Земфира, грустная музыка и янки на наших границах

ЯКУШЕВ Дмитрий

Ее музыка, тексты песен, голос как-то сразу цепляли. Вроде бы все очень просто и в то же время совсем не пошло и не банально. Чувствовалось, что она настоящая, а не пластиковая, и поет о действительно выношенном, прочувствованном, пережитом. Это-то и выделяло Земфиру из нашей рок-поп эстрады — наглой, циничной, действующей по принципу «пипл хавает».

После первых двух альбомов, имевших большой успех, Земфира надолго пропала. Она умная, эта девочка из Уфы, и тоже поняла, что нужно делать что-то новое, идти дальше, что еще один альбом о «ромашках» будет уже неправдой и пошлостью. Потому она столько молчала, думала, искала. Результатом этого поиска явился недавно вышедший третий альбом «Четырнадцать недель тишины».

Получилось ли, развивается ли творчество Земфиры и если развивается, то куда? Сама Земфира о своем новом альбоме говорит как о полном достоинства и не нервном в отличие от первых двух. Что ж, наверное, так оно и есть. Земфира повзрослела, лучше узнала мир и больше не кричит ему задиристо, по-детски, а говорит с достоинством, зная цену окружающим и себе.

О чем же альбом Земфиры? Думаю, что, как и предыдущие, он о человеческом одиночестве в современном мире. И если эти песни слушают, то значит одиночество в сегодняшнем обществе действительно огромная проблема. От него не спасают ни семья, ни дети. И не могут спасти, ведь это одиночество порождается самим капиталистическим способом производства, превращающим людей в одинокие атомы, противостоящие друг другу. Особенно остро это одиночество ощущается в крупном капиталистическом городе, среди, как это ни странно, громадного скопления людей.

Песня «Webgirl» об одиночестве «девочки, живущей в сети» очевидно, перекликается с песней «Созрела» из прошлого альбома. Там девушка сама себе заказывает поздравления по радио, здесь — сидит в интернете, надеясь «на том конце, встретить в чем-нибудь чужом лице» близкого и интересного человека. А в итоге лишь «уставшие глаза, догнавшие расцвет». Такая вот достаточно грустная история. А где в наше время взять веселую?

Вообще, этот альбом Земфиры надо распробовать, послушать вечером одному в спокойной обстановке. Здесь есть и интересная музыка, и интересные тексты, и красивый голос с симпатичными уральско-поволжскими интонациями. Но сразу, проходя мимо палатки, в которой крутят Земфиру, всего этого можно и не расслышать.

Радует, что в своем творческом поиске Земфира не ушла в некий символизм и заумь а-ля Гребенщиков, которая свидетельствует не о продвинутости, а о полной творческой несостоятельности. Хотя, наверное, такая опасность для нее еще не миновала. Собственно, такая опасность есть всегда. Стоит расслабиться, дать поселится внутри конформизму, и все — очень скоро сказать будет нечего, останется только надувать щеки, как это делают Гребенщиков, Кинчев, Шевчук, да и тот же Летов.

Коснулась Земфира и военной темы, правда как-то робко и не очень внятно.

Мы в траншеях рыли ямки,
Мы стучали по снарядам.
На границе бродят янки,
И не знают, что мы рядом.

Затем герои песни «объедались любовью рано утром на границе», а их «разглядели — расстреляли». Надо полагать, сделали это те самые янки, которые уже бродят по нашим границам и скоро наверняка заберутся внутрь. Янки, go home.

Земфира, очевидно, еще не потерянный человек. Она жива, а потому от нее еще можно ждать чего-нибудь интересного и настоящего. «Я умираю, когда вижу то, что вижу и некому спеть», — поет Земфира. И это обнадеживает. Если она своим талантом пройдется по тому, что видит и отчего умирает, то получится как раз то, что нужно. «Я так боюсь не успеть, хотя бы что-то успеть», — продолжает Земфира. И это тоже правильно. Нельзя тратить жизнь по пустякам. Ее надо потратить на что-то настоящее. Только это настоящее надо правильно найти.