Гордо реющий Буревестник Максим Горький

Елена Искрова

Фигура Максима Горького предстает исполином на небосклоне русских писателей. В один ряд выстроились великие Пушкин, Достоевский, Чехов, Толстой, Горький, Шолохов… Но вот она, злая шутка судьбы: 150-летие главного пролетарского писателя совпало со 100-летием литературного власовца Солженицына. И политическим решением властей второе событие получило всероссийский масштаб, а первое — всего лишь региональный (скромные мероприятия прошли в Нижнем Новгороде, на родине писателя, до 1990-го года бывшим городом Горьким). Это называется конъюнктура. Ну не нужен Горький России, считает власть. Ей нужен Солженицын. А кто нужен нам?

Алексей Максимович Пешков родился 16 (28) марта 1868 года в семье столяра. Родители рано скончались, на воспитание ребенка взяли дед с бабой. Тяжелые условия взросления Горького описаны в его автобиографической трилогии («Детство. В людях. Мои университеты»).

«…Не только тем изумительна жизнь наша, что в ней так плодовит и жирен пласт всякой скотской дряни, но тем, что сквозь этот пласт все‑таки победно прорастает яркое, здоровое и творческое, растет доброе – человечье, возбуждая несокрушимую надежду на возрождение наше к жизни светлой, человеческой…»

М.Горький «Детство»

В Казани, где Алексей надеялся учиться в университете, он вынужден был из-за крайней финансовой нужды постоянно и тяжело работать, но все время развивался, посещая кружки студентов и занимаясь непрерывным самообразованием. Он был и пекарем, и грузчиком, и чернорабочим. Физическое и душевное истощение довели его до попытки самоубийства в 1887 году.

Но оставшийся жить молодой человек уже через 10 лет стал известен на всю страну: если его первая повесть “Макар Чудра” осталась незамеченной, то вторая литературная проба — двухтомник “Очерки и рассказы” — заставила заговорить о нем, как о подающем надежды литературном таланте.

Отдельный интерес приобретает опыт странствований писателя (1888-1892 годы): он исходил Южную Россию — от Астрахани до Москвы, побывал в Южной Бесарабии, Крыму и на Кавказе. Занимался тяжелой крестьянской работой, батрачил на соляных и рыбных промыслах, видел то самое дно жизни, которое описал в цикле рассказов “По Руси”.

Этот цикл — ответ декадентству Леонида Андреева, которое волной накрыло русских писателей после поражения революции 1905 года. Жизнь горьковских героев — это не серая глина из страданий между муками рождения и смерти, это луч добра, который каждый человек способен подарить другим, осветить жизнь своей силой любви и надежды.

В конце века у взрослеющего писателя появляются герои, которые не просто отрицают тяжелую действительность, как было на раннем этапе его творчества, но готовы сами предложить что-то созидающее в ответ. Они еще смутно, но уже нащупывают активную гуманистическую позицию, долг служения людям, мысли о будущем справедливом мироустройстве.

«Терпенье — зло, а боренье — добро», — говорит герой рассказа “В ущелье” Василий Силантьев.

В 1905 году Горький вступает в ряды РСДРП, общается с Владимиром Лениным, становится редактором большевистских газет «Звезда» и «Правда».

В результате Октябрьской революции открывает полемику с большевиками, называя события Октября несвоевременными. Но, увидев, с какой страстью новая жизнь отменяет старую, уже через год начинает горячо поддерживать советские преобразования.

Новый человек — постоянный герой горьковской драмы, и если в рассказах до 1905-го года люди нового мира в своих идеалах еще сумбурны (Татьяна в рассказе “Женщина”), действуют по наитию, иногда не видят своей дороги в жизни (например, молодой наборщик Сашка в рассказе “Легкий человек”), спиваются от невозможности дать ответ мерзостям жизни (Актер в пьесе “На дне”), грезят загробной справедливостью (Лука в той же пьесе), то после русской революции новый человек предстает в образах героев романа “Мать”. Это рабочие Павел Власов и Андрей Находка, мать Павла Пелагея Ниловна, сильные духом люди, которые готовы идти против ветра. Их валят на землю, а они снова встают и идут вперед.

Иной образ создан в повести «Жизнь Клима Самгина”, которая, по замыслу автора, должна была охватить жизнь России в течение 40 лет, но окончилась 17-ым годом, Горький не успел дописать свой эпический труд. Клим Самгин мечется вместе с интеллигенцией, близкий к чаяниям народа, тяжело воспринимающий его беды (здесь прекрасно описаны и Ходынская трагедия, и Кровавое воскресенье, и Первая Мировая), но в то же время болеющий философским декадентством, не находит себе нигде места.

После революции Горький живет в Европе долгих 7 лет, чтобы вернуться на родину и снова пройтись по ее степям и равнинам. Появляется ответ сборнику “По Руси” — “По Союзу Советов”. Писатель побывал в Курске, Харькове, в Куряжской колонии, руководимой А.С.Макаренко, на Днепрострое, в Ялте, Симферополе, Донецком бассейне, Баку, Тбилиси, Ереване, Сталинграде, Казани, Н.Новгороде и Ленинграде. Очерки вышли  яркими, образными, передающими наглядно трудную великую жизнь нового мира, через муки старого уклада жизни рождающего принципиально другого человека, готового учиться, покорять земные пространства, нести с собой идеалы социализма. Читать Горького по-прежнему трудно, — он не боится показать дно жизни, — но это уже другой мир, где люди сами тянутся наверх, знают, как выбраться из своих ночлежек. Прочесть очерки можно здесь.

«Тогда, в 28 г., я приехал в Союз после шестилетней жизни за границей, где наблюдал, как линяют павлиньи перья буржуазной культуры, как загнивает мелкая и крупная буржуазия, растрепанная войной. Видел ученых профессоров, которые служили кондукторами трамваев, интеллигентов, которые, стоя на улицах, молча протягивали руки за милостыней, видел, как в Германии голодали рабочие, как много малолетних дочерей пролетариата стали проститутками, и видел тысячи «детей военного времени»: золотушных, параличных, рахитиков, полуслепых, нервнобольных. Когда своими глазами видишь всё это, — так особенно ясной становится преступность и недопустимость власти буржуазии над рабочим классом» (Письмо М.Горького работнице фабрики «Красная роза» И.А.Рыбаковой).

 

С 33-го года, обосновавшись в Москве, писатель инициирует создание ряда журналов, возглавляет Союз советских писателей и участвует в основании Литературного института. Именно его считают отцом социалистического реализма (соцреализма), направления, представляющего собой эстетическое воплощение социалистически осознанной концепции мира и человека, процесс борьбы за прогрессивное социальное начало.

«Социалистический реализм утверждает бытие как деяние, как творчество, цель которого — непрерывное развитие ценнейших индивидуальных способностей человека ради победы его над силами природы, ради его здоровья и долголетия, ради великого счастья жить на земле, которую он, сообразно непрерывному росту его потребностей, хочет обрабатывать всю, как прекрасное жилище человечества, объединенного в одну семью» (М.Горький, речь на 1-м Всесоюзном съезде советских писателей, 1934 г.).

Писатель умер в 1936 году, похоронен у стен Кремля. Сегодня старательные либеральные “правдоискатели” с завидным упорством ищут новые “смыслы” его смерти, желая пнуть мертвых львов. Официальная версия, лишенная домыслов, остается одна — туберкулез, которым Горький страдал многие годы и постоянно пытался излечить за границей.

Так почему же Максим Горький так нелепо отодвинут сегодня на задний план регионального масштаба? Даже не касаясь личности Солженицына, которая нужна властям в их политических целях.

По нескольким причинам. Во-первых, Горький зафиксировал царскую Россию такой, которая неудобна сегодняшним апологетам монархического прошлого (а это ключевая линия власти), без лакеев с юнкерами, без хруста их французских булок, но нищую, грязную, задавленную поборами и полицейщиной, неграмотную, но мудрую, живую, скорбящую по своим детям, умершим от тифа и туберкулеза, по мужьям, заваленным в забоях, по женам, погибшим на сельских полях во время родов.

Во-вторых, великий пролетарский писатель не щадит мещанский образ жизни, так плотно засевший в наши умы сегодня. Он бичует крайний индивидуализм, покорность и пассивность по отношению к власти, крайний консерватизм и боязнь перемен, страх за собственное насиженное местечко. В этом отношении крайне примечателен рассказ “Зрители” (цикл “По Руси”): целая улица с интересом наблюдает за страданиями сиротки, которому лошадь изуродовала ногу, и, раздавая “мудрые” советы, даже не думает о том, чтобы отвезти ребенка в больницу. Такого типа людей писатель называл “человек-зритель”: глухие к чужому горю, они цинично заботятся исключительно о своей кормушке и своем ничтожном существовании. Горький пророчески замечал, что это есть “строй души современного командующего класса”. Строй, такой знакомый нам сегодня.

И, наконец, Горький вопреки всем декадентам, депрессирующим, давящим жизнь, воспевает человека труда, строителя будущего общества. И общество это, воспетое Горьким, социалистическое: общество без классовой эксплуатации, общество равных возможностей и высокой социальной организации. Такие пролетарские идеалы противоречат сегодняшним рыночным реалиям, так горячо любимым нашим правительством.

Вот он носится, как демон, — гордый, черный демон бури, — и смеется, и рыдает… Он над тучами смеется, он от радости рыдает!

М.Горький «Песня о Буревестнике»

Великий пролетарский писатель неудобен сегодняшней российской власти, не нужен ей, он выражает противоположные ей идеалы, борется за тех, чьими жизнями и судьбами капиталисты бросаются как мусором. Их идеал — Солженицын, такой религиозный и насквозь лживый, враг всего советского, социалистического.

Максим Горький неслучайно взял свой псевдоним, это френоним, то есть отсылка к смыслу его творчества — озвучивание горькой правды народа, задавленного царским режимом, но не сдающегося, сильного и готового бороться за свое счастье. Как бы горька эта правда не была, человек труда должен жить, должен идти вперед!

Посмотреть экранизированные произведения Горького можно здесь