникать постоянно. То стройка не там, то лес вырубают, то третий храм в районе строят на месте сквера и пр. Это замкнутый круг, если смотреть на вещи с узкой обывательской точки зрения. Поэтому в социальной борьбе необходимо подводить людей к той мысли, что их борьба неизбежно в той или иной степени носит политический характер. Ведь, по сути, протестуя против вырубки леса, мы боремся и против того буржуя, по инициативе которого этот лес вырубают, то есть осознанно или нет, но выступаем против частной собственности. Протестуя против строительства очередной «гундяевки», мы — сознательно или нет, — но ведем борьбу против государственной политической линии на клерикализацию российского общества, то есть боремся против идеологии клерикализма за светское государство. Таких примеров, когда социальная борьба стихийно выходит за свои узкие рамки, мы можем приводить очень и очень много.

Таким образом, круг замкнулся: политическая борьба для того, чтобы приводить к коренным изменениям в общественных отношениях, а не просто к смене личностей у кормушки, должна быть осмысленной и организованной, а социальная борьба для того, чтобы решить до конца свои задачи, неизбежно должна выходить за узко-социальные рамки. При этом именно социальная борьба как нельзя лучше способствует организации масс и осознанию ими своих интересов, что является основным условием для организованной и последовательной политической борьбы, а именно политическая борьба, в свою очередь, только и может разрешить социальные вопросы.

Соединившись, социальная и политическая борьба на своей высшей стадии приведут людей к пониманию необходимости классовой борьбы за социализм. Здесь очень важно придать политической и социальной борьбе коммунистический характер.

Ведь народ может протестовать, может организованно протестовать, может скидывать неугодных правителей, но… в рамках системы, в рамках капитализма. Это нужно хорошо помнить и учитывать коммунистам. В Западной Европе мы видим организованных трудящихся, массовые забастовки (в Англии спокойно может встать целая ветка метро в результате забастовок) — и, разумеется, это иная — более высокая ступенька, если сравнивать с уровнем самоорганизации трудящихся в России. Однако, даже те массовые демонстрации, забастовки, совершаемые организованными трудящимися стран Европы, не приводят к смене системы из-за отсутствия идеологической направленности на борьбу за социализм. Людям порой очень сложно преодолеть веру в систему (даже когда они уже не верят в «доброго царя»), перейти от борьбы за «хороший капитализм» против «плохих чиновников» к борьбе против капитализма как такового, от борьбы за «хороших» «пастухов» против «плохих» к борьбе против всяких «пастухов» как таковых. В этом вопросе для коммунистов непочатый край работы, но именно борьба против всякого капитализма и всяких пастухов и будет собственно коммунистической.

Современные буржуазные власти не раз показывали нам, что больше всего они боятся политизации социальной и рабочей борьбы. Буржуазия может кинуть пряник в виде отдельных социальных подачек, может смириться с массовыми «общегражданскими» митингами (в определенной степени способствуя их пиару), может даже пожертвовать отдельными наиболее одиозными фигурами своего политического истеблишмента (вспомните истории с Ельциным, Зурабовым, Лужковым, Кудриным, Сердюковым), но буржуазия никогда не смирится с сознательной организованной классовой борьбой трудящихся за свое социальное освобождение.

На вопрос же, «как соединять социальное и политическое?», мы хотим ответить примером из практики нашей партии, когда начавшиеся социальные возмущения граждан были переведены в политическое организованное русло.

Так, в 2005 году в подмосковном городе Солнечногорск был митинг против монетизации льгот. В ходе митинга было видно, что настрой у людей был решительный. Но представители местной организации КПРФ, закончив митинг, призвали людей разойтись по домам. Это вызвало негодование у значительной части протестующих, которые не были настроены выпустить пар и разойтись, ведь 122-й закон затрагивал их жизненные интересы. Тогда товарищи из РКРП призвали народ к перекрытию Ленинградского шоссе. Прорывая тогда еще милицейские (а по факту, конечно, уже давно полицейские) кордоны, протестующие перекрыли магистраль и примерно на час остановили движение. Этот пример повторился в тот же день, когда было стихийное перекрытие магистрали в Мытищах.

Буржуазная пресса со свойственной ей «объективностью» замолчала оба случая. А вот на следующий день столь же стихийно

вышли льготники Химок и перекрыли Ленинградское шоссе. Здесь уже замалчивать было невозможно. В последующем эти примеры стали воодушевляющими для других городов, и в короткий срок перекрытие трасс стало носить массовый характер. Тогда власти пошли на уступки и вернули часть льгот. Но на этом борьба не закончилась. В результате этой акции, 12 января 2005 года был образован Комитет спасения Солнечногорского района, впоследствии выросший в Комитет спасения Московской области, ставший, в свою очередь, членом всероссийской коалиции — Союза координационных советов России. Данный пример показателен: сначала была локальная социальная борьба жителей, затем она перешла на новый политический уровень, в чем немалую роль сыграла солидарная борьба в других городах, и как итог — создается организованная структура, притом не эфемерный верхушечный «координационный совет», а Комитет спасения, куда входили сами борющиеся граждане. На наш взгляд, политика РКРП в 2005 году в отношении протестов по поводу принятия 122-го закона является хорошим примером соединения социальной и политической борьбы с переведением ее в классовое русло. В этом примере и кроется ответ на вопрос: «как соединять социальное и политическое?»

Сегодня нужно четко отдавать себе отчет, что будущая Советская власть вырастет не из партий, движений или «КС оппозиции», а из низовой самоорганизации в ходе борьбы самих граждан. Коммунистам необходимо вести борьбу к созданию таких организационных структур, а если такие структуры создаются стихийно — вносить в них классовое сознание и коммунистическую идеологию.

Капиталисты наступают по всем фронтам и на все сферы нашей жизни, пора и трудящимся объединять свои пока разрозненные усилия, разрозненные фронты в один общий Российский Объединенный Трудовой Фронт.

Сегодня в Москве РОТ ФРОНТ понемногу начинает вести местную работу. Опыт работы муниципального депутата от РОТ ФРОНТа в Марьиной роще Олега Комолова, связи с инициативными группами ряда районов Москвы (в частности, Перово, Выхино-Жулебино, Тимирязевского, Войковского и других.), работа по противодействию строительства храмов, точечной застройки, защите лесов и пр. — это только начало нашей работы. В дальнейшем мы планируем укреплять связи с инициативными группами районов и расширять сеть очагов сопротивления, политизируя социальное движение жителей Москвы и других городов. Что же касается, экономической борьбы рабочего класса, то ею РОТ ФРОНТ занимается давно и относительно успешно. Так, за последние 2 года силами РОТ ФРОНТа в Москве и области удалось создать 4 ячейки боевого профсоюза «Защита труда». Кроме того, укрепляются региональные отделения РОТ ФРОНТа, объединяющие рабочих в борьбе за свои права. Это и активизация работы РОТ ФРОНТа в республике Коми, и тесные связи с рабочим движением в Ленинграде (многие члены МПРА входят в РОТ ФРОНТ, начиная с руководителя — А. Этманова), и создание новой ячейки РОТ ФРОНТа в Норильске, куда вошли коммунисты и рабочие НорНикеля, в том числе — профсоюз «Защита труда», и во многих других регионах (Тюмень, Киров, Краснодар, Чита и др.)

Как мы уже говорили, капиталисты наступают по всем фронтам и на все сферы нашей жизни, пора и трудящимся объединять свои пока разрозненные усилия, разрозненные фронты в один общий Российский Объединенный Трудовой Фронт. Объединение разнородных локальных протестов за социальные и экономические права в единый оформленный социально-классовый протест с привнесением в него марксистско-ленинской идеологии — вот основная задача для коммунистов на современном этапе. С другой стороны, именно оформление такого протеста и тесная связь с ним коммунистических и левых организаций является единственным условием для преодоления кризисных тенденций в левом и коммунистическом движении вообще.

Борьба продолжается!

Рот Фронт!


Сноски

1 См. О честных выборах и нечестной демократии. Заявление Комиссии по рабочему движению и Идеологической комиссии ЦК РКРП-РПК; Власть миллионам, а не миллионерам. Заявление Бюро ЦК РКСМ(б); Протесты: пора делать следующий шаг; Служить России — значит служить трудовому народу.