Классовый или патриотический характер Победы?

LeaRouge

Когда оценивают ВОВ, одни любят подчёркивать её классовый характер (напали не на кого-то, а на СОЦИАЛИСТИЧЕСКИЙ Советский Союз, и именно он победил), а другие патриотический(хотели уничтожить Россию и вообще славян), и у людей, которые ещё только пытаются разобраться в своих убеждениях, после праздников в голове, должно быть, настоящая каша, которая усугубляется ещё и тем, что с классовым характером войны согласны, в том числе, и самые ярые наши враги, то есть те самые многочисленные «разоблачители», стремящиеся доказать, что большевики виноваты в развязывании ВОВ. По их логике, если бы не было Великой Октябрьской Социалистической Революции, то не было бы и Гитлера как противовеса левым, и не было бы фашизма, и всех последующих ужасов. На это патриотически настроенные граждане отвечают ссылками на запланированный геноцид населения Европейской части СССР, который никак нельзя объяснить чисто «борьбой с большевизмом», да и в самом деле глупо отрицать, что Гитлер планировал войну на уничтожение.

Относительно современности можно задать похожий вопрос — по какой причине США объявило своим врагом Венесуэлу? Дело ли в том, что в Венесуэле есть нефть или в том, что Уго Чавес строит там социализм? Учитывая, что США примерно также относится как и к Социалистическим странам у которых нет нефти(Куба, Северная Корея), так и к странам, где есть только нефть, но нет социализма(Иран, Ирак при Хуссейне), можно сделать вывод, что каждая из этих причин сама по себе вполне достаточна. С Великой Отечественной Войной было, по сути, аналогично. На нас напали и потому, что у нас было первое в мире Государство Рабочих и Крестьян, и просто с целью захватить «жизненное пространство». Так что по-своему правы и левые, и патриоты.

Поясню. Представьте себе на секунду, что Великую Октябрьскую Социалистическую Революцию в своё время подавили. Как бы выглядел мир? С одной стороны, всё равно существовал бы голодный империалистический германский хищник, а с другой — на месте СССР была бы слабая страна типа «аргентинского» уровня, однако при любом строе всё равно богатая природными ресурсами, так что нападение было бы лишь вопросом времени. Некоторые на это скажут, что в Германии тогда бы не пришёл к власти Гитлер, и сохранилась бы Веймарская Республика. Допустим. Но разве буржуазная республика не может вести захватнических войн, не может истреблять население на покорённых территориях? Те же США занимаются этим на протяжении всей своей истории. Да и другие европейские страны в период колониализма разве отставали от них? Ведь только Вторая Мировая Война подкосила колониальную систему.

Конечно, для европейски ориентированного либерала суперважно, республика в Европе или диктатура, но тем, кого сжигают в деревнях, чтобы очистить от них «жизненное пространство», как-то всё равно, называют ли правителя завоевателей фюрером или президентом, и как точно он пришёл к власти.

Итак, война была бы всё равно. Но была бы Победа? Некоторые патриоты и на этот вопрос отвечают утвердительно, подчёркивая мужество русского народа, и приводя из истории примеры, как русские, или шире, славяне, умели побеждать в прежние века.. И тут с их аргументацией не поспоришь: да, когда на родную землю пришёл жестокий враг, причём пришёл не просто покорить, а уничтожить, стереть с лица земли, то любой народ в таких обстоятельствах будет активно бороться за свою жизнь. Поэтому аргумент, что при другом режиме трудовому народу было бы столь плохо, что не было бы смысла защищаться от завоевателей, несостоятелен. При любом строе люди хотят жить, а тут грозило не просто покорение, а самое настоящее истребление.

Но, несмотря на это, победы, скорее всего, всё-таки не было бы. Конечно, героические примеры из прошлых веков завораживают, но патриоты забывают об одной простой вещи: для победы мужество, конечно, необходимо, но, увы, одного его, к сожалению, недостаточно. Хороший пример — индейцы Северной Америки. Их положение было во многом сходным с нашим — тоже был враг, цель которого была не покорить, а уничтожить, чтобы на «освобождённой земле» построить фермы и зажить припеваючи (Кстати, Гитлер признавал своими учителями в том числе и белых завоевателей Америк, а славян нередко называл «краснокожими»). И в мужестве индейцам тоже не откажешь, но увы… в конце концов даже самые непримиримые, если не успевали раньше погибнуть в бою, вынуждены были сдаться в плен и пойти в резервации. Почему? Да потому что у индейцев всё равно рано или поздно заканчивались порох и пули, а если ты безоружен, то мужество бессильно помочь. Восхищаясь нашими предками, совершавшими порой невозможное, нельзя забывать, что всё-таки если бы наша страна под руководством Сталина не прошла за 10-15 лет тот путь, который другие страны проходят за 100-150 лет, если бы у нас не было танков и самолётов, то нас бы ждала участь всех «дикарей», истреблённых европейцами.

(В некоторых исторических источниках геноцид индейцев объясняется не экономическими причинами, а их дикостью и кровожадностью, и вытекающей из них невозможностью мирного сосуществования рядом с «цивилизованными людьми», но это не так. Мы часто волей-неволей смотрим на индейцев глазами белых американцев, а в их источниках имеется как сознательная демонизация жертвы, так и просто откровенное непонимание, что чувствует человек, у которого «враги сожгли родную хату, сгубили всю его семью». Тут кто угодно станет кровожаден, даже если до того был настроен миролюбиво.)

Итак, получается, что хотя Война была всенародной, Победа в ней была бы невозможна без сталинской индустриализации, которая в свою очередь была бы невозможна без плановой экономики и социализма, а значит, неизбежно носила классовый характер. В пользу этого есть и другой аргумент, но чтобы понять его, надо поподробнее остановиться на последствиях Великой Отечественной Войны для человечества.

Вопреки распространённым мифам, это не была первая истребительная война в истории, конкистадоры вели себя в своё время не лучше нацистов. Уникальность её в другом — это была первая истребительная война, которая ПРОВАЛИЛАСЬ. И, пожалуй, одним из самых важных её последствий, о котором порой забывают, было изменение массового европейского сознания. До того европейский обыватель не видел в завоевательных войнах ничего плохого, в этом даже виделся некий прогресс, так как более сильные и более развитые побеждали более слабых. Левые, конечно, и раньше были против колониализма, но распространить свой взгляд на этот вопрос в массы они не могли, а процент идейных никогда не бывает велик. Но поскольку победил Советский Союз, и был Нюрнбергский трибунал, то в связи с этим открылись пиар-возможности, чтобы дегероизировать саму идею завоевания. До того завоевание воспринималось как зло лишь его непосредственными жертвами, и немногими им сочувствующими, а те, кто истреблял «дикарей», считали себя правыми, так как не видели в них людей, не меньше их имеющих право на жизнь. Лишь после Нюрнберга утвердилась идея, что геноцид и завоевание — преступления, которые нельзя оправдать ничем. (Именно это, наверное, и было самым главным достижением Победы). Утвердилась, однако, не до конца. Немцам и впрямь удалось внушить отвращение к завоеваниям надолго, а вот тем же французам в школах прививают в целом положительную оценку Наполеона. Ещё меньше это затронуло США, где такого рода осуждение волей-неволей било по самим основам американского государства (Не поэтому ли, в частности, они так поспешно опустили «железный занавес» в 1946 году?). Но с девяностых годов прошлого века, когда не стало СССР, в этой сфере пошёл откат назад. Сначала достаточным предлогом для вторжения стала «защита прав человека», а сейчас даже в это оправдание мало кто верит, но всё больше и больше людей находят вполне приемлемыми расизм и войны за ресурсы в интересах «белой расы». Именно это тоже говорит о классовом характере Победы СССР, так как именно уничтожение социализма уничтожило самое главное из её достижений.