Кто такие левые, коммунисты и возможно ли их единство?

ОСИН Роман

Сегодня, особенно в последнее время, когда процесс образования центров объединения внесистемных левых (прежде всего к этим центрам относятся РОТ ФРОНТ и Форум Левых Сил; последний, впрочем, уже успел начать сходить на нет) набирает обороты, зачастую забывается разница между левыми и коммунистами. Некоторые интеллектуалы левого толка рассуждают про объединения всех в единую левую антикапиталистическую партию, которая должна вобрать в себя разнородные идеологические левые фракции (это и сталинисты, и анархисты, и «новые левые», и умеренные, в общем, объединение всех со всеми).1

Среди некоторых активистов из коммунистических организаций почему-то укоренилась позиция, что левые это обязательно «хорошо», это обязательно союзники и друзья, в то время как во времена Гражданской войны некоторые левые стреляли в коммунистов и наоборот.

Другие (в том числе и уважаемые нами теоретики) не могут учесть реалий времени и зачастую, вообще отождествляют левых с коммунистами, а тех, кто немного отклоняется от коммунистической идеологии, называют не левыми, а «левыми» среди правых2. Среди некоторых активистов из коммунистических организаций почему-то укоренилась позиция, что левые это обязательно «хорошо», это обязательно союзники и друзья, в то время как во времена Гражданской войны некоторые левые стреляли в коммунистов и наоборот.

На наш взгляд, обе позиции в одинаковой степени не учитывают реальности и бросаются в крайности. В первом случае мы имеем дело с размыванием понятия «левые» и «коммунисты», стремлением преодолеть разнородные «оттенки» «единого левого движения», не понимая, что сами эти «оттенки» не на пустом месте возникли и отражают далеко не чисто исторические или личностные разногласия. На самом деле в основе наличие раздробленности левого движения лежит раздробленность рабочего движения и вообще сложная структура самого пролетариата как класса, который давно представлен разнообразными социальными слоями с различным уровнем классового самосознания и степенью классовой организованности. Не стоит упускать и существования мелкобуржуазных переходных элементов, стоящих между пролетариатом и буржуазией, которые, как правило, и являются массовой социальной базой левых некоммунистических организаций. То есть, говоря коротко, главная причина лежит не в плоскости личностных амбиций или исторических, а в социально-классовом аспекте разногласий3. Да и быть просто «антикапиталистом» еще не означает быть коммунистом или даже левым (есть поклонники феодализма и монархии, которые тоже по-своему против капитализма). Равно как и быть левым не означает выступать за диктатуру пролетариата и полное уничтожение частной собственности на средства производства.

Как итог непонимания этого момента, мы имеем логику «неважно кто: троцкист, сталинист, анархист, мы все красные, вперед, в общую партию». Такой подход откровенно утопичен и сеет вредные иллюзии. Во втором случае мы имеем дело с недооценкой того факта, что многие люди, считающие себя левыми и активно участвующие в борьбе, тем не менее, вряд ли могут быть отнесены к ортодоксальным коммунистам (особенно это относится к молодежным левым организациям анархического и троцкистского толка). Таких людей было бы неправомерно называть правыми (или «левыми» среди правых), но и к коммунистам их тоже не отнесешь. Вероятно, их можно охарактеризовать как стихийных левых, левоватых и пр.

Если же говорить о самих левых и степени их взаимодействия между собой, то, строго говоря, единого левого движения вообще не существует и не может существовать, так как сами по себе левые, как мы уже сказали, очень разнообразны и причина этого разнообразия объективная. Если уж и вести речь о едином движении, то надо говорить про коммунистическое и рабочее движение. Но подробнее обо всех этих вопросах ниже.

Итак, кто такие левые и чем они отличаются от коммунистов? Возможно ли единство левых и единство коммунистов? И если да, то, какого качества, и в какой степени?

На наш взгляд разница между коммунистами и левыми очевидна. И состоит она вот в чем. Под левыми силами мы понимаем все те политические организации, которые рассматривают борьбу за социальные права в качестве своей основной задачи. Очень важно подчеркнуть именно вторую часть определения «в качестве своей основной задачи», ведь сегодня кто только не декларирует социальные требования, даже Немцов и тот к сентябрю 2012 года заговорил о «социалке». Но рассматривать, требования, как основную цель, могут только партии левого толка (в том числе и лево-либерального). В этом смысле левые силы очень разнообразны и не редко оказываются на противоположных сторонах баррикад, как это уже было в Гражданскую войну, когда большевики стреляли в меньшевиков, эсеров и наоборот. Аналогичная ситуация возникала и в нашей новейшей истории, когда условно левая партия КПРФ предавала интересы людей труда и занимала позиции, прямо противоположные РКРП. За примерами далеко ходить не надо. Это и позиция Зюганова в 1993 году, и массовые акции протеста против закона о монетизации льгот в 2005 году, и многие другие эпизоды, подробное перечисление и разбор которых не входят в задачу данной работы. Тогда КПРФ работала на власть, удерживая людей от решительных действий, РКРП же вела политику на обострение классовой борьбы, «раскачивала лодку». С другой стороны, если мы возьмем не карманную КПРФ, а вполне себе левую внесистемную организацию РРП (ныне входящую в МОК), то ситуация окажется аналогичной. Троцкисты из РРП на заводе «Салют» несколько лет назад открыто противодействовали РКРП и РКСМ(б), призывая ориентироваться на «желтый профсоюз» ФНПР, в то время как РКРП и РКСМ(б) призывали создавать ячейку классового боевого профсоюза «Защита»4. Таким образом, объективно РКРП и РРП стояли по разные стороны баррикад в этом конфликте, хотя, вроде как, и те и другие за рабочую борьбу, и те и другие выступают за диктатуру пролетариата и общественную собственность. Левые это и троцкисты, и социал-демократы, и коммунисты, и анархисты и многие другие. Яснее ясного, что представлять левые силы, как нечто однородное, значит совершать большую ошибку.

Если говорить о коммунистах, то они являются наиболее последовательными левыми и доводят борьбу за социальные права до требования отмены частной собственности на средства производства, диктатуры пролетариата и революционной смены капитализма на социализм, а в перспективе — строительство коммунизма, то есть общества без эксплуатации человека человеком, в котором всестороннее развитие личности является главной и определяющей целью. Как говориться в «Манифесте коммунистической партии», «коммунисты могут выразить свою теорию одним положением: уничтожение частной собственности»5. Но ликвидировать частную собственность по настоящему, не только на словах, но и на деле, означает установить диктатуры пролетариата и организовывать построение социализма и коммунизма. Именно это сможет решить полностью социальные проблемы. Здесь важно, что особенность коммунистов состоит именно в борьбе за все три составляющие сразу, притом, борьбе на деле, а не только на словах. Именно не в простом выступлении против частной собственности, а в требовании ее упразднения при помощи завоеванного в ходе социалистической революции государства диктатуры пролетариата с целью установления социалистического и коммунистического общества состоит особенность коммунистической, марксистской (а не просто левой) постановки вопроса.

Ведь какую социальную или экономическую проблему мы не возьмем, в конечном счете, все они: от трудовых споров до разногласий, связанных с авторским правом, так или иначе, упираются в частнособственнические общественные отношения капиталистического способа производства как такового, который и порождает все противоречия современного общества.

Разумеется, кроме этого есть еще некоторые особенности, характерные для коммунистов. Коммунисты это всегда интернационалисты, непримиримые враги оппортунизма (как правого так и «левого»), революционеры слова и дела. Ни для кого не секрет, что в настоящее время существует множество небольших организаций, которые в своих программах признают диктатуру пролетариата, провозглашают ориентацию на рабочий класс и отмену частной собственности, но для реализации этих требований делают или откровенно мало, либо не делают ничего. Деятельность подобных организаций зачастую сводится либо к написанию торжественных резолюций и деклараций, либо к бесконечному вываливанию на свои сайты «аналитических» статей, которые читают сами же активисты этих микро «партий». Важно понимать, что настоящие коммунисты — это, прежде всего, те, кто не только провозглашает диктатуру пролетариата и отмену частной собственности, но кто на деле борется за реализацию своих идеалов, на деле работает с рабочим классом по привнесению в его ряды коммунистического сознания. В этой связи бывает и так, что в рядах таких некоммунистических организациях, как «Левый Фронт» и КПРФ, встречаются отдельные коммунисты. С другой стороны, есть и такие организации, которые по своим программным установкам подпадают под «коммунистические» (например, ВКПБ Нины Андреевой или микро «движение» «Рабочий Путь»), но де-факто ими не являются, а представляют собой в лучшем случае кружки по интересам.

Коммунисты выступают против всякого угнетения и всякой эксплуатации как теоретически, так и практически, в отличие от всех остальных политических течений, которые так или иначе, пытаются подкрасить существующие эксплуататорские порядки. Более подробно можно изучить интереснейший документ, написанный Лениным В.И. под названием «Условия приема в коммунистический интернационал» 6. Там очень четко сформулированы критерии того, кто коммунист, а кто нет.

Сегодня очень важно понимать, что организационное единство (то есть единство в рамках общей партии) у коммунистов может быть только с коммунистами, а не со всеми левыми без разбору. Тактические же союзы (то есть единство в рамках конкретных дел, временных коалициях и пр.), можно заключать, выражаясь словами Маркса, хоть с чертом, вопрос в том, кто чью линию в этом союзе будет проводить. Коммунисты, естественно, должны идти на подобные коалиционные тактические союзы, проводя свою политическую линию, которая выражает интересы рабочего класса. Содержание этой линии должно быть превыше абстрактных «коалиционных соглашений» (независимо с кем, хоть с левыми, хоть с правыми). В случае же, если политическая линия коммунистов страдает от работы в такой коалиции, то целесообразно разрывать отношения, когда же политическую линию удается проводить и она от этого усиливается, то, очевидно, работать в коалиции можно и нужно, не боясь «испачкаться». Это, по сути, азбука политического искусства, но, увы, зачастую азы этой азбуки забывают некоторые товарищи-леваки, рассуждая про некий «политический этикет», про то, что «в политической практики так принято» (не указывая, впрочем, кем и когда принято).

Поэтому сегодня стоит больше говорить не об эфемерной проблеме объединения всех левых ради всего хорошего и против всего плохого, а о единстве коммунистов. По существу, объединение леваков ни на что не повлияет (от того, сколько на демонстрацию внесистемных левых выйдет человек: 200 или 500 суть не изменится, если левые слабо связаны с трудящимися, в особенности рабочим движением), это и в принципе невозможно, в силу разношерстности самих левых. Основная проблема современности — это объединение коммунистов, которое уже происходит (в 2001 году объединились РКРП и РПК, в 2011 РКРП-РПК и КПСС), а также острая необходимость соединения коммунистической марксистско-ленинской идеологии с рабочим движением (чего пока мы, к сожаленью, наблюдаем в слишком небольшом объеме). Без этого соединения коммунистов ждет политическая смерть.


Сноски

1 Интервью Алексея Сахнина Красному ТВО партийном строительстве ч 1 и ч 2

2 Попов М.В. «Кто такие левые?». Передача «простой ответ» выпуск 3

3 Зачастую можно слышать про «неактуальность» противопоставления разных течений. Особенно часто это касается троцкизма и сталинизма. Но те, кто пытаются преодолеть «разногласия» ошибаются в главном. Они видят в них лишь внешние, исторически временные разночтения в понимании марксистской доктрины, тогда как разногласия намного глубже и связаны, прежде всего, с подходом к делу, что неизбежно дает о себе знать в политической практике. Да формально, чисто внешне разногласия между Троцким и Сталиным на данном этапе не являются вопросом, по которому можно объединяться или размежевываться. В принципе в одной партии могут присутствовать и сторонники Троцкого и сторонники Сталина. Но все дело в том, что данный спор это не просто вопрос разногласий различных политических деятелей, а спор двух принципиальных подходов: подхода верности духу и верности букве марксизма. Согласно одному подходу можно пренебречь революционными завоеваниями и рискнуть ради соблюдения «чистоты жанра», согласно же другому подходу куда важнее общеисторические завоевания, ради которых «жанр» можно и подкорректировать. И это главное. Если человек, по какой-то причине считает, что Троцкий на тот момент был прав, то это означает, что он не до конца овладел марксистской методологией и на каком-то из отрезков развития борьбы этот пробел обязательно проявится, быть может, в иной ситуации и при иных условиях, совершенно не связанных внешне со спором Сталина с Троцким.

4 См. Митинг у завода «Салют»:Реформистская лужа «революционеров»

5 Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. — 2-е изд. — Т. 4. М.: Государственное издательство политической литературы, 1955. С. 437.

6 См. Ленин.В.И. ПСС. С. 204-212. М. 1974 г.