По поводу статьи т. Маленьких

СУРСКИЙ Николай

Опубликованная на нашем сайте статья Д. Маленьких «Пролетарское болото» вызвала живое её обсуждение. Сам поднятый вопрос о нереволюционности современных рабочих и о том, как быть с этим коммунистам, является одним из животрепещущих в нашей практике и тактике борьбы. Статья выложена в разделе «Дискуссия» и поэтому хотелось бы высказать некоторые соображения по этим вопросам.

Думаю, не совру, если скажу, что практически всем коммунистическим агитаторам приходилось сталкиваться с явлениями, описанными т. Маленьких, — полной апатией, безразличием ко всему, косностью и аполитичностью рабочих (да и не только их). Факты, как говорится, упрямая вещь, и главным из них, пожалуй, является тот факт, что в подавляющем большинстве случаев отсутствует смычка между коммунистами и пролетариатом. Казалось бы, налицо явное противоречие: коммунистическое движение по определению — это соединение научного коммунизма с рабочим движением, а последней составляющей практически нет. Вернее, рабочее движение находится пока в зародышевом состоянии; питерские докеры, рабочие «Форда» и «АвтоВАЗа», немногочисленные классовые профсоюзы — лишь первые тому предвестники. Многие могут объявить это противоречие парадоксом, превращающим коммунистов в обособлённую «тусовку», но ничего парадоксального здесь нет — капитализм, как известно, сам является совокупностью противоречий.

Но именно это противоречие рождает в наших кругах дискуссию как о методологии и приёмах агитационной работы, так и о месте, роли и перспективах пролетариата как «до конца революционного класса» в современном обществе. В ней прослеживаются два направления, которые можно охарактеризовать как объективное и субъективное. Первое рассматривает указанные вопросы с общественно-экономической точки зрения, соотносит реальную ситуацию в России с распределением классовых сил и отсюда обосновывает отсутствие смычки между трудящимися и коммунистами. Второе направление сводит этот кризис к причинам политическим (элементарное неумение многих агитаторов работать с людьми, недоверие к коммунистам со времён поздней КПСС и т. д.). При этом оба лагеря дискутирующих сходятся в одном — необходима коррекция форм и направлений агитационной работы.

Реальную ситуацию описать не так уж и сложно. Костяк современного российского пролетариата формировался в позднесоветский и постсоветский периоды, что с одной стороны приучило его к мифу об партнёрских (в худшем случае — благожелательных) отношениях власти и народа («ну не бросят же они нас на произвол судьбы!»), отсюда — к аполитичности, с другой — предперестроечное брожение и сама перестройка плюс излишняя лишняя собственность, восходящая к временам «развитого социализма» и стремящаяся к превращению в частную, окончательно сформировали его мелкобуржуазное миросозерцание. Эпоха смутных девяностых годов ознаменовала собой переход де-юре «общенародной» госсобственности в собственность буржуазии, сопровождавшийся разрушением промышленности и гигантским сокращением численности рабочего класса, его деморализацией. Завершение этого передела и последовавшая за ним путинская «эпоха стабильности», призванная сохранить статус-кво в современном российском обществе, действительно привели к определённой стабилизации и улучшению жизни населения и, что особенно важно, даже при всём паразитизме капиталистов, — к частичному восстановлению и развитию производительных сил с тенденцией на дальнейший прогресс. В верхах это выразилось укреплением государственной власти буржуазии, формированием её ведущей партии, фактическим учреждением института преемников, усилением реакции, в низах — первыми ласточками экономической борьбы рабочих, борьбы наступательной, а не оборонительной, как в девяностых.

В силу указанных причин костяк современного пролетариата не дошёл до осознания необходимости борьбы, и большая его часть превратилась, по выражению т. Маленьких, в «пролетарское болото». Молодые же рабочие несознательны ещё больше, чем их старшие товарищи; существующий порядок вещей кажется им незыблемым, и они не видят смысла изменять его, а потому предпочитают заниматься более «интересными» делами. Например, мне приходилось общаться с двумя сравнительно молодыми рабочими-железнодорожниками (25-30 лет), один из которых хвастался познаниями в сортах алкогольной продукции, другой описывал особенности адюльтеров. Пример, конечно, рядовой, но весьма показательный. Пролетарская молодёжь находится под влиянием мелкобуржуазных ценностей, реальной угрозы своему существованию не видит, поэтому или забивает на всё, или стоит горой за власть предержащих. Применённый в статье термин «обыдление», конечно, неудачен, но очень характерен и своеобразно интерпретирует слова Маркса о том, что рабочий класс или революционен, или он ничто. Обывательский взгляд рабочих на жизнь — действительно массовое явление — будет изжит только с усилением противоречий капитализма. Его дальнейшее — поступательное — развитие будет пропорционально усиливать политическое и экономическое давление на пролетариат, что, хочет он того или нет, вытолкнет его на борьбу с буржуазией. Бесспорно, на это развитие потребуется время. Нынешнее метастабильное состояние даёт коммунистам и всем левым выбор: либо работа (тяжёлая, черновая, изнурительная, часто на ощупь) с пролетариатом, помощь этому классу в его пути к экономической и политической борьбе, либо сползание в сектантство, увлечение различными ультралевыми идейками под предлогами пассивности рабочих = вырождение, деградация и смерть коммунистического движения. Наша задача — не звать народ на баррикады, а привести его к коммунизму, начиная, как очень точно выразился в одной из своих статей т. Батов, с куска хлеба.

Нашей тактической целью должно быть не достижение внешнего эффекта от агитации (столько-то листовок расклеено, столько-то газет продано), а донесение до людей мысли о возможности и необходимости изменения действительности. Путь этот долгий, многолетний, без видимых результатов труда, но самый верный. А способы… Способы могут быть самыми разными, лишь бы они бы были действенными. Перед коммунистами непочатый край работы, которую кроме нас никто не выполнит.