RCUL(b)

История РКСМ(б)

От редакции:

Предисловие

Перед вами — история старейшей молодёжной коммунистической организации в современной России. Она вовсе не претендует на полноту или статус истины в последней инстанции. Вполне может быть, что она нуждается в уточнениях и дополнениях. Кому-то из наших читателей этот текст может показаться весьма неинтересным, ведь основной акцент в нём сделан на внутренние процессы, происходившие в РКСМ(б), а не на внешнюю сторону дела. Что ж, возможно, читать про «разборки» не слишком приятно. Зато читатель получит хорошее представление о тех явлениях, которые происходили, да и сейчас происходят в левом движении страны. За много лет с момента своего возникновения РКСМ(б) пережил очень многое, что, пожалуй, не переживала ни одна другая молодёжная организация современной России. Была идейная разноголосица, был организационный хаос, были уклоны и шараханья в разные стороны, была и опасность полного разгрома Революционного комсомола. Многие трудности ещё предстоит преодолеть. Все эти беды не есть что-то совершенно специфическое, присущее только РКСМ(б), они — отражение того общего состояния, в котором пребывает коммунистическое движение страны. Для российской левой молодёжи до сих пор характерны разброд и шатания, оторванность от жизни трудящихся, заражённость мелкобуржуазными стереотипами, кружково-тусовочный характер работы.

Поэтому любому читателю, который интересуется левым движением или делает свой выбор, полезно ознакомиться с историей РКСМ(б), с тем бесценным и дорогой ценой доставшимся опытом, позволяющим новому поколению коммунистической молодёжи избежать старых ошибок.

Мы, революционные комсомольцы, не забыли уроков прошлого. И потому мы с оптимизмом смотрим в будущее. Пока на нашей планете не построен коммунизм, историю РКСМ(б) нельзя считать законченной.

А. Батов,
Почётный Председатель РКСМ(б)

 

РКСМ(б) — наследник ВЛКСМ

Вскоре после развала Советского Союза (в 1992 г.) российское левое молодежное движение было представлено восстановленным Всесоюзным ленинским коммунистическим союзом молодёжи (ВЛКСМ), а в 1993-95 гг. — выделившимся из него Российским коммунистическим союзом молодёжи (РКСМ), лидером которого стал И. Маляров. Прогрессивная роль ВЛКСМ и РКСМ в период дикой реакции состоит в том, что они стали тем «последним рубежом», вокруг которого сплотилась вся коммунистическая молодёжь. ВЛКСМ и РКСМ воссоздали на местах региональные комсомольские организации, из части которых впоследствии и сложилась наша структура. Однако к концу 1995 г. — началу 1996 г. верхушка РКСМ во главе с Маляровым стала тормозом для дальнейшего развития комсомола. После поражения восстания в октябре 1993 г. постепенно становилось ясно, что кавалеристским наскоком буржуазный режим не свалить; от митинговщины необходимо было переходить к рутинной, кропотливой, многолетней работе. В этих условиях многие молодые партократы соблазнились теми благами, которые сулит им новый строй. Руководство РКСМ приложило максимум усилий, чтобы вписаться в политическую систему буржуазного государства и подавить все попытки дальнейшего развития организации. Такая позиция поправевшего руководства вызвала недовольство левых низов. Конфликт углублялся и, в конце концов, комсомольским активистам стало ясно, что необходимо создать молодежную коммунистическую организацию, нацеленную на революционный путь развития. Кульминация конфликта наступила во время III Съезда РКСМ 27 апреля 1996 г., когда сторонники Малярова не допустили на Съезд делегатов от наиболее дееспособных и наиболее левых организаций. На следующий день делегаты от ряда передовых комсомольских организаций, в первую очередь, ориентированных на Российскую Коммунистическую рабочую партию (РКРП), создали оргкомитет по проведению учредительного Съезда РКСМ(б). Председателем Оргкомитета был избран П. Былевский, который был секретарем ЦК РКСМ по идеологии и редактором комсомольской газеты «Бумбараш». Первоначально планировалось провести Съезд летом-осенью 1996 г. Однако по ряду объективных причин Съезд пришлось отложить.

Когда на президентских выборах 3 июля 1996 г. оппозиция в лице КПРФ «слила» победу Ельцину, подавляющему большинству коммунистов стало ясно, что смена политического строя — это дело значительно более трудное, чем казалось раньше. Путь к победе социализма лежит через долгую работу по организации борьбы трудящихся. Такая линия была назначена на Совместном пленуме ЦК и ЦКК РКРП 20-21 июня 1996 года, а не согласная с этим группа В. Анпилова была осуждена. Поэтому состоявшийся в те же дни Оргкомитет Съезда РКСМ(б) решил, что созывать Съезд можно будет только тогда, когда региональные комсомольские организации достигнут высокого уровня организованности.

Но в условиях активизации классовой борьбы стало ясно, что откладывать создание общероссийской организации РКСМ(б) больше нельзя. Поэтому 10-11 февраля 1997 г. Оргкомитет назначил I Учредительный Съезд РКСМ(б) на лето 1997 года, избрал комиссию по подготовке программно-уставных документов РКСМ(б) и организационную комиссию. Со стороны разных деятелей были попытки сорвать Съезд или перенести его на неопределенное время, но эти попытки удалось пресечь.

I Съезд РКСМ(б) состоялся в назначенный срок, 5-6 июля 1997 г. в Перми. Помимо прочего, Съезд решил вопрос о названии организации — Революционный коммунистический союз молодежи. В аббревиатуре организации оставлена буква «б» в скобках, чтобы отличать Революционный комсомол от организации Малярова. В обиходе эту букву часто расшифровывают как «большевиков».

Следует отметить, что идейный состав организаций, составивших РКСМ(б), был весьма разношёрстным. Во время подготовки Съезда разногласия отошли на второй план, поскольку у всех был общий интерес — создать организации. На Съезде же, когда организация была создана и встал вопрос о дальнейших действиях, сразу же проявились самые разные течения в РКСМ(б): сторонники полного подчинения комсомола РКРП, сторонники полной независимости РКСМ(б) от РКРП, сторонники различных промежуточных вариантов и т.п. Верх одержала точка зрения, что РКСМ(б) должен быть организацией организационно самостоятельной, но стоящей на идейных позициях РКРП.

Период «РВС» (1997 — 1998)

К сожалению, в первый год своего существования РКСМ(б) не смог реализовать свой потенциал, поскольку часть членов и руководителей РКСМ(б) втянулись в авантюру И. Губкина.

Игорь Губкин (1964 г.р.) — авантюрист «левых» взглядов. В начале 1990-х годов создал организацию «Лига профессионального бокса», которая, по слухам, имела дела с криминальным авторитетом Отари Квантришвили. За указанные деяния Губкин в конце 1992 года был арестован. Выйдя на свободу в начале 1996 года, создал финансовую пирамиду «Молодежный жилищный комплекс РФ», которая вкладывала деньги в предвыборную кампанию Г. Зюганова и «красных» губернаторов. Когда пирамида МЖК рухнула, Губкин объявил, что «оппортунисты его кинули», и направил свои стопы в РКРП, где о его подвигах ещё не были наслышаны.

Войдя в РКРП, Губкин в своих газетах «Молодой коммунист» и «Большевикъ» развязал пропагандистскую кампанию, смысл которой состоял в том, что достижения РКРП в области рабочего движения не имеют значения, а заниматься партия должна терроризмом. Под влияние губкинщины попала и комсомольская газета «Бумбараш». В конце концов, губкинская пресса объявила о создании организации с названием «РВС» («Революционный военный совет РСФСР»). Под маркой РВС был взорван памятник Николаю II и «условно взорван» памятник Петру I работы Церетели.

Эти громкие теракты повлияли на идейно неустойчивых товарищей. 19 июля 1997 года была взорвана мемориальная плита династии Романовых на Ваганьковском кладбище. Через несколько дней по подозрению в содеянном был арестован член Московского городского комитета РКСМ(б) Андрей Соколов. 3 августа 1997 года был арестован и сам И. Губкин.

В ноябре 1997 года состоялся новый сюрприз от «РВС» — попытка взорвать газораспределительную станцию в московских Люберцах и взятие ответственности за взрыв склада боеприпасов на Дальнем Востоке и убийство чубайсовского прихвостня Маневича (что, разумеется, не соответствовало действительности).

Все эти события не могли оставить комсомол равнодушными. С самого начала авантюры Губкина в РКСМ(б) разгорелся конфликт между «проРВСвским» («антипартийным») и «антиРВСвским» («пропартийным») течениями. 8 ноября 1997 года в в Ленинграде состоялся Пленум ЦК РКСМ(б), который не принял никаких определённых решений по «делу РВС». Представители Ленинградской организации РКСМ(б) призывали на Пленуме признать действия «РВСовцев» недопустимыми и постановить освободить П. Былевского от должности Первого секретаря ЦК, поскольку он «неоднократно превысил свои полномочия, единолично принимая решения по важным политическим вопросам, публикуя собственные заявления, как заявления ЦК, пропагандируя взгляды, отличные от политической линии, установленной Съездом» 1. 6-7 марта 1998 года в Ленинграде состоялось заседание ЦКК РКСМ(б), которое осудило «проРВСовские» публикации в газете «Бумбараш». 10 мая 1998 года в Перми состоялся Пленум ЦК РКСМ(б), который принял ряд компромиссных решений, направленных на восстановление единства организации. Это не уничтожило окончательно левацкого, «РВСовского» направления в комсомоле, однако несколько притушило накал борьбы.

Таким образом, к первой половине 1998 года в РКСМ(б) можно было выделить 3 группы: сторонники линии «РВС» (П. Былевский, И. Костикова, О. Торбасов), сторонники линии РКРП (В. Алексеева, Д. Кузьмин) и колеблющиеся элементы (А. Буслаев, О. Логинов, М. Гапонов).

РКСМ(б) в период кризиса 1998 года

14 мая 1998 года началась знаменитая «рельсовая война» — на рельсы вышли шахтёры Кузбасса, Донбасса, Инты, к ним начали присоединяться трудящиеся других профессий из других регионов. События эти оказались для коммунистов полной неожиданностью. К тому времени, когда РКРП и РКСМ(б) сориентировались и выработали позицию, буржуазное правительство опередило коммунистов и смогло сбить накал народной борьбы. 11 июня 1998 года начался шахтёрский пикет на Горбатом мосту. В июле-августе были еще две волны перекрытия шахтёрами железных дорог.

Каково было участие РКСМ(б) в этих событиях? Передовая часть организации приняла активное участие в попытках направить кризис на революционный путь развития. 20 мая состоялось массовое пикетирование Госдумы, после чего Дума с третьей попытки запустила-таки процедуру импичмента президента.

Челябинская организация РКСМ(б) летом 1998 года приняла активное участие в шахтёрском перекрытии Транссиба на станции Потанино. Члены Ярославской комсомольской организации принимали активное участие в работе многодневного рабочего пикета в Ярославле.

8 июня 1998 года был создан штаб по координации протестных действий, куда, помимо прочего, вошли представители от РКРП (В. Тюлькин), «Трудовой России» (В. Григорьев), РИК Съезда Советов (А. Николаев), РКСМ(б) (А. Буслаев), которые защищали позиции РКРП и совместно с Л. Рохлиным вели линию на радикализацию борьбы. Попутно РКСМ(б) удалось оттеснить от организации протестного движения остатки оппортунистического РКСМ. Таким образом, РКСМ(б) остался тогда основным представителем молодёжного коммунистического движения в России.

Тяжелой утратой оказалось злодейское убийство Л. Рохлина 3 июля 1998 года. Но несмотря на это, в период с 17 августа (дефолт) по 10 сентября (назначение премьером Примакова) наблюдалось явное обострение кризиса. Свержение режима Ельцина было вполне реально. Теперь, с учетом уже нынешнего опыта, ясно, что тогда надо было делать — достаточно было хоть один город обклеить листовками с указанием места и времени сбора, как собралась бы толпа, готовая не то что дороги перекрывать, а оружейные склады штурмовать. Другое дело, что ахилессовой пятой создавшейся ситуации был пресловутый субъективный фактор — отсутствие мощной общероссийской структуры, способной организовать и возглавить революционную борьбу масс.

Если передовые активисты РКСМ(б) старались организовывать на местах рабочее движение и протест трудящихся масс, то большинство сторонников «РВСвской» группировки просто проигнорировали происходящие события. В те дни они были более озабочены созывом внеочередного Съезда РКСМ(б). Дело в том, что ещё в марте 1998 года Пленум ЦК РКРП, обсуждая проблему терроризма, рекомендовал провести осенью 1998 года внеочередной Съезд РКСМ(б). В определённом смысле подготовка к Съезду отвлекла силы комсомола от активной борьбы в среде трудящихся и активизировала внутренние распри. 12 сентября 1998 года в Кирове прошёл Пленум ЦК РКСМ(б), на котором после долгих споров принято решение о назначении II Съезда РКСМ(б) на 25 октября 1998 года в Ленинграде.

Конфликт между «пропартийной» группой и антипартийными силами привёл к дальнейшему размежеванию. В Москве «пропартийная» группа, вышедшая из состава РКСМ(б), образовала Московскую организацию ЛКРСМ (Ленинского коммунистического рабочего союза молодёжи) — структуры, которая существовала до этого, по-видимому, только в Ленинграде и держалась в основном позиций РКРП. Одновременно в Ленинградской организации ЛКРСМ (которая была тождественной Ленинградской организации РКСМ(б)) произошла попытка переворота, что привело к расколу. При этом образовалась курьёзная ситуация: если в Москве «пропартийный» актив сосредоточился в МО ЛКРСМ, а левацкие элементы — в МО РКСМ(б), то в Ленинграде «пропартийная» часть выделилась в ЛО РКСМ(б) (руководитель — Д. Кузьмин), а в ЛО ЛКРСМ (руководитель — С. Озорнин) остались антипартийные элементы.

Вдобавок, в Революционном комсомоле появилась т.н. троцкистско-госкаповская группа, основными выразителями которой независимо друг от друга стали А. Голованов и С. Сальников.

Продолжение идейной борьбы (1998 — 1999)

II Съезд РКСМ(б) состоялся в неблагоприятной обстановке. После прихода к власти правительства Примакова революционный подъём в стране иссяк, создалась благоприятная обстановка для реакционных сил. Обострились сложности и внутри РКСМ(б). Некоторые региональные организации, не согласные с «губкинщиной», избрали специфическую форму деятельности: выходили из общероссийской структуры РКСМ(б), но продолжали автономно существовать в качестве региональных организаций. Первой идею подала Томская организация, их примеру последовали некоторые другие. Такая децентрализация, вызванная внутренним разбродом, привела к фактическому превращению комсомола в сеть независимых кружков.

В такой неблагоприятной обстановке 25 октября 1998 года состоялся II Съезд РКСМ(б). «Партийная» группа, ушедшая в ЛКРСМ, на нем фактически не была представлена, к чему приложило руку тогдашнее руководство РКСМ(б) в лице П. Былевского, О. Торбасова, А. Буслаева. Кроме «РВСовской» группы, оформилась также и троцкистская группа. Леваки и троцкисты нередко голосовали совместно. Но, несмотря на их сопротивление, было принято постановление, которое ориентировало комсомольцев на революционную работу в русле позиции РКРП.

Однако не успели комсомольцы приступить к выполнению решений Съезда, как их ожидал очередной сюрприз. 1 ноября в Подольске была взорвана очередная статуя Николая II работы Клыкова. Почерк был очень знакомый. Поэтому разделение в организации опять пошло по линии: либо планомерная революционная работа в среде рабочего класса и других трудящихся, либо под предлогом, что «революции в ближайшее время не будет», отказаться от организованности в пользу «ультрареволюционной» фразы и таких же действий.

Как показала статистика, до начала 1999 года шел непрерывный рост числа акций протеста. Как раз в конце 1998 года вспыхнули крупные рабочие выступления: на Ясногорском машиностроительном заводе (Тульская обл.), на Ленинградском металлическом заводе, Ленинградском комбинате цветной печати, Морском заводе в Кронштадте, Волховском алюминиевом заводе, попытки шахтеров Воркуты наладить прямое распределение продовольствия, захват рабочими Выборгского ЦБК. Сторонники партийной линии в РКСМ(б) выступали за то, чтобы комсомол больше обращал внимание на подобные события. Однако «РВСвская» группировка саботировала принятие и выполнение таких решений.

Из положительных результатов за этот период можно отметить следующее. В течение декабря 1998 — марта 1999 года РКСМ(б) удалось установить связь со всеми горячими точками рабочего движения. Помимо прочего, РКСМ(б) совместно с РКРП принял участие в попытках организации акции протеста шахтеров в Донбассе 10-19 марта и в Анжеро-Судженске (Кузбасс) 2 мая 1999 года, осуществление информационо-методической помощи рабочим Ясногорска и Воркуты, участвовали в Съезде Советов рабочих 3-4 апреля 1999 года. Съезду был преподнесен сюрприз: в день его проведения произошёл взрыв недалеко от приёмной ФСБ РФ. Через несколько дней ответственность на себя взяла некая организация «НРА». Тогдашний директор ФСБ В. Путин обвинил в содеянном «политических экстремистов». Власти использовали этот инцидент, чтобы усилить репрессии против леворадикальной молодёжи, в первую очередь — против РКСМ(б). Несмотря на это, 23 марта 1999 года по решению Верховного суда РФ благодаря непрерывным правозащитным акциям был освобожден член РКСМ(б) Андрей Соколов (арестованный летом 1997 года).

К лету 1999 года было несколько комсомольских организаций, готовых войти в состав РКСМ(б) (Рязань, Воркута, Ярославль, Кузбасс), но на Съезд не смогли прибыть из-за финансовых затруднений, а РКРП не проявила интереса к необходимости усилить свое влияние в РКСМ(б).

III Съезд РКСМ(б) состоялся 21-22 августа 1999 года в Кирове. Работа ЦК была признана удовлетворительной. «РВСовская» группа потребовала признать неудовлетворительной работу ЦКК и ликвидировать ЦКК вообще, однако партийная группа выступила в поддержку ЦКК и смогла даже привлечь к союзу троцкистскую группировку. Однако, троцкистская группировка в тот же день объявила о своем выходе из РКСМ(б), поскольку Съезд отказался принять предложенную ими резолюцию.

Сразу же после Съезда было объявлено о создании «Маоистской платформы в РКСМ(б)». Подписи под ней поставили те же самые люди, которые входили в «РВСовскую группу». Манифест «Маоистской платформы» содержал такие одиозные идеи, как, например, «реакционность восстановления СССР» (следующий Съезд отверг эти идеи). Таким образом, люди, которые в 1997-98 годах занимали «ультрареволюционные» позиции вплоть до поддержки левацкого терроризма, через год-два перешли на практически буржуазные позиции. Такое поведение характерно для мелкой буржуазии: проявлять «ультрареволюционность» в момент революционного подъема, но переходить на позиции реакции в период упадка. «РВСовская» группировка и сменившая ее «маоистская платформа» объективно явились проводниками мелкобуржуазного влияния в Революционном комсомоле. Революционные же тенденции выражались сторонниками РКРП.

Попытка разгрома РКСМ(б) (1999 — 2000)

После III Съезда задачей всех комсомольцев было выполнение принятых Съездом решений, в первую очередь организационного плана. Определенные результаты были достигнуты:

— Все комсомольские организации приняли активное участие в предвыборной кампании избирательного блока «Коммунисты, трудящиеся России — за Советский Союз», ядром которого были РКРП и РПК: сбор подписей, агитация, работа в предвыборных штабах и избиркомах, наблюдателями на избирательных участках. Блок занял 7-е место из более чем 20 избирательных объединений и первое место во внепарламентской оппозиции.

— Комсомольские активисты наносили визиты в горячие точки рабочего движения: Воркута, ВЦБК; участие в конференции рабочих комитетов на ВЦБК 26-27 ноября 1999 года. Участие в организованных МИКОМом акциях в поддержку народных предприятий Кузбасса: КМК, разрез «Черниговец» (в совете директоров — свыше половины рабочих), НКАЗ (директор — член РКРП В. Терентьев).

— Политическая активность поддерживалась на должном уровне. Пленум ЦК РКСМ(б) 30 января 2000 года поддержал линию ЦК РКРП на создание единого фронта бойкота президентских выборов 26 марта и выступил против развязанной Кремлём войны в Чечне.

— Продолжалась работа с молодёжными организациями. РКСМ, лишившись своего депутата Д. Митиной, полностью развалился и революционными комсомольцами была проведена успешная работа по переводу части рядового состава бывших «маляровцев» под влияние РКСМ(б). Налаживались контакты с новыми молодёжными организациями — СКМ (молодёжь КПРФ) и АКМ (молодёжь партии Анпилова).

В начале января 2000 года вышел на свободу И. Губкин. 7 января на встрече с общественностью он объявил о своих планах: 26 марта, в день президентских выборов — провести по всей стране альтернативные выборы в рабочие Советы, 1 мая — выборы на Съезд советов, который должен был 12 июня, в 10-летний юбилей принятия декларации о независимости РСФСР, взять власть в свои руки. Через некоторое время планы Губкина оказались поскромнее: посадить своего человека в кресло губернатора Брянской области и объявить оную Брянской Советской республикой. Можно заметить, что эти явно провокационные идеи перекликаются с столь же бредовыми затеями Анпилова: «походом на Москву» и «всенародным вече» — но, в отличие от них, являются более опасными в силу своей притягательности для несознательной радикальной молодёжи 2.

Однако на сей раз у провокатора ничего не вышло. Поэтому власти решили действовать напролом. По обвинению во взрыве приёмной ФСБ РФ 4 апреля 1999 года (серьезных доказательств следствие так и не нашло) были арестованы члены Московской организации РКСМ(б) Надежда Ракс (23 февраля 2000 года), Татьяна Нехорошева (3 марта), Лариса Романова (4 апреля), Андрей Соколов (20 июня). Эти аресты сопровождались развязанной буржуазными СМИ пропагандистской кампанией, что «РКСМ(б) — террористическая организация». Начавшийся судебный процесс над членами РКСМ(б), первоначально замышлявшийся как образцово-показательное линчевание леворадикальной молодёжи, быстро приобрёл закрытый характер, чтобы скрыть развал обвинения и связанные с этим судорожные действия властей. Общественные защитники комсомольцев не раз отмечали случаи вопиющего нарушения уголовно-процессуальных норм на этом явно политическом процессе. Но все публикации, жалобы, акции протеста разбивались о заговор молчания — о произволе против первых молодых политических заключённых России не желала говорить ни официозная, ни либеральная пресса 3. Напротив, травля РКСМ(б) набирала обороты. В докладе Генерального прокурора Устинова Революционный комсомол был причислен к числу наиболее опасных экстремистских организаций страны, наряду с какими-то исламистскими и националистическими структурами. Отголоски «антитеррористической» истерии чувствуются и сейчас — например, во время подрыва поезда «Грозный — Москва» 12 июня 2005 года в СМИ было объявлено, что РКСМ(б) считается одной из подозреваемых в совершении теракта структур.

Небывалые репрессии против комсомола дали повод неустойчивым элементам внутри организации кричать о «разгроме РКСМ(б)» и на этом основании саботировать работу, в т.ч. выполнение принятого III Съездом организационного плана.

17 июля 2000 года в Нижнем Новгороде был намечен Пленум ЦК РКСМ(б). На нем секретарь ЦК по оргработе Д. Кузьмин, отметив неудовлетворительное выполнение принятого Съездом плана, сделал вывод о том, что «РКСМ(б) так и не смог стать действенным помощником партии, а зачастую, является источником проблем, осложняющим и без того нелёгкие условия работы партии» 4, после чего предложил созвать Съезд РКСМ(б) и объявить о прекращении деятельности Революционного комсомола. Эта идея не была поддержана большинством, однако с созвучной мыслью выступили «маоисты», на словах раскритиковавшие левачество и идейную бесформенность РКСМ(б), а на деле, видимо, смирившиеся с невозможностью подчинить комсомол своему влиянию. 3 июля 2000 года лидеры «маоистов» Д. Жутаев и Д. Селиверстов (члены соответственно ЦК и ЦКК РКСМ(б)) заявили о своем выходе из РКСМ(б) и создании ими «Российской маоистской партии», куда призвали вступать всех желающих. Однако никто из РКСМ(б) за «маоистами» не пошел. В то же время, несмотря на свой уход, лидеры «маоистов» оставили в руководстве РКСМ(б) своё сильное лобби (т.н. «маоистскую платформу»), среди представителей которого следует отметить в первую очередь О. Торбасова.

Состоявшийся 20-22 октября 2000 года в Челябинске X Съезд РКРП, рассмотрев вопрос о работе с молодежью, признал работу через РКСМ(б) одним из приоритетов в молодежной политике партии. На попытках ликвидировать РКСМ(б) и оторвать РКСМ(б) от РКРП был поставлен крест. Но, как оказалось, ненадолго.

В последний год перед IV Съездом РКСМ(б) состоялись три Пленума ЦК: в ноябре 2000 года, в январе и мае 2001 года. Все проекты решений заранее готовились членами «маоистской платформы», а пленумы их только штамповали. Этот период деятельности организации характеризуется усилением разброда, анархии и децентрализации, постоянными организационными провалами. О комсомольском руководстве можно было с полным основанием сказать, что «правая рука не знала, что делает левая», а в целом Революционный комсомол существовал «без руля и без ветрил». К этому же периоду относится создание комсомольской интернет-рассылки, которая сразу же стала ареной ожесточённых идейных и личностных разборок. Это, пожалуй, единственное достижение «маоистов»-руководителей, поскольку все остальные направления работы были ими откровенно запущены.

После этого крах политики «маоистов» на IV Съезде, намеченном на 18-19 августа, был предопределён. На майском (2001) Пленуме ЦК РКСМ(б) и непосредственно в ходе IV Съезда в состав РКСМ(б) вошёл целый ряд новых региональных организаций, а также МО ЛКРСМ (формально ставшая Московской областной организацией РКСМ(б)); в большинстве своём эти организации заняли верную политическую позицию. В результате на Съезде сложилось три группировки: «троцкистко-маоистская», «пропартийная» и колеблющиеся организации, вступившие в РКСМ(б) в 2001 году. Каждая из этих групп контролировала примерно треть голосов. Новые организации, слабо разбиравшиеся во внутренних проблемах, в первый день допускали определенные шатания, но во второй день заняли партийную позицию, поэтому на Съезде сложилось коммунистическое большинство.

Съезд отклонил «маоистские» поправки в Устав РКСМ(б), отказался поддержать инициированный «маоистами» пересмотр Программного заявления в сторону сдвига его вправо, отклонил предложенные «троцкистско-маоистской» группой резолюции о «реакционности восстановления СССР» и об отказе в поддержке Лукашенко. Был принят ряд постановлений, направленных на активизацию работы в массах. Состав ЦК сменился на 2/3, состав ЦКК — на 80%. Съезд положил начало некоторому оздоровлению ситуации в РКСМ(б) и реанимации его деятельности.

К единой идеологии (2001 — 2003)

Хотя IV Съезд решил некоторые идеологические и организационные проблемы, принципиальной перестройки работы не произошло. Изменилось лишь соотношение сил в комсомоле и в его руководстве. В ЦК вошёл В. Шапинов, возглавлявший влившуюся в Революционный комсомол МО ЛКРСМ и отождествлявшийся тогда с «пропартийной» линией. Позиции «маоистов» (О. Торбасов, И. Костикова) были всё ещё существенны, хотя они уже остались в явном меньшинстве. Ещё одной особенностью стало избрание Первым секретарём ЦК А. Шеповалова, лидера Ярославской областной организации, которая вошла в состав Революционного комсомола лишь за несколько месяцев до Съезда. Для большинства активистов ярославский лидер был «тёмной лошадкой», а его избрание на пост руководителя всей организации, видимо, являлось компромиссным решением. Впоследствии это решение сыграло гораздо более важную роль, чем предполагалось изначально.

Сентябрь 2001 года был отмечен важным для левого молодёжного движения событием — маршем «Антикапитализм-2001». Предложенный тогда ещё единым АКМ, марш стал первой крупной собственно молодёжной акцией, на которой различные коммунистические организации действовали вместе. Марш был проведён 15-16 сентября и впоследствии стал ежегодной традицией.

Из прочих важных для РКСМ(б) событий в этом месяце следует отметить запуск интернет-проекта «Коммунист.Ру» совместными силами активистов РКРП-РПК, «пропартийной» Московской областной организации РКСМ(б) и ряда украинских публицистов. Изначально сайт замышлялся как сайт ЛКРСМ, но после вхождения этой структуры в РКСМ(б) идея стала более широкой. Посредством данного ресурса «пропартийные» силы намеревались оттеснить официальный комсомольский сайт, ведомый «маоистом» О. Торбасовым и в перспективе раскрутить проект до статуса ведущего коммунистического издания Рунета.

10 ноября 2001 года в Ярославле состоялся Совместный Пленум ЦК и ЦКК РКСМ(б). Он ознаменовался значительным успехом «пропартийной» группы, которая действовала активно и напористо. Антипартийные элементы даже придумали для «пропартийной» группы зловещее название — «чёрная банда». В Центральный Комитет РКСМ(б) были кооптированы представители «пропартийной» группы О. Казарян и Н. Леонидов. Несмотря на сопротивление, «маоисты» были отстранены от издания центральных комсомольских печатных органов — газеты «Бумбараш» и журнала «Революция». Главным редактором обоих изданий был избран А. Шеповалов, а «чёрная банда» получила значительное представительство в редакционных коллегиях и возможность активно влиять на выпуск изданий. Работу пришлось практически начинать с нуля. К новому, 2002 году, наконец, был выпущен очередной номер журнала «Революция». В начале 2002 года новая редколлегия сумела наладить и выпуск газеты «Бумбараш». Таким образом, ситуация с комсомольскими печатными органами, которые были доведены прежним руководством до состояния разовых изданий, была несколько улучшена.

Большую роль в консолидации комсомола вокруг партийной линии сыграл прошедший 27-28 октября 2001 года Объединительный Съезд РКРП и РПК. Слияние этих двух партий до сих пор является единственным примером объединения коммунистов в современной России. Многие комсомольцы присутствовали на Объединительном Съезде РКРП-РПК в качестве делегатов и гостей Съезда и горячо поддерживали объединение.

Успех партийной линии был закреплён на Пленуме ЦК РКСМ(б), прошедшем 23 февраля 2002 года в Ленинграде. «Маоист» О. Торбасов, открыто пропагандировавший полиидеологичность комсомола, был снят с должности секретаря ЦК по идеологии и выведен из состава редакционных коллегий комсомольских изданий. Новым секретарём по идеологии был избран В. Шапинов. Был восстановлен отдел ЦК по агитации и пропаганде, секретарём которого была также избрана представительница «пропартийной» группы О. Казарян. Более того, функции официального сайта РКСМ(б) были переданы сайту, который был создан явочным порядком МОО РКСМ(б) в доменной зоне «Коммунист.Ру». Таким образом, влияние «пропартийной» группы в комсомоле усиливалось; «маоисты» в конце концов почти прекратили сопротивление.

Несмотря на внутренние проблемы, в течение всего рассматриваемого периода Революционный комсомол не прекращал классовой борьбы за интересы трудящихся. В конце 2001 года РКСМ(б) участвовал в акциях против антинародного КЗоТа, против нового Земельного кодекса, а весной 2002 года включился в борьбу против реформы ЖКХ. Одновременно с этим организовывались и чисто молодёжные акции, в основном в среде студентов.

Разношёрстные антипартийные группки, оказавшиеся в положении оппозиции, не прекратили идейной и организационной борьбы. В первой половине 2002 года основным источником проблем, связанных с этой борьбой, стала Нижегородская городская организация. Верховодившие в ней троцкисты пытались исключить из организации комсомольцев, лояльно относившихся к Центральному Комитету. В конечном счете, это привело к ситуации, граничащей с расколом. Состоявшийся 4 мая 2002 года в Тутаеве (Ярославская обл.) Пленум ЦК принял меры к стабилизации ситуации в НГО. Фактически НГО была распущена и воссоздана на базе лояльных к руководству кадров. На Пленуме также произошло дальнейшее усиление партийной линии — поддерживающая «маоистов» И. Костикова фактически оставила ключевой пост секретаря ЦК по организационной работе; исполняющим обязанности секретаря стал Н. Леонидов. В состав ЦК был также кооптирован В. Сычёв, член РКРП-РПК, возглавлявший Новгородскую организацию комсомола.

Однако постепенно стало ясным, что для партийной линии в комсомоле опасность представляют не только недобитые «маоисты» и троцкисты. С течением времени стала проясняться идейная позиция формального лидера РКСМ(б) А. Шеповалова, который уже достаточно вник в суть внутриорганизационной борьбы и начал действовать. Идейная позиция эта сводилась к безудержному «ультрареволюционному» левачеству. Она довольно быстро проявилась в совместной работе по выпуску газеты и стала вызывать трения между Первым секретарём и представителями «чёрной банды».

«Пропартийная» группа старалась смягчить возникший конфликт, чтобы не допустить ещё большего ослабления организации, и без того измотанной распрями. В интересах комсомола было сохранение статус-кво, хрупкого равновесия, которое, тем не менее, позволяло кое-как наладить работу на основных участках. Однако Шеповалов пошёл на обострение. 23 июня 2002 года он опубликовал заявление с просьбой освободить его от занимаемых должностей Первого секретаря ЦК, главного редактора газеты «Бумбараш-2017», редактора журнала «Революция» и вывести его из редакционных советов вышеуказанных печатных изданий. В качестве причин данного шага называлась невозможность работать в условиях «неразрешимого противостояния внутри ЦК; навязывания со стороны относительного большинства курса на дереволюционизацию (номенклатуризацию и оппортунизацию) РКСМ(б); принятия ошибочных решений (отстранение П. Былевского от должности редактора «Бумбараша», ликвидации Нижегородской городской организации и т.д), блокирования постановлений, направленных на укрепление дисциплины и на радикализацию РКСМ(б)». Заявление заканчивалось лозунгом «Былевский! РКСМ(б)! Революция!» — Шеповалов делал недвусмысленный реверанс в сторону старой комсомольской оппозиции, близкой к П. Былевскому.

Намёк был понят. Заявление А. Шеповалова было своего рода открытым вызовом большинству в руководстве комсомола, и вокруг этой фигуры стала постепенно консолидироваться вся пёстрая антипартийная оппозиция. Показательно, что для борьбы с линией РКРП-РПК объединились все: «сталинист» Шеповалов, «маоист» Торбасов, троцкист Голованов, анархист Галайда и т.п.

13 июля 2002 года в Москве состоялся Совместный Пленум ЦК и ЦКК РКСМ(б). Основным лейтмотивом поведения «чёрной банды» на этом Пленуме было стремление сохранить равновесие сил и не допустить дальнейшего обострения конфликта. «Пропартийной» группе было выгодно удержать компромиссную фигуру Шеповалова на посту лидера организации и самим остаться в тени, осуществляя всю основную комсомольскую работу центрального уровня. Однако достичь этого не удалось. На Пленуме Шеповалов ушёл с поста Первого секретаря ЦК; новым лидером организации стала О. Казарян. Она же была избрана новым главным редактором газеты «Бумбараш», в то время как редактором журнала «Революция» стал В. Шапинов. Теперь у Шеповалова были развязаны руки для внутриорганизационной борьбы — он освободился от ответственности за развитие организации, зато приобрёл политически выгодный статус гонимого «за правду» оппозиционера. Вдобавок, оставшийся за ним пост (секретарь ЦК по спортивной работе) способствовал его имиджу «революционера». «Пропартийная» же группа потеряла свою выгодную позицию «серого кардинала» и была вынуждена открыто взять бразды правления организацией (следовательно, и ответственность за неё) в свои руки.

14-15 сентября в Московской области и Москве состоялась акция «Антикапитализм-2002», закончившаяся благодаря провокационным действиям НБП потасовкой и задержанием десятков левых активистов, в т.ч. и актива РКСМ(б). Она имела большой резонанс в левом движении. Показательно, что делегация из Ярославля держалась особняком под растяжкой «Ярославский левый фронт».

Накануне акции, 14 сентября, в Москве прошёл очередной Пленум ЦК РКСМ(б). Основным его вопросом было состояние и перспективы организационной работы в Революционном комсомоле; доклад был подготовлен новым секретарём ЦК по организационной работе Н. Леонидовым. В этом докладе впервые открыто и достаточно чётко говорилось о проблемах, связанных с организационным строительством, укреплением дисциплины, развитием центрального аппарата. Он стал прелюдией к тем решениям, которые были впоследствии приняты V Съездом РКСМ(б).

Напряжённость внутри комсомола нарастала. Оппозиция не теряла времени. 14 октября 2002 года Шеповалов выступил с «программной» статьёй «Курс на большевизацию», в которой было чрезвычайно много эмоций, правильных фраз, «революционности» и очень мало конкретики. Этой статьёй Шеповалов рассчитывал пленить неискушённую, политически безграмотную комсомольскую молодёжь. Ту же цель преследовали и некоторые его выступления, в частности, открытые призывы к комсомолу уже сейчас развязать на территории РФ «партизанскую войну». Ещё одной статьёй, ставшей знаменем оппозиции, явился опус М. Галайды и Д. Геварина «Революция против государства», содержащий мелкобуржуазную критику ленинской теории государства. Далее, 19-20 октября в Нижнем Новгороде состоялась т.н. «межрегиональная конференция организаций РКСМ(б) /большевиков/ Поволжья». В пресс-релизе было заявлено, будто в ней приняли участие представители большинства комсомольских организаций. Впоследствии выяснилось, что на «конференцию» собрались лишь представители Ярославской областной организации вместе с раскольниками из Нижнего Новгорода (оппозиционеры из Твери не смогли приехать). На этой сходке был учреждён т.н. «Революционный центр», который сразу же объявил некоторые решения Центрального Комитета неправомочными. Кадровые перестановки в ЦК также были объявлены недействительными, наряду с этим было также выдвинуто требование созыва внеочередного Съезда. Программное заявление новоявленных «революционеров» изобиловало трескучей левацкой фразеологией. Одной из основных задач была провозглашена «большевизация» и «революционизация» РКСМ(б). Перед Революционным комсомолом вновь замаячила тень «РВС».

Эти события совпали с усилением противоречий в «пропартийном» стане. Первоначально трения внутри «чёрной банды» возникли по вопросу о методах ведения и путях дальнейшего развития сайта «Коммунист.Ру». Изначально чисто организационный вопрос впоследствии перерос в идейный, что усугубило конфликт и привело осенью 2002 года к достаточно заметной напряжённости в отношениях между двумя разными группировками: В. Шапинов, О. Казарян с одной стороны, А. Батов, Д. Кузьмин, Н. Леонидов с другой стороны. Первым удалось усилить своё влияние на сайт, в то время как их оппоненты переключили своё внимание на другие вопросы. 25 ноября Батов, освободившийся от нагрузки на сайте «Коммунист.Ру», был зачислен инструктором в Организационный отдел ЦК.

Поначалу многие не восприняли всерьёз действия «Революционного центра». Однако, ЦКК оперативно отреагировала, объявив 19 октября «конференцию» антиуставной. А оппозиция тем временем решила идти напролом, пытаясь ошеломить противника и впечатлить колеблющихся «революционной» риторикой. Уже 24 октября, через несколько дней после «конференции», Шеповалов, провозгласивший себя «Первым секретарём ЦК РКСМ(б) /большевиков/», рассылает «инструктивное письмо» с предписанием к составу ЦК, избранному на IV Съезде, собраться на «пленум» и приступить к выполнению своих обязанностей. Теперь известно, что свою тактику оппозиционеры во главе с Шеповаловым строили не только на эффекте внезапности и наглости. «Ультрареволюционным» фразёрством они рассчитывали ввести в заблуждение некоторых руководителей РКРП-РПК, которые не раз указывали на то, что комсомол не тем занимается и забывает за разборками дело революции. И надо сказать, поначалу левацкая группа Шеповалова сумела своими тирадами вызвать определённые иллюзии у части руководства партии (в основном, из Москвы). Это придавало оппозиционерам уверенности. 20 ноября Шеповалов объявил, что «пленум ЦК РКСМ(б) /большевиков/» состоится 8 декабря в Москве. 28 ноября (видимо, к «пленуму») был выпущен бюллетень «Товарищ» — орган «Революционного центра», с претензией на альтернативу «Бумбарашу». На передовице стоял маоистский призыв «Огонь по штабам!» Большая часть бюллетеня была посвящена разоблачению «ревизионистов» и «оппортунистов» из руководства комсомола.

«Пленум», намечавшийся оппозицией, так и не состоялся. Оппозиционеры вдруг обнаружили, что организовывать — это не то же самое, что писать грозные «постановления» и клеймить «оппортунистов».

Очередной Пленум ЦК РКСМ(б) состоялся 3 января 2003 года в Москве. Оппозиционеры на него не прибыли. Пленум объявил общественную компанию «Вон попов из школы!», принял план работы на первое полугодие и назначил проведение V Съезда РКСМ(б) на начало мая. Кампания «Вон попов из школы!», направленная против попыток властей принудительно ввести в учебных заведениях религиозное образование, приобрела особую остроту в Москве и области. В Москве антирелигиозными лозунгами было разукрашено само Министерство образования РФ. Активисты РКСМ(б) А. Буслаев и В. Буренков, реализовывавшие компанию в подмосковном городе Ногинске (где мэром является религиозный мракобес Лаптев) в мае 2003 года, были схвачены и под надуманным предлогом удерживались властями 10 суток, после чего против них было возбуждено уголовное дело.

Весной 2003 года комсомол проводил также акции, связанные с транспортной проблемой, особенно в связи с введением в строй первых турникетов на наземном общественном транспорте. Важнейшим политическим событием первой половины года стала агрессия НАТО против Ирака. Революционный комсомол принял самое активное участие в антивоенных акциях, проводившихся на территории России.

С момента январского Пленума и «пропартийная» группа, и оппозиция начали лихорадочно готовиться к проведению Съезда, стараясь обеспечить себе максимальное число сторонников в региональных организациях. Шеповалов активно рассылал по известным ему адресам письма с «революционной» риторикой и проклятиями в адрес «чёрной банды». Он также совершил несколько поездок в региональные организации, позиция которых колебалась. В свою очередь, несколько поездок совершили и работники Организационного отдела ЦК. Предпринимая очередную попытку избежать конфликта, они посетили и «мятежные» регионы, однако эти визиты окончились безрезультатно. Шеповалов окончательно сделал ставку на Съезд. В марте 2003, пользуясь провокационным предлогом, он отказался явиться на ближайший Пленум ЦК. В марте-апреле оппозиция выпускает одну за другой «революционные» брошюры (напр., заголовок в одной из них — «Герилья на повестке дня»), бюллетень «Засада», бюллетень «Товарищ», пишут новый проект Программного заявления РКСМ(б), а также некоего «Организационного комитета Левой Интернационал-революционной альтернативы».

V Съезд РКСМ(б) состоялся 2-3 мая 2003 года в Москве. К этому моменту «революционеры», видимо, уже поняли, что их шапкозакидательство не увенчается успехом. Попросив слова в начале работы Съезда, Шеповалов наскоро зачитал заранее заготовленный проект программного заявления «альтернативы» и объявил о создании новой «партии». После этого делегаты «Революционного центра» покинули Съезд.

Впоследствии, после ряда шараханий и расколов, часть бывших оппозиционеров основала «Революционную альтернативу» (РА).

Основной политический итог V Съезда РКСМ(б) — решительный отпор попыткам превращения Революционного комсомола в очередную политическую партию. «Наш курс — объединение прогрессивной молодежи вокруг Российской коммунистической рабочей партии — Революционной партии коммунистов как самой последовательной марксистско-ленинской партии, — говорилось в информационном сообщении, — Съезд подтвердил позицию, выраженную Учредительным съездом РКСМ(б): основная цель существования РКСМ(б) на современном этапе состоит в том, чтобы проводить среди масс политику Российской коммунистической рабочей партии — Революционной партии коммунистов». Съезд избрал ЦК в составе 11 человек; все они являлись сторонниками или членами РКРП-РПК.

Таким образом, итогом напряжённой идейной борьбы стало окончательное утверждение ориентации Революционного комсомола на РКРП-РПК.

От кружковщины — к единой организации (2003 — 2004)

Похороны полиидеологизма были значительным шагом вперёд для Революционного комсомола. Идейный разброд, позволявший уживаться под одной вывеской коммунистам, троцкистам, анархистам, левакам и прочей публике, был в значительной степени преодолён. Однако тем острее встал вопрос о дальнейшем развитии организации. И по этой проблеме в «пропартийном» лагере к V Съезду давно уже назрели серьёзные противоречия.

Первоначально разногласия в «чёрной банде» имели частный характер и касались в основном работы над сайтом «Коммунист.Ру». Однако именно эти частности позволили затем вскрыть глубокие идейные и организационные разногласия, касающиеся комсомольской деятельности в целом. Популярное объяснение этих расхождений можно свести к следующему. Одна группа стремилась к дальнейшему укреплению организации, количественному и качественному росту её, для чего ратовала в первую очередь за укрепление дисциплины и избавление от кружкового наследства; сторонниками этой линии являлись Батов, Кузьмин, Сычёв, Леонидов. Другая группа была удовлетворена текущим положением в организации. Её представители Шапинов и Казарян, имея достаточно высокие посты в комсомоле и партии, желали в первую очередь сохранить статус-кво.

После V Съезда Революционный комсомол по-прежнему представлял собой скорее сеть кружков, нежели организацию. Жестокая идейная борьба последних лет не затрагивала самой основы этого положения. Различные кружки в погоне за эфемерной «властью» сваливали друг друга, обвиняя своих противников в бездействии, оппортунизме и прочих смертных грехах. Но, дорвавшись до власти, кружки сами вскоре становились объектом такой же критики, поскольку не могли или не желали реально решать исключительно трудные задачи по налаживанию работы организации. И всё повторялось сначала. А региональные ячейки, видя подобное развитие событий, впадали в апатию и нигилизм, поскольку не видели среди разношёрстных группировок реальной сплачивающей и организующей силы.

После завершения Съезда в положении кружка, добившегося власти, впервые оказалась «пропартийная» группа. Вопрос стоял о том, сумеет ли этот самый сильный кружок уничтожить кружковщину в организации, изжить кружковые отношения, избавить мышление активистов от узких рамок кружкового мышления, в т.ч. и в своих собственных рядах. Или же РКСМ(б) будет по-прежнему функционировать как раздираемая противоречиями сеть кружков.

Уже летом-осенью 2002 года противоречия по этому вопросу внутри «пропартийной» группы достигли стадии открытого конфликта. И хотя вопрос первоначально касался лишь сайта «Коммунист.Ру»: развиваться ли ему по восходящей, укрепляя редакционное единство и дисциплину, или остановиться в развитии, довольствуясь имеющимся уровнем, — страсти разгорелись нешуточные. Дело дошло до того, что некоторые товарищи, недовольные организационной анархией в редакции, попытались взять управление сайтом и самостоятельно вести его. Эта попытка не увенчалась успехом, зато окончательно обнажила противоречия в «пропартийном» лагере. С учётом важности, которая придавалась дальнейшей работе сайта, эти противоречия являлись очень серьёзными.

Весной 2003 года разногласия были обострены ещё больше, поскольку «пропартийные» активисты в ходе подготовки к Съезду проявили самостоятельность и перестали неукоснительно согласовывать свои действия с Казарян и Шапиновым, которые по традиции считали себя руководителями всей партийной фракции в комсомоле. Это вызвало у «руководителей» взрыв возмущения. Становилось очевидным, что Казарян и Шапинов относятся и к активистам, и к комсомолу в целом как к своей собственности. Видя в комсомоле лишь предмет для политических интриг, они в то же время стремились сохранить уровень развития РКСМ(б) невысоким, поскольку организационно слабая структура легче поддаётся манипулированию. Подобный подход был неприемлем для актива, стремившегося покончить с кружковщиной.

Поэтому неудивительно, что сразу же после V Съезда, на организационном Пленуме ЦК обнаружились серьёзные противоречия по кадровым вопросам. Противоречия эти, отошедшие на второй план в ходе общей борьбы с левачеством, теперь обнажились полностью. Самым спорным вопросом стала кандидатура руководителя организации. Неопытность комсомольских активистов и несогласованность их действий привела к тому, что «организационные анархисты» (как прозвали Шапинова, Казарян и их сторонников) сумели провести на этот пост Казарян. В Бюро ЦК 5 вошли представители обеих группировок, что сделало возможным принятие в этом органе управления только очевидных и бесспорных решений.

Таким образом, вновь сложилась ситуация, при которой руководство Революционного комсомола оказалось расколотым на две противоборствующие группировки, которые по-разному видели развитие организации. Качественное отличие от предыдущих подобных случаев заключалось в том, что эти группы были выкованы в ходе длительной идейной и организационной борьбы и потому имели существенный потенциал, который мог бы быть направлен на развитие и укрепление комсомола. Ещё одно принципиальное отличие заключалось в том, что на сей раз обе группы ориентировались на РКРП-РПК.

Оплотом «организационных анархистов» стал Идеологический отдел ЦК, секретарём которого был избран Шапинов, а также Бюро ЦК, которое блокировало все не нравящиеся «анархистам» проекты. Прогрессивные силы группировались вокруг Организационного отдела ЦК.

Комсомольские активисты были сразу же поставлены в условия «мальчиков на побегушках». Они должны были обеспечивать работу организации, не рассчитывая ни на какую помощь со стороны «анархистских» руководителей. В частности, Организационному отделу пришлось приступить к решению проблемы финансирования организации, поскольку ввиду всеобщего развала и анархии членские взносы и плата за газету уже давно не поступали с мест. Длительное время комсомольская деятельность финансировалась из личного кармана О. Казарян, что привело к развращению региональных организаций и отучило их от финансовой дисциплины. Столкнувшись с «непослушанием», Казарян отказалась обеспечивать деятельность организации; активистам волей-неволей пришлось налаживать финансовую деятельность комсомола. Выполнение плана работы ЦК на первое полугодие 2003 г. также продемонстрировало, кто работает, а кто говорит о работе. Те задачи, которые поручались «анархистам», в большинстве своём оказались невыполненными, в то время как почти все задачи Организационного отдела были выполнены. Выпуск журнала «Революция» был сорван по срокам. Выпуск газеты «Бумбараш» был существенно затруднён тем, что «анархисты», верховодившие в редакции, не проявляли никакой активности. За первое полугодие 2003 г. было выпущено всего два номера газеты: в феврале и в мае.

Все эти недостатки были вынесены на обсуждение очередного, августовского Пленума ЦК. Группа активистов предложила свои проекты решений, упорядочивающих деятельность ЦК и пресекающих безответственность в работе над газетой. Однако несогласованность действий в очередной раз снизила их эффективность. Хотя Пленум принял регламент ЦК, лишивший «анархистов» формальной возможности саботировать работу, проект по «Бумбарашу» был провален, кадровых изменений в редакции не произошло.

Пленум ЦК также упорядочил ситуацию с членскими взносами, принял ряд технических решений, касающихся комсомольского сайта. Также было принято решение об участии в акции «Антикапитализм-2003»; в Оргкомитет акции были направлены О. Казарян и А. Батов.

Политическая жизнь страны тем временем крутилась вокруг предстоящих выборов. РКРП-РПК пришлось решать сложную задачу: участвовать ли в выборах самостоятельно, примкнуть к КПРФ или бойкотировать выборы. Но парламентская тематика вовсе не была для РКРП-РПК и РКСМ(б) важнейшей. Партия и комсомол продолжали работу по организации протестных действий. Важной социальной проблемой в 2003 г. стала проблема транспортная: готовясь к приватизации общественного транспорта, власти стали взвинчивать плату за проезд, явочным порядком отменять льготы. В Москве дошло до того, что стали вводить турникеты на наземном транспорте. Комсомольцы провели ряд акций против антинародных действий властей.

В сентябре 2003 г. прошла традиционная молодёжная акция «Антикапитализм-2003». Предварительная подготовка к ней велась в комсомоле в условиях ожесточённой внутренней борьбы. Камнем преткновения на сей раз стало руководство колонной РКСМ(б) на марше. Комсомольские активисты предлагали выдвинуть руководителем колонны кого-нибудь из опытных товарищей, прошедших службу в армии и имеющих опыт руководства массами людей. Однако О. Казарян, несмотря на полное отсутствие опыта, настояла на том, чтобы руководство комсомольской колонной было оставлено персонально за ней. Вероятно, «анархисты» боялись, что грамотное руководство представителя другой группировки снизит их собственную популярность. В результате бездарное руководство привело к тому, что РКСМ(б) на центральном марше «Антикапитализм-2003» (Московский регион) стал самой неорганизованной колонной. В других областях выступления местных ячеек РКСМ(б) на региональных этапах марша были более успешными. Однако, впервые в истории марша он был расколот: НБП, не допущенная в Оргкомитет марша, вместе со значительной частью АКМ провела свой сепаратный марш.

После жарких дебатов РКРП-РПК приняла решение участвовать в парламентских выборах вместе с КПРФ. В числе кандидатов, выдвинутых РКРП-РПК по одномандатным округам, были и два члена РКСМ(б): А. Батов и Д. Кузьмин — что добавило Революционному комсомолу политического веса. Соглашение РКРП-РПК с КПРФ было, как всегда, нарушено руководством КПРФ; место в Госдуме получил лишь лидер партии В.А. Тюлькин, остальные кандидаты от РКРП-РПК были «задвинуты» на заведомо непроходные места. По одномандатным округам никому из революционных коммунистов прорваться не удалось. Однако это и не является главным. Кандидаты от РКРП-РПК, в том числе и комсомольцы, основной целью предвыборной кампании считали пропаганду партийной линии, в частности, и отношения партии к буржуазным выборам. Во второй половине октября наметился перелом в избирательной кампании в пользу правящего режима. 25 октября был арестован крупный капиталист Ходорковский, который был спонсором КПРФ, СПС и «Яблока». Эти три партии выступили в защиту Ходорковского, что способствовало дополнительному падению их рейтинга. Одновременно с этим появились первые признаки того, что не КПРФ, а «Единая Россия» получит большинство в будущей Госдуме. Становилось понятным, что мечтания непрерывно теряющих влияние оппортунистов о победе на выборах в очередной раз лопнули.

13 декабря, через неделю после парламентских выборов состоялся очередной, декабрьский Пленум ЦК РКСМ(б). Накопившиеся и обострившиеся противоречия выплеснулись на нём с новой силой. Принятый в сентябре план работы до конца года вновь был в значительной степени не выполнен. Провальное участие в марше «Антикапитализм-2003» было воспринято активом весьма болезненно. Региональные организации комсомола, в т.ч. и Московская, явно недостаточно поработали во время избирательной кампании.

Отдельным вопросом стояло отношение РКСМ(б) к грядущим президентским выборам. Этот вопрос был выдвинут «анархистами», преследовавшими какие-то свои цели. Они настаивали на немедленном призыве РКСМ(б) к бойкоту выборов, в то время как значительная часть активистов из ЦК была настроена подождать решения партии. Впоследствии «анархисты» пытались представить дело так, будто их оппоненты выступали чуть ли не за Путина. В результате ожесточённой дискуссии была принята линия на бойкот.

На декабрьском Пленуме также стало очевидно, что комсомольские активисты уже морально готовы взять на себя ответственность за дальнейшую судьбу организации. Несмотря на то, что «анархисты» в который раз угрожали организации расколом в случае их смещения, активистами была предпринята попытка сместить руководство комсомолом. Для смещения О. Казарян с поста руководителя организации не хватило лишь одного голоса (С. Пчелинцев). Однако Бюро ЦК получило отставку. Учитывая частые и громогласные заявления «анархистов» о том, что им «мешают работать», что Бюро недееспособно из-за упрямых оппонентов, комсомольский актив коллективно взял самоотводы при голосовании кандидатур в новый состав Бюро. Таким образом, «анархисты» получили всю полноту оперативного управления организацией и лишились возможности сваливать всю вину за провальную деятельность на «несговорчивых» активистов.

Из прочих решений, принятых Пленумом, заслуживает внимания постановление о переносе комсомольского сайта в доменную зону rksmb.ru.

Взаимодействие левых молодёжных организаций, укрепившееся во время «Антикапитализма-2003», вызвало к жизни идею постоянного координационного органа. Таким органом стал «Молодёжный антикапиталистический штаб» (МАШ). Он действовал на основе периодических собраний руководителей организаций (как правило, московских) и был призван способствовать координации действий в совместных акциях. Сокрушительное поражение КПРФ на выборах усилило центробежные тенденции, разброд и шатания её рядов. Это, в свою очередь, не могло не отразиться на позиции ряда молодых лидеров КПРФ и СКМ, принимающих участие в работе МАШ. Предложенный ими в январе 2004 г. проект «Молодёжного Левого фронта» (МЛФ) позиционировался не только как укрепление содружества левых организаций уже на конфедеративной основе, но в том числе и как средство давления на КПРФ, не способную работать по-новому, и чуть ли не зародыш новой партии.

Изменившийся характер объединения требовал всестороннего рассмотрения. Однако «организационные анархисты», избегая открытого обсуждения данного вопроса и каких-либо официальных оценок, взяли курс на неформальное вхождение РКСМ(б) в МЛФ. «Вхождение» Революционного комсомола в эту структуру было сделано тайно от самой организации. «Анархисты» даже не выпустили постановления Бюро по этому поводу, хотя Бюро ими теперь полностью контролировалось.

Между тем работа «оргкомитета МЛФ» стала сопровождаться усиливающимися негативными тенденциями, которые связаны с личностью И. Пономарёва, известного в левой среде политтехнолога. Как известно, одним из спонсоров КПРФ выступала компания «ЮКОС». В обмен на финансовые вливания вожди КПРФ добросовестно обслуживали интересы либеральной буржуазии, в том числе и через предоставление депутатских мандатов. В частности, бывший глава аналитического управления «ЮКОС» А. Кондауров — ныне депутат Госдумы от фракции КПРФ. Кадром этой компании является и Пономарёв. «ЮКОС» делегировал Пономарёва в КПРФ для обновления имиджа партии и пиара. Пономарёв вступил в КПРФ и СКМ и довольно результативно занимался решением поставленных задач. После того как «ЮКОС» пошёл ко дну, Пономарёв решил начать собственную игру, с перспективой создать самостоятельную молодёжную организацию «под себя». Молодёжь СКМ, недовольная политикой КПРФ, и актив других левых организаций подходили для этих целей как нельзя лучше. Пономарёв «вписался» в Оргкомитет МЛФ и занялся активной деятельностью по пиару новообразованной структуры и своей персоны («руководитель аппарата МЛФ», «лидер молодёжного крыла КПРФ» и т.п.). С лёгкой руки Пономарёва МЛФ избрал курс на смычку с либеральными политическими силами вроде «Яблока», СПС и «Демсоюза». По средствам массовой информации веером пошли пресс-релизы, согласно которым, например, «молодёжное крыло КПРФ» приняло участие в либеральной акции в защиту Ходорковского. Были и другие симптомы, свидетельствующие о курсе Пономарёва на смычку МЛФ с либералами, интересы которых он и представлял в КПРФ. Показательным аспектом информационной политики Пономарёва являлась безудержная ложь. В своих пресс-релизах он без зазрения совести присваивал в копилку МЛФ все акции, проведённые левыми организациями, даже такими, которые не входят в МЛФ. Всё это вызывало дополнительную настороженность у многих активистов. Также вызывала множество вопросов и финансовая сторона дела. Информация о подкупе Пономарёвым некоторых региональных руководителей СКМ, а также «вождей» некоторых молодёжных организаций вполне однозначно характеризовала суть МЛФ. Наконец, с течением времени стало ясно, что МЛФ становится очередным верхушечным образованием, не имеющим ничего общего с реальным объединением левых молодёжных сил. Создание МЛФ не только не вызвало объединения левой молодёжи, но и наоборот, породило новые расколы и конфликты внутри левых молодёжных организаций.

Все эти факты заставили комсомольский актив более серьёзно отнестись к эпопее МЛФ. Становилось очевидным, что «анархисты», по кружковой привычке рассматривая РКСМ(б) как свою карманную собственность, втягивают организацию в очень сомнительное политическое предприятие, где комсомольцам пришлось бы исполнять роль безмозглой массовки, таскающей каштаны из огня для «вождей» и их либеральных хозяев. Столь же ясным было и то, что «анархисты» поставили на МЛФ по-крупному и готовы отчаянно бороться за удержание РКСМ(б) в этой структуре. На собрании Московской организации О. Казарян рассказывала о том, что в ближайшие месяцы страну накроет «сеть региональных структур МЛФ»; поведение «анархистов» всё больше напоминало роль представителей МЛФ в РКСМ(б), а не представителей РКСМ(б) в МЛФ.

Ситуация вокруг МЛФ, значительно обострившая отношения внутри РКСМ(б), была не единственной больной темой. В январе 2004 г. «анархисты» открыто разогнали редакцию сайта «Коммунист.Ру» и тем самым фактически прикарманили его. Руководство РКРП-РПК, декларировавшее ранее своё влияние на сайт, оказалось беспомощным. Таким образом, «анархисты», преподносившие ранее «Коммунист.Ру» как комсомольский (на Пленумах ЦК комсомола) или партийный (перед партийной аудиторией), откровенно дали понять, что на самом деле это их личный сайт. Труд многих комсомольцев, работавших над развитием сайта, был присвоен юридическим владельцем домена В. Шапиновым.

Получив полную свободу власти в организации, группировка «анархистов» расписалась в своей полной недееспособности. Сколько-нибудь осмысленная работа на центральном уровне не велась (за исключением работы Организационного и Агитационно-пропагандистского отделов). Все отделы ЦК были предоставлены сами себе; Первый секретарь был зачастую не в курсе дел, происходящих в организации. Периодичность выпуска газеты «Бумбараш» была снижена почти до полугода. Зато Бюро ЦК нашло время для выпуска двух постановлений, принуждающих повесить на комсомольском сайте рекламу сайта «Коммунист.Ру».

Назначенный на 18 апреля 2004 г. очередной Пленум ЦК не состоялся в связи с отсутствием кворума, что было связано в первую очередь с неудобной для большинства членов ЦК датой проведения. Спустя несколько дней большинство членов ЦК направили в Бюро ЦК и всем членам ЦК обращение, в котором предлагалось собраться в Москве 24 апреля, обсудить текущие дела и по возможности провести Пленум. «Анархисты» отреагировали клеветническими обвинениями, очередными угрозами раскола и призывами отложить Пленум на лето. Чувствуя шаткость своего положения, они даже прибегли к попыткам подкупа отдельных членов ЦК.

24 апреля большинство членов ЦК собралось в Москве. Руководитель организации О. Казарян отказалась прибыть, надеясь, что без неё не рискнут провести Пленум. Также отсутствовали ещё трое членов ЦК (из них двое были приверженцами «организационных анархистов»). Однако кворум для Пленума был, поэтому собравшиеся члены ЦК конституировались как Пленум. Чтобы избежать кривотолков и попыток поставить принимаемые решения под сомнение, Пленум в самом начале своей работы в виде исключения постановил передоверить голоса отсутствующих членов ЦК тем, кому они сочтут нужным.

Пленум ЦК освободил О. Казарян от должности Первого секретаря ЦК, В. Шапинова — от должности секретаря ЦК по идеологии, дал отставку Бюро ЦК и редколлегии газеты «Бумбараш» и журнала «Революция» 6. Новым руководителем организации стал В. Сычёв, секретарь ЦК по агитационно-пропагандистской работе. Новым секретарём ЦК по идеологии стал С. Марков. Пленум ЦК принял развёрнутое политическое решение по МЛФ и подтвердил, что РКСМ(б) не входит в МЛФ. Также было принято постановление о сайте «Коммунист.Ру». Наконец, было принято постановление с анализом текущего момента и и вытекающих из него задачах РКСМ(б) на современном этапе развития российского капитализма.

Руководители дружественных левых организаций, введённые в заблуждение бывшими «вождями» РКСМ(б), далеко не сразу признали смену руководства в комсомоле. А принципиальная позиция, занятая новыми руководителями РКСМ(б) по вопросу МЛФ, вызвала шквал негодования у многих функционеров этих организаций и попытки подвергнуть РКСМ(б) открытому давлению (напр., так называемое «обращение к членам РКСМ(б)» с призывом не подчиняться новому руководству и вернуться в МЛФ). Одновременно с этим «анархисты», открыто объявив о своём неподчинении решениям Пленума, развернули настоящую фракционную борьбу. Под их влиянием находилась Московская организация РКСМ(б) и Центральная контрольная комиссия, возглавляемая горячим апологетом МЛФ А. Буслаевым. В тот период ЦКК под руководством Буслаева прославилась своей необъективностью и стремлением любой ценой, не считаясь с рассудком, протащить нужные «анархистам» решения. Что же касается МО РКСМ(б), то она продолжала фактическую деятельность в рамках МЛФ, а позже официально вошла в состав МЛФ в нарушение постановления ЦК. «Анархисты» добились противопоставления МО всей остальной организации. Лишившись постов, они показали, что действительно готовы на всё ради возвращения власти над организацией, даже если бы пришлось прибегнуть к её расколу. Повторяя путь Шеповалова, они организовали рассылку своих материалов по известным им комсомольским адресам. Обзванивали региональные организации и требовали от них предоставления отчётов, выхода на связь исключительно с ними и т.п. 12 июня состоялось заседание «карманного» ЦКК, которое против Устава отменило некоторые решения ЦК и раздало несколько выговоров противникам «анархистов». Разногласия внутри комсомола были также вынесены и на партийный уровень, где «анархистам» удалось путём обмана и клеветы склонить часть руководства РКРП-РПК на свою сторону.

Между тем новое руководство комсомола старалось выработать осознанную линию развития организации. С этой целью 28 августа в Ленинграде состоялся очередной Пленум ЦК. Лидеры «анархистов» В. Шапинов и О. Казарян не прибыли на него. Пленум заслушал информацию о работе различных отделов ЦК, кооптировал в свой состав двух активистов. С тезисами о ситуации в РКСМ(б) выступил инструктор Орготдела ЦК А. Батов. Ситуация в РКСМ(б) оценивалась в докладе как кризисная. Причем кризис этот не является продуктом собственно деятельности РКСМ(б), а, напротив, в той или иной мере свойственен всем организациям современного российского левого движения. По результатам обсуждения Пленум ЦК согласился с прозвучавшими в докладе выводами и оценками и утвердил соответствующие Тезисы Центрального Комитета по данному вопросу. Одним из важных вопросов была также проблема участия РКСМ(б) в марше «Антикапитализм-2004», который на сей раз организовывался под вывеской МЛФ. В конце концов было решено участвовать в марше отдельной колонной.

Как оказалось, оппозиционеры-«анархисты» возлагали большие надежды на марш, надеясь перехватить на нём руководство и инициировать раскол организации. А. Буслаев открыто призывал региональные организации по поводу марша выходить на связь не с ЦК РКСМ(б), а с Оргкомитетом МЛФ. Им было также объявлено, что РКСМ(б) на марше будут представлять те, кто изначально занимал «правильную» позицию по поводу МЛФ.

Действительность опровергла мечты раскольников. МЛФ на «Антикапитализме-2004» был представлен растяжкой, которую несли несколько человек (как потом выяснилось, за деньги). СКМ был разделён на две колонны — сторонников и противников МЛФ. Зато Революционный комсомол стал реальным центром объединения левой молодёжи, поскольку сформировал совместную колонну с АКМ-ТР и ЛКСМЛ; в этой общей колонне шли также отдельные активисты СКМ. Попытки «анархистов» перехватить управление колонной потерпели крах. Более того, РКСМ(б) нанёс ответный пропагандистский удар по МЛФ, распространив на марше агитационные материалы, разъясняющие сущность этой структуры. Эти материалы пользовались популярностью и впоследствии даже перепечатывались активистами СКМ.

Поражение на марше толкнуло «анархистов» на ещё более вопиющие нарушения Устава. На своём сайте В. Шапинов организовал настоящую клеветническую кампанию, обвиняющую РКСМ(б) во всех смертных грехах, вплоть до кражи продовольствия у МЛФ во время марша. О. Казарян инициировала выпуск фракционной газеты, призванной оттеснить «Бумбараш». Разослать её по регионам помешала лишь принципиальная позиция руководства Московского комитета РКРП-РПК.

Сложившаяся ситуация побудила некоторых товарищей требовать расправиться с нагло попирающими Устав «анархистами» также с нарушением Устава. 23 октября 2004 г. состоялся внеочередной Пленум ЦК, на котором были рассмотрены организационные вопросы. Жаркое обсуждение сложившейся ситуации всё же убедило большинство ЦК в том, что Устав необходимо соблюдать в любых ситуациях, даже в столь кризисной. Пленум назначил внеочередной Съезд РКСМ(б) на 11-12 декабря. Были также приняты решения, касающиеся подготовки к Съезду рабочих структур и борьбы против реформы образования. В тот же день состоялось заседание ЦКК, принявшее ряд решений, направленных против большинства ЦК. Но серьёзно повредить оно уже не смогло. Сторонники обеих линий в организации понимали, что окончательно точки над «i» будут расставлены лишь на Съезде.

Между тем всё большее внимание уделялось руководством собственно функционированию организации, нежели разборкам. Ещё летом 2004 г. прошёл очередной военно-спортивный лагерь РКСМ(б), давший некоторый толчок к развитию межрегионального взаимодействия. В одном из городов появилось представительство РКСМ(б). Укрепились позиции комсомола на международной арене — второй год подряд делегация Революционного комсомола участвовала в международном фестивале KNE (Коммунистическая молодёжь Греции).

Внеочередной, VI Съезд РКСМ(б) открылся в намеченный срок — 11 декабря 2004 г. Перед ним состоялся традиционный Пленум, утвердивший отчётный доклад ЦК. Оппозиция выступила со своим особым мнением. «Анархисты» до последнего момента надеялись изменить ситуацию в свою пользу. Незадолго до Съезда руками председателя ЦКК А. Буслаева им удалось инспирировать попытку раскола Нижегородской городской организации. Партийному и комсомольскому руководству пришлось приложить немало усилий для урегулирования ситуации. Также «анархисты» очень рассчитывали на помощь со стороны руководства РКРП-РПК, которое в течение нескольких месяцев перед Съездом оказывало на комсомольских активистов давление с целью замять конфликт.

Обсуждение организационных вопросов длилось весь первый день Съезда и протекало в крайне накалённой атмосфере. Большинство делегатов осудило кружковые методы работы, применявшиеся ранее, и высказалось в поддержку новой, перспективной линии строительства организации. Съезд признал работу ЦК удовлетворительной, работу ЦКК — неудовлетворительной. По результатам напряжённой дискуссии Съезд сделал важные организационные выводы. Несмотря на все старания «анархистов», их линия потерпела сокрушительное поражение. В. Шапинов и О. Казарян, руководители раскольнической фракции, были исключены из рядов РКСМ(б).

Второй день работы VI Съезда РКСМ(б) был посвящён конструктивному рассмотрению работы Революционного Комсомола, обсуждению недостатков в работе, обмену мнениями и опытом, выработке новой тактики работы. Были заслушаны доклады с мест о работе региональных организаций. Были приняты решения, касающиеся различных аспектов работы РКСМ(б), в т.ч. «Заметки о дальнейшей работе РКСМ(б)».

VI Съезд избрал Центральный Комитет в количестве 9 человек и Центральную контрольную комиссию РКСМ(б) в количестве 6 человек, после чего завершил свою работу. Первым секретарём ЦК на организационном Пленуме ЦК был избран В. Сычёв.

После долгих лет разброда и шатаний перед Революционным комсомолом открывалась широкая перспектива развития.

Организационное строительство (2005 г.)

Новый, 2005-й год начался стихийной вспышкой массовых протестов, не виданных со времён знаменитой «рельсовой войны». С 1 января вступил в действие печально известный «Федеральный Закон № 122», отменивший социальные льготы и заменивший их смехотворными денежными компенсациями. Очнувшись от новогодних праздников, граждане обнаружили, что у них отняты льготы на транспорт, коммунальные услуги, здравоохранение и т.п. Многих людей, особенно пенсионеров, эти правительственные меры попросту обрекали на голодную смерть, а те, кто ещё мог выкрутиться, оказывались на грани нищеты.

Уже 9 января произошли стихийные акции протеста в двух городах Подмосковья: в Солнечногорске и Мытищах. В Солнечногорске изначально «дежурный» митинг райкома КПРФ, организованный при поддержке РКРП-РПК, собрал три тысячи человек, которые не могли удовлетвориться праздной риторикой и пустыми посулами адептов Зюганова. Народ жаждал действий, и в этих условиях две партии, имеющие в своём названии слово «коммунистическая», повели себя прямо противоположным образом. Местные активисты КПРФ, испугавшись последствий, принялись уговаривать граждан разойтись и решать проблемы «цивилизованным путём». 1-й секретарь Московского комитета РКРП-РПК А.В. Крючков призвал народ действовать решительно. Активисты РКРП-РПК и РКСМ(б) повели трудящихся в сторону Ленинградского шоссе, в то время как немногочисленные сторонники КПРФ, обозвав коммунистов «провокаторами», свернули знамёна и убрались восвояси. Ленинградское шоссе было перекрыто на длительный срок, и в результате переговоров с заместителем главы администрации была достигнута о встрече с самим главой. Эта встреча состоялась несколькими днями позже, и на ней, несмотря на сопротивление властей, был сформирован «Комитет спасения», председателем которого стал секретарь Солнечногорского райкома РКРП-РПК Л.К. Хохряков.

Это событие, так же как и стихийное перекрытие в Мытищах, буржуазному режиму удалось замолчать. Однако когда на следующий день, 10 января, начался ещё более массовый стихийный протест в Химках, властям уже не удалось скрыть правду. Массовые протесты, набиравшие обороты в стране, стали достоянием гласности. В течение последующих недель по всей стране прокатилась волна перекрытий, стихийных митингов, манифестаций; в некоторых регионах отмечались попытки захвата административных учреждений. Показательно, что в большинстве областей КПРФ принимала сторону власти против народа, в то время как РКРП-РПК работала на обострение борьбы и придание ей организованного характера.

Активисты РКСМ(б) приняли активное участие в акциях протеста (Ленинград, Горький, Свердловск, Сыктывкар, Орёл, Брянск и т.п.). В некоторых случаях Революционному комсомолу удавалось либо организовать, либо даже возглавить народный протест. Власть отвечала усилением репрессий против коммунистов и комсомольцев. Однако под напором масс она была вынуждена идти на уступки. Во многих регионах социальные льготы были частично или полностью возвращены.

Волна протестов против монетизации льгот имела большое значение для развития протестного движения в стране. Она показала людям, что они не беспомощны, что в их власти изменить ситуацию и добиться путём борьбы возвращения себе прав. Трудящиеся получили первый за последние годы опыт организации своей борьбы — формировавшиеся в разных регионах «комитеты спасения» позже объединились в Союз координационных советов (СКС). Однако было бы неправильно переоценивать значение этих протестов; общегражданская борьба за возвращение социальных льгот не может заменить собою рабочего движения, которое лишь одно находится в непримиримых противоречиях с существующей общественной системой. Незрелость левого движения в стране привела к неверным оценкам протестов против монетизации льгот; некоторые любители преклоняться перед стихией увидели в них чуть ли не прообраз Советской власти. Жизнь доказала несостоятельность таких иллюзий.

Революционный комсомол, очистившись от раскольников, энергично приступил к мерам по укреплению организации. Руководство РКСМ(б) сознавало, что невозможно наладить сколько-нибудь систематическую работу, не зная возможностей организации. Поэтому через несколько дней после окончания работы VI Съезда было принято решение о выявлении кадрового потенциала комсомола. В Организационный отдел ЦК начали поступать данные о способностях и навыках комсомольцев, учёт которых был бы очень полезен при распределении актива на центральную и региональную работу. Однако впереди была ещё более сложная задача. Как уже упоминалось выше, РКСМ(б) в тот период всё ещё представлял собой сеть слабо связанных групп и кружков. В течение 2003-04 гг. организационным работникам удалось получить более или менее полное представление о состоянии дел в большинстве региональных отделений. Выяснилось, что значительная часть комсомольских структур на местах представляет собой дутые, бутафорные образования. Под вывеской РКСМ(б) зачастую находили приют случайные люди. Подобная ситуация считалась обыденной в левой молодёжной среде; она и сейчас в порядке вещей у некоторых организаций. Однако для Революционного комсомола такое положение дел являлось нетерпимым. Необходимо было покончить со старым, меньшевистским подходом к организационному строительству и кадровому вопросу.

Поэтому в марте 2005 г. был созван совместный Пленум ЦК и ЦКК. На нём было принято единодушное решение о проведении организационно-кадровой чистки в Революционном комсомоле. Архитектором этой идеи был секретарь ЦК по организационной работе Н. Леонидов. Представляется важным процитировать здесь некоторые выдержки из постановления по данному вопросу.

«Проводимая до сих пор политика привлечения в РКСМ(б) массы непроверенных товарищей, направленная на формальное увеличение количества членов РКСМ(б), несет в себе больше минусов, нежели плюсов… Минусы эти таковы, что перевешивают все плюсы.

К плюсам проводимой до сих пор кадровой политики часто относят расширение собственной членской базы РКСМ(б), возможность привлечь большее количество людей на акции. Однако при этом почему-то ставят телегу впереди лошади и принимают в члены комсомола даже тех потенциальных сочувствующих, которые изначально не готовы к систематической, дисциплинированной работе. Поэтому потенциальные плюсы от привлечения новых людей оборачиваются реальными минусами…

К минусам проводимой до сих пор кадровой политики можно отнести наполнение организации (а в некоторых местных организациях — переполнение) массою случайных людей, в которых совершенно теряются здоровые, активные элементы, растворение энтузиазма одиночек в абсолютно инертной массе «членов РКСМ(б)» по названию и скорое прекращение попыток этих одиночек наладить планомерную, регулярную работу организации. То есть получается, что мы теряем ценные кадры, не приобретая ничего взамен, напротив — из ценных кадров фактически пополняется «болото», инертное, безразличное к жизни РКСМ(б).

Что такое «болото»? «Болотом» мы считаем массу тех «членов РКСМ(б)», которые не посещают собраний организации, не платят членские взносы, не распространяют комсомольскую прессу, не занимаются политическим образованием, не участвуют в мероприятиях — в общем, всех тех, кто только носят звание члена РКСМ(б), но фактически давно уже утратили всякую связь с комсомольской организацией. Чем мешает такое «болото»? Такое «болото» мешает тем, что оно, как уже отмечалось выше, затягивает в свою трясину отдельных активистов, не давая им развернуть инициативу и отвращая их от этого; тем, что оно отвращает от нашей организации сочувствующих, готовых вступить в наши ряды и работать — а разве кто-то «со стороны», глядя на бездельничающих членов РКСМ(б), преисполнится энтузиазма? — тем, наконец, что оно не дает организации жить нормальной, уставной жизнью. Не секрет, например, что из-за переполнения некоторых организаций «членами РКСМ(б)» по названию практически перестали созываться собрания — их попросту невозможно провести, потому как большинство не собирается…

Немногие способны выдержать влияние «болота». Но те, кто выдержал это страшное испытание затхлой средой иной местной организации, неизбежно приходят к выводу о необходимости избавляться от «болота»…

Мы считаем необходимым… покончить с болотным состоянием местных организаций РКСМ(б). Следует проверить каждого члена РКСМ(б) — как он работает, что он делает, чем он живет. Исходя из результатов этой проверки, следует решать вопрос о возможности его дальнейшего пребывания в рядах РКСМ(б).

Однако этих мер явно недостаточно. Местным организациям следует более взвешенно подходить к вопросу о приеме в члены РКСМ(б), не гонясь за увеличением численности, но обращая прежде всего внимание на качество принимаемых в ряды комсомола товарищей. Нужно не бояться обидеть кого-то отказом в приеме в члены РКСМ(б), если за время прохождения кандидатского стажа человек ничем не зарекомендовал себя. Да и прохождение кандидатского стажа должно быть организовано так, чтобы стаж был реальной проверкой кандидата работой. Тех, кто не отвечает требованиям, предъявляемым к члену РКСМ(б), следует зачислять в качестве сочувствующих и проводить с ними постоянную индивидуальную работу, на повышение их сознательности с возможной перспективой приема в организацию».

Нет нужды повторять, что процитированные положения пригодились бы любой коммунистической организации.

Сроком организационно-кадровой чистки был определён май-июнь 2005 г. За этот период было распущено значительное количество фиктивных организаций и перерегистрированы те ячейки, которые испытывали трудности с «болотом». Формальный размер комсомола существенно уменьшился, однако теперь в нём не осталось место для самообмана и двойных стандартов. Механизм проведения чистки был продуман для того, чтобы избежать злоупотреблений. Следует отметить, что в ходе её проведения жалоб не поступало.

В первом полугодии 2005 г. была также предпринята попытка вернуться к плановому характеру деятельности ЦК. Был сформирован план работы Центрального Комитета по выполнению решений VI Съезда. Основным его составителем являлся инструктор Организационного отдела ЦК А. Батов. Состоявшийся в марте Пленум ЦК утвердил этот план, а также принял важные политические решения, касающиеся поддержки перерегистрации РКРП-РПК и оценки акций протеста против монетизации льгот. Незадолго до этого распоряжением Бюро ЦК была сформирована временная интернет-группа, которой поручалось реорганизовать интернет-сайт РКСМ(б) и наладить его работу. Чуть позже было принято решение ликвидировать сайты региональных ячеек РКСМ(б), чтобы все силы сосредоточить на центральном сайте. Дальнейший ход работы показал оправданность этого решения.

Тогда же, весной 2005 г. предметом обсуждения руководства и актива РКСМ(б) стал очередной марш «Антикапитализм», который должен был пройти осенью. Убедившись на опыте прошлого, 2004-го года в бесперспективности проведения маршей на пустынных улицах Москвы, комсомольцы начали обдумывать вариант проведения марша в другом городе. В качестве предпочтительного варианта был выбран Нижний Новгород (Горький) и Нижегородская область — регион, достаточно крупный для проведения общероссийского марша и изобилующий промышленными центрами. Проработкой этого варианта занялся Первый секретарь ЦК В. Сычёв совместно с секретарём Нижегородского городского комитета комсомола М. Таниным. Предполагалось обратиться с соответствующими предложениями к руководству СКМ и АКМ.

Таким образом, весна и лето 2005 г. стали для комсомола временем интенсивного организационного строительства, упорядочивания деятельности, коренной ломки отживших своё принципов работы. Впервые за несколько лет наметилась тенденция к созданию представительств и организаций «снизу», даже в тех регионах, где отделения РКРП-РПК были очень слабы или вовсе отсутствовали. К сожалению, на центральном уровне уже тогда были заметны некоторые негативные моменты, в частности, дисциплина выполнения решений была ниже ожидаемой, а Первый секретарь ЦК довольно слабо осуществлял координирующие функции.

Собравшийся в августе очередной Пленум ЦК подвёл итоги чистки, обобщил информацию о кадровом потенциале организации, оценил работу интернет-группы. Пленум также принял решение об установлении минимальной планки распространения газеты «Бумбараш» для региональных организаций, что явилось новым шагом в деле укрепления организации. Пленум также принял политическое решение, связанное с деятельностью упоминавшегося уже И. Пономарёва. После марша «Антикапитализм-2004» стало окончательно ясно, что МЛФ потерпел фиаско. Поэтому Пономарёв решил изменить форму своего влияния на левое движение, сделав её более гибкой и демократичной. Он предпринял выпуск общелевой газеты «Правда-Инфо». Газета печаталась многотысячными тиражами и рассылалась по регионам бесплатно; более того, в каждом номере можно было бесплатно занять определённые площади, но взамен нужно было брать на себя обязательства по распространению пропорциональной части тиража. Полагая, что новый проект Пономарёва преследует целью вытеснение остальной левой печатью и усиление своего влияния на незрелый молодёжный актив, Пленум ЦК запретил распространение «Правды-Инфо». Впоследствии газета сошла на нет.

В сентябре подошёл срок проведения марша «Антикапитализм-2005». К этому моменту стало очевидным двурушничество руководителей СКМ и АКМ. Одобрив на словах идею проведения марша в Горьком, на деле они сосредоточили все усилия на проведении очередного марша в Москве. Не вызывало сомнения, что для вождей обеих организаций самопиар оказался дороже возможности использовать марш для пропаганды в среде трудящихся. Таким образом, РКСМ(б) был вынужден готовить марш без участия АКМ и СКМ, без ресурсов и опыта, опираясь лишь на помощь центрального и регионального руководства РКРП-РПК.

Марш прошёл в Нижегородском регионе 24-25 сентября 2005 г., в нём приняли участие активисты и сторонники РКСМ(б), а также небольшое число активистов СКМ. Власти приложили все усилия для срыва мероприятия. По области был распущен слух, что «съезжаются тысячи фашистов». Милиция была мобилизована со всех райцентров. Отсутствие СКМ и АКМ привело к сравнительной малочисленности мероприятия, а это, в свою очередь, облегчило властям задачу устроить расправу над молодыми коммунистами. После областного этапа марша его участников пытались задержать. Городской этап марша был попросту запрещён с нарушениями закона; попытки участников акции провести марш закончились побоищем в центре города и массовыми задержаниями. Секретарю Нижегородского обкома РКРП-РПК П.М. Типакову сломали руку. В тот же день группа скинхедов, подстрекаемых своими кукловодами, попыталась совершить нападение на штаб обкома партии. После марша нижегородские коммунисты и комсомольцы подверглись продолжительным и жестоким репрессиям. В частности, в глубоком кризисе оказалась Нижегородская городская организация РКСМ(б), чья деятельность на длительный период утеряла регулярный и систематический характер. Одной из причин случившегося явилась непродуманная кадровая политика, проводимая в НГО.

Ещё одним значимым для комсомола событием сентября 2005 г. стал очередной Фестиваль KNE (комсомола Греции), который вновь послужил развитию и укреплению международных контактов РКСМ(б). Уже тогда Революционный комсомол смог проявить на международной арене большую активность, нежели СКМ, и таким образом упрочил свои позиции.

Осенью 2005 г. в РКСМ(б) продолжалась важная организационная работа, в особенности связанная с укреплением комсомольских средств массовой информации. Постановлением Бюро ЦК № 124 от 19 октября все сайты региональных организаций и представительств РКСМ(б) были ликвидированы. Эта внешне жёсткая мера была призвана устранить распыление ресурсов. Перенаправление всех информационных потоков и технических сил на один — центральный — комсомольский сайт позволило в перспективе вывести его работу на качественно иной уровень. Вдобавок, работа разных регионов над общим сайтом повышала сплочённость и централизованный характер организации. Ещё одним событием стало воссоздание работы Московской организации РКСМ(б), которая, оставаясь в течение нескольких месяцев после VI Съезда под определённым влиянием раскольников, так и не смогла проявить сколько-нибудь заметную работоспособность. Новая ячейка, составленная наполовину из новичков, смогла более успешно решать комсомольские задачи. Секретарём организации был избран тов. Буренков, затем он был заменён на тов. Ефимова.

5 ноября 2005 г. в Ленинграде состоялся очередной Пленум Центрального Комитета РКСМ(б), на котором были приняты важнейшие решения. Центральный Комитет утвердил объединение Ленинского комсомола Ленинграда (ЛКСМЛ) и Ленинградской организации РКСМ(б) на базе программно-уставных документов Революционного комсомола. Это объединение стало возможным в результате длительного сотрудничества и сближения позиций между двумя организациями. Пленум также был ознаменован кадровыми перестановками на ключевых руководящих постах. В. Сычёв был освобождён с должности 1-го секретаря ЦК, а Н. Леонидов — с должности секретаря ЦК по организационной работе. На оба поста был избран инструктор Орготдела ЦК А. Батов. Эти кадровые перестановки явились лишь официальной фиксацией давно свершившегося факта, поскольку ещё с конца 2004 г. Батов играл всё более заметную роль в организации комсомольской работы центрального уровня, а после VI Съезда его роль во многих вопросах стала ключевой. Такое положение дел было обусловлено, прежде всего, снижением активности остальных членов ЦК, которые сами сознательно уменьшали долю своей работы на центральном уровне. И эта диспропорция в центральной работе стала проявляться всё сильней. В конечном счёте, она привела к постепенному замедлению или даже полному затуханию деятельности большинства структурных подразделений ЦК.

Правый уклон и кадровое обновление (2006 г.)

Спад центральной работы после сравнительно удачного старта имел под собой несколько причин. Одна из них связана с тем, что группа, одержавшая победу на VI Съезде, внутренне продолжала оставаться кружком, не могла перестроить свою работу. Поначалу проблемы в руководящей группе активистов не были заметны на фоне тех грандиозных задач, которые приходилось решать на ходу. Однако с течением времени стали проявляться негативные явления, особенно у товарищей с солидным комсомольским стажем. Усталость от многолетней и, казалось бы, бесплодной борьбы приводит к разочарованию, пессимизму, апатии, нежеланию идти вперёд. Нередко эти чувства толкают активиста искать «врага», неведомую силу, которая тормозит дело революции и устранение которой одним махом решит все многолетние проблемы. Это прямая дорога к идеологическим шараханьям и уклонам. Такой уклон появился и среди части руководителей РКСМ(б). Ему поддались некоторые ветераны прежней «чёрной банды», а именно В. Сычёв, Н. Леонидов и вышедший из комсомола по возрасту Д. Кузьмин. Ведя непримиримую борьбу с либеральным влиянием в левом движении, они не смогли удержаться на взвешенных позициях и скатились к противоположной крайности — национал-патриотизму. Если в период борьбы 2004 г. словосочетание «красные путинисты», употребляемое Шапиновым против актива, было лишь ярлыком, то в конце 2005 г. оно уже в достаточной мере отражало взгляды указанных товарищей. Раздувая «оранжевую» опасность, они абсолютизировали её и в итоге пришли к теории «меньшего зла», под которым понимался режим Путина. В своей аргументации национал-патриоты опирались на некоторые статьи известного левого публициста Д. Якушева (исключённого из РКРП-РПК), в которых он обосновывал необходимость критической поддержки режима Путина против компрадоров, желающих, якобы, руками «оранжистов» расчленить Россию.

Таким образом, причиной кадровых перестановок в ноябре 2005 г. стало сложное переплетение факторов — растущая апатия и усталость группы товарищей, их нежелание брать на себя ответственность за дальнейшее развитие организации, растущие идейные разногласия.

К февралю 2006 г. стало очевидным, что работа Центрального Комитета не способна удовлетворить нужды растущей организации. Большинство структурных подразделений ЦК не вело сколько-нибудь систематической работы и не было укомплектовано кадрами, а их руководители нередко относились к своим обязанностям безответственно. Сложилась ситуация, когда отставание работы ЦК стало узким местом в работе всей организации.

Исчерпав все возможности повлиять на ситуацию на центральном уровне, А. Батов прибегнул к единственному оставшемуся способу исправить положение — через голову ЦК обратился к региональным активистам, используя право Первого секретаря ЦК информировать организацию о работе Центрального Комитета. С этой целью в регионы было направлено письмо, в котором наряду с перечислением некоторых положительных итогов комсомольской работы прямо говорилось об отставании работы ЦК. В письме приводился краткий анализ деятельности всех его структурных подразделений и признавалось, что в организации центральной работы приходится опираться не на ЦК, а на региональных активистов, явочным порядком привлекаемых к центральной работе. Письмо заканчивалось призывом к регионам активней поставлять кадры для центральной работы. В дальнейшем сохраняющаяся пассивность большинства членов ЦК вынудила Первого секретаря продолжать практику создания «временных групп», которые дублировали бы функции центральных органов. В марте была создана «листовочная группа» (вместо бездействовавшего Агитпропотдела ЦК); тогда же на центральном уровне удалось провести решение о роспуске редакции комсомольской газеты «Бумбараш» и замене её временной группой. Таким образом, всё большее количество направлений центральной работы переводилось в ведение временных групп активистов, при этом метод формирования этих групп позволял гибко менять их состав и принципы работы. С другой стороны, уже доказавшая свою эффективность временная интернет-группа была преобразована в Интернет-комиссию ЦК.

Между тем, в начале 2006 г. продолжались народные протесты против реформы ЖКХ и монетизации льгот. РКСМ(б) принимал деятельное участие в организации и проведении этих акций. В конце января в Рязани протестующие жители перекрыли одну из центральных улиц города. В марте аналогичные события произошли в Воронеже. В обоих случаях руководители КПРФ пытались помешать народному протесту принять наиболее радикальные формы, в то время как сторонники РКРП-РПК и комсомола работали на организацию борьбы.

Продолжалось усиление международных позиций Революционного комсомола. В феврале была реорганизована Международная комиссия ЦК; в мае представитель РКСМ(б) был приглашён на очередной Съезд комсомола Греции (KNE); в сентябре комсомол принял участие в очередном Фестивале KNE.

В марте 2006 г. состоялся очередной Пленум Центрального Комитета. На нём обсуждалась важная инициатива, связанная с проведением т.н. «контрсаммита». Дело в том, что на июль 2006 г. российские власти планировали провести под Питером саммит «большой восьмёрки». У оппозиции возникла идея провести контр-мероприятия. Рассматривая различные возможности проведения этого «контрсаммита», ЦК взял курс на проведение серии одновременных акций в Ленинградской области, чтобы привлечь в агитационных акциях широкие слои населения.

Степень политической напряжённости, сложившейся к тому моменту внутри Центрального Комитета, хорошо иллюстрируется появлением обращения, подписанного группой членов ЦК — троцкистов. Выступив в нём с критикой центральной работы, они попытались протолкнуть в состав Бюро ЦК лояльную им фигуру. Эта попытка потерпела поражение. Показательно, что правое крыло ЦК на этот Пленум вообще не прибыло; его представители работу в Бюро ЦК фактически прекратили. Первый секретарь ЦК имел возможность до поры до времени не вступать в открытую конфронтацию с обеими частями ЦК, пользуясь имеющимися противоречиями.

Из прочих решений Пленума ЦК заслуживает внимания роспуск Дзержинской городской организации РКСМ(б), бессменным лидером которой являлся С. Пчелинцев, секретарь ЦК комсомола по спортивной работе. К тому моменту в Нижегородском регионе уже имел место затяжной (с 2004 г.) конфликт между Пчелинцевым и активом Нижегородской городской организации комсомола. Дело дошло до взаимных оскорблений, обвинений в провокаторстве и громких заявлений; в частности, Пчелинцев заявил о своём выходе из состава ЦК (что не соответствовало уставным нормам). Являясь координатором ЦК по округу, Пчелинцев неоднократно превышал свои полномочия. Что же касается комсомольской ячейки в Дзержинске, то она на тот момент уже не раз становилась предметом внимания руководящих и контролирующих органов комсомола. Численность ДГО была раздута за счёт привлечения в состав ячейки родственников и друзей Пчелинцева; уставные обязанности не выполнялись, работа ячейки была фактически развалена. Ячейка не имела чёткой границы; рядом с т.н. «комсомольцами» постоянно ошивались сомнительные и прямо враждебные личности (из ЛДПР, например), которые имели доступ к внутрикомсомольской информации. В феврале 2005 г. в Дзержинск выезжал представитель ЦКК, чтобы на месте разобраться в случаях неуставных отношений и травли отдельных активистов, которые имели место в ДГО. Осенью 2005 г. на квартире Пчелинцева было обворовано несколько активистов. Негативные процессы, свидетельствующие о разложении ДГО, не могли более игнорироваться. При этом сам Пчелинцев считал ситуацию нормальной, а с другой стороны, например, подчёркивал, что в ДГО нет никакого «демократического идиотизма», и все решения он принимает единолично. Таким образом, стало очевидным, что ДГО является чужеродным образованием в составе РКСМ(б).

Чтобы не допустить огульного исключения активистов, ЦК комсомола перевёл всех комсомольцев, состоявших в ДГО, на индивидуальный учёт и сформировал специальную комиссию, которая должна была разобраться в происходящем. Пчелинцев был также снят с должности секретаря ЦК по спортивной работе, чтобы иметь возможность больше уделять внимания местным делам. На упомянутую должность был назначен В. Митьковский. Однако впоследствии результаты этой попытки навести порядок в Дзержинске сошли на нет. Митьковский не проявил должной активности на спортивном направлении, поэтому очередной Съезд вновь ввёл Пчелинцева в состав ЦК. Что касается Дзержинской городской организации, то борьба внутри ЦК привела к восстановлению ДГО на следующем Пленуме ЦК с подачи правых.

В июле 2006 г., как и ожидалось, состоялся саммит «большой восьмёрки» под Питером. Чтобы не допустить организации каких-либо протестов или «контрсаммитов», власти приняли беспрецедентные меры. Все публичные мероприятия, включая и запланированные в области акции РКСМ(б), были запрещены. Была спланирована и осуществлена операция «Заслон»; оппозиционных активистов из разных регионов под надуманными предлогами задерживали в их родных городах, блокировали в квартирах. Людей ссаживали с автобусов и поездов. Даже личный автотранспорт в некоторых случаях досматривали при пересечении границы областей. Все эти меры многократно ужесточались при подъезде к Питеру. Происходившие в те дни массовые задержания оппозиционеров в разных регионах вскрыли всю неподготовленность актива СКМ, АКМ и других организаций к деятельности в полулегальных условиях. РКСМ(б) на тот момент уже серьёзно занимался проблемами безопасности, однако и у комсомола были потери: около 6 региональных делегаций не доехали до Ленинграда. Как показал последующий анализ, в основном из-за собственного небрежного отношения к вопросам конспирации. Наиболее успешным с точки зрения применения навыков конспирации явился рейд московских комсомольцев, которым, пользуясь разными маршрутами, удалось без потерь добраться до города. Однако в самом Питере колонна левых, собравшаяся на митинг и манифестацию, была встречена превосходящими силами ОМОНа; на пл. Восстания произошли массовые столкновения, закончившиеся задержанием многих участников акции. Произошедшие события заставили комсомол по-новому взглянуть на проблемы безопасности и тактику уличной работы. В целом, действия оппозиции в связи с саммитом G8 носили разрозненный характер, а широкие слои трудящихся остались равнодушными к происходящему.

За несколько дней до этих событий в Нижегородской области был разгромлен региональный летний лагерь, организованный Пчелинцевым совместно с СКМ. Провал лагеря стал возможным ввиду явно грубых ошибок, допущенных Пчелинцевым в ходе подготовки к мероприятию.

Осенью 2006 г. противоречия внутри Центрального Комитета достигли апогея. Первый секретарь ЦК опирался на региональные организации и представительства, на рядовых активистов, особенно новичков. Именно они двигали работу комсомола, и они же оказывали отпор антимарксистским выпадам со стороны различных уклонистов. Среди них следует отметить таких товарищей как Ефимов, Магов, Кузнецов. В свою очередь, правое крыло ЦК пыталось сделать рупором своих взглядов газету «Бумбараш». Пользуясь как аргументом бездеятельностью и.о. главного редактора газеты С. Маркова, им удалось вновь избрать В. Сычёва главным редактором «Бумбараша». Однако все попытки правых разместить в газете материалы, пропагандирующие их взгляды (напр., статьи Якушева), наталкивались на противодействие А. Батова и С. Маркова. Неудача побудила правых искать союза со своими некогда заклятыми врагами — троцкистами. Убедившись в невозможности поставить Батова под свой контроль, правые начали тайные переговоры с троцкистами и, в конечном счёте, составили с ними сговор к октябрьскому Пленуму ЦК. Суть этого «право-троцкистского блока» сводилась к следующей бартерной сделке: правые помогают честолюбивому и амбициозному троцкисту Б. Игнатову получить пост Первого секретаря ЦК, а троцкисты, в свою очередь, помогают правым захватить контроль над газетой «Бумбараш». Формирование такого блока означало конец тому положению неустойчивого равновесия, при котором Батову удавалось вести самостоятельную политику благодаря противоборству правого и троцкистского крыла ЦК друг с другом. Теперь правые и «левые» объединились. Нетрудно также заметить, что в случае успеха сговора РКСМ(б) вновь был бы превращён в разрозненную, кружковую структуру без какой-либо чёткой идеологии, поскольку различные направления центральной работы возглавили бы идейные противники. Очевидно, правые рассчитывали впоследствии полностью формировать идеологический курс комсомола через «Бумбараш» и блокировать через Бюро ЦК все попытки троцкистов помешать этому. Всё это означало отбрасывание РКСМ(б) на несколько лет назад.

Сговор был отчаянной попыткой, учитывая близость очередного Съезда комсомола. Следует отметить, что в те дни в комсомоле уже шла жаркая дискуссия о природе российского капитализма, гипотетической опасности «оранжевой революции» и прочих принципиальных вопросах; в этой дискуссии правые не смогли выступить сколько-нибудь убедительно и по большей части уклонялись от обсуждения, а некоторые их представители продемонстрировали явный отход от марксизма. Таким образом, октябрьский Пленум ЦК РКСМ(б) начинал свою работу в чрезвычайно накалённой обстановке.

Пленум собрался почти в полном составе 21 октября в Ленинграде. Членов ЦК, настроенных оппозиционно по отношению к Первому секретарю, было явное большинство. На Пленуме присутствовали активисты Ленинградской комсомольской организации, представители местного и центрального партийного руководства. Правые пригласили для своей поддержки Д. Кузьмина и после открытия Пленума потребовали от Первого секретаря ЦК отчёта о своей деятельности. Однако их попытка отыскать сколько-нибудь весомые аргументы против Батова не увенчалась успехом. Тогда они попытались оттянуть сроки проведения очередного комсомольского Съезда. В соответствии с Уставом он должен был пройти в декабре 2006 г. или, в крайнем случае, в январе 2007 г.; между тем представитель правых поставил на голосование вопрос о перенесении Съезда на май 2007 г. Такими чисто аппаратными средствами правые пытались выиграть время для усиления своей фракционной борьбы. Однако и эта попытка провалилась. Тогда правые решились идти ва-банк. Уже под конец Пленума Н. Леонидов поставил вопрос о смене Первого секретаря. Последовали ожесточённые дебаты, в которых приняли участие и партийные товарищи. Когда началось голосование о снятии Батова с должности Первого секретаря ЦК РКСМ(б), право-«левым» оппозиционерам не хватило одного голоса (Митьковский).

Между тем социальная обстановка в стране продолжала обостряться, в том числе и в столице. РКСМ(б) принял деятельное участие в организации борьбы москвичей против уплотнительной застройки. Эта борьба развернулась летом и осенью 2006 г. с небывалой остротой. Кульминацией стал октябрь, когда жители московского района Митино вместе с активистами РКСМ(б), АКМ, РКРП-РПК, КПРФ взяли штурмом управу своего района. В этот период также прошла серия одновременных акций в поддержку KSM — комсомола Чехии, который подвергся репрессиям и даже запрету со стороны властей. Акции проводились в нескольких городах напротив посольства и консульств Чешской республики.

Не обошлось и без традиционного марша «Антикапитализм», который прошёл в начале октября в Москве. На этот раз организаторы решили обойтись вовсе без областного этапа и сосредоточиться на пиар-акции в столице. РКСМ(б) воздержался от участия в марше, полагая бессмысленным тратить силы ради достижения сомнительного результата.

Спустя месяц в Москве состоялся первый «Русский марш» — акция националистов, которую старательно раскручивали правительственные СМИ. Ажиотаж вокруг марша привлёк внимание общественности, а сам ход мероприятия (провокация с местом сбора, скандал между Рогозиным и Поткиным прямо на трибуне) продемонстрировал, какой раздрай царит в верхушке правого движения. Показательно, что один из официальных лозунгов марша («Русские, вперёд!») спустя несколько лет был принят на вооружение в несколько изменённом виде официальной властью («Россия, вперёд!»).

Показательной также была реакция режима на традиционное шествие КПРФ и других левых сил 7 Ноября. Московские власти пошли на «принцип» и заявили, что не допустят в этом году проведения шествия, поскольку, дескать, это уже «обычный день». На Триумфальной площади произошли столкновения между собравшимися и полицейским оцеплением, в результате шествие всё же состоялось. В некоторых других городах (в частности, в Нижнем Новгороде) также были отмечены тенденции к ужесточению режима.

В декабре активисты Революционного комсомола активизировали работу в пролетарской среде. В Ленинграде прошёл митинг в поддержку независимого профсоюза «GM-АвтоВАЗ», а также митинг в поддержку профсоюза «Сургутнефтегаз». В Подмосковье продолжалась борьба против реформы ЖКХ; власти подмосковных Химках, опасаясь роста организованности жителей, схватили и посадили на 15 суток активиста РКРП-РПК и РКСМ(б) А. Буслаева, который готовил общегородской митинг. В Брянске Революционный комсомол (секретарь — тов. Лешин) совместно с горожанами развернул борьбу против попытки капиталистов организовать незаконную вырубку сквера Проскурина, расположенного в самом центре города. Противостояние приняло острый характер, дело дошло до судебного разбирательства. Борьбе этой суждено было продолжаться несколько лет, комсомольцы и трудящиеся одержали в ней победу. Продолжалась и международная деятельность: в середине месяца, в день единых действий, установленный Всемирной Федерацией демократической молодёжи, РКСМ(б) организовал небольшой митинг в поддержку KSM напротив посольства Чехии в Москве. А в Ленинграде активисты РКРП-РПК и РКСМ(б) провели митинг у консульства Эстонии, протестуя против попыток фашиствующих властей этой страны узаконить запрет советской символики и снести «Бронзового Солдата».

Декабрь также запомнился проведением первого «Марша несогласных», организованного либерально-буржуазной оппозицией и некоторыми примкнувшими к ней организациями правого и левого толка. По факту вместо марша был проведён митинг, который закончился потасовкой. Акция показала стремление либеральной оппозиции сколотить вокруг себя широкий протестный фронт с либерально-буржуазными требованиями, а также готовность некоторых левых организаций (АКМ) вписаться в этот фронт. Со своей стороны активисты московских организаций РКРП-РПК и РКСМ(б) организовали в центре столицы «антилиберальный» митинг, который привлёк определённое внимание общественности.

5-6 января 2007 г. в Москве состоялся VII Съезд РКСМ(б). К тому моменту большинству региональных активистов уже стало ясным идейное поражение правых. Стало это ясно и самим правым. После провала своих замыслов на октябрьском Пленуме они полностью устранились от работы, ограничиваясь лишь словесной перепалкой со своими противниками по вопросам «оранжевой революции». Также им удалось парализовать выпуск газеты «Бумбараш». Между тем марксисты серьёзно подошли к вопросу идейного разгрома правого уклона. За несколько месяцев до Съезда Батов организовал группу комсомольцев (в основном, новичков) для проведения подробного и объективного изучения характера российского капитализма. Итогом коллективных усилий стала открытая часть Отчётного доклада ЦК к Съезду, в которой впервые в молодёжном левом движении России дан беспрецедентно глубокий анализ политической, социальной ситуации России, характера российского капитализма и его места в мировой империалистической системе. Правые понимали, что им не удастся противопоставить что-либо подобной работе и убедить Съезд в своей правоте. Поэтому за день до начала Съезда небольшая группа правых из Ленинграда прислала открытое письмо к Съезду. В этом письме они заявляли, что для России «классовый конфликт не является определяющим», и предрекали скорую «оранжевую революцию» в нашей стране. Обвиняя Революционный комсомол в преуменьшении «оранжевой» опасности, правые завершали письмо заявлением о выходе из рядов РКСМ(б). Н. Леонидов и В. Сычёв, не подписывая этого обращения, также вышли из комсомола.

Дальнейшее развитие событий показало ошибочность взглядов правых и правильность марксистских установок РКСМ(б). Либеральная угроза закономерно обернулась мыльным пузырём. «Оранжевая революция» осталась мифом. Однако, большинство правых — бывших комсомольцев не признали своих ошибок и отошли от активной политической деятельности.

VII Съезд принял ряд решений, направленных на обеспечение бесперебойной центральной работы и вовлечение в неё как можно большего числа активистов. Особое внимание было уделено улучшению функционирования Отдела ЦК по рабочему движению. Съезд избрал новый состав Центрального Комитета, который на треть состоял из новых комсомольских активистов. Таким образом, в руководстве комсомола совершилось кадровое обновление, которое существенно помогло налаживанию работы. Показательно, что в новый состав ЦК был избран и застарелый оппозиционер-троцкист Б. Игнатов; Съезд также поручил ЦК составить обращение к бывшим правым оппозиционерам с предложением пересмотреть свои позиции и вернуться к комсомольской работе. Эти меры демонстрировали готовность нового состава ЦК закрыть глаза на старые разногласия и шатания товарищей, если только они исправят свои ошибки и вернутся к активной деятельности.

Первым секретарём ЦК был вновь избран А. Батов.

Дальнейшее развитие организации.
Кружковый уклон (2007 г.)

После VII Съезда комсомол продолжил поступательное движение вперёд, обращая особое внимание на работу с новыми кадрами и организацию деятельности ЦК, особенно Рабочего отдела, по которому Съездом было принято специальное постановление. Несколько активизировалась местная работа, особенно в Брянске, где комсомольцы вместе с простыми жителями вступили в противоборство с капиталистами, пытавшимися вырубить сквер имени Проскурина в центре города. Борьба продолжалась без малого год и, в конечном счёте, закончилась победой народа. В феврале Ленинградская организация провела креативную акцию по «делу Маши Шрайбер», в оригинальной форме высмеяв наступление мракобесия в учебных заведениях. Москвичи активизировали работу в области, в том числе проводя акции по социальной тематике. 18 марта в нескольких городах страны комсомольцы вместе с представителями других организаций провели акцию в поддержку рабочих профсоюзов. Эти акции способствовали более тесному сотрудничеству комсомольцев и рабочих. В апреле ленинградцы вместе с «пиратским движением» провели акции против копирайта. В Питере продолжались и акции в поддержку рабочих, в частности, свободного профсоюза «Почты России».

21 апреля в Москве собрался очередной Пленум Центрального Комитета РКСМ(б). Основным политическим вопросом Пленума стала выработка отношения к «маршам несогласных». Центральный Комитет тщательно проанализировал имеющиеся факты и вынес решение: «в настоящих условиях расценивать блок с какой-либо группировкой буржуазии, в т.ч. с коалицией «Другая Россия», как недопустимый».

Лето 2007 г. в Москве началось с яростной борьбы вокруг уплотнительной застройки. Воротилы строительного бизнеса при попустительстве Лужкова захватывали дворы в московских улицах, вырубали скверы, строили на их месте высотки. Во многих местах жители города вставали на борьбу с захватчиками. Разумеется, борьба эта имела ограниченный и во многом мелкобуржуазный характер, однако комсомол решил принять в ней участие, в т.ч. и для того, чтобы пропагандировать среди жителей необходимость политической борьбы. Комсомольцы приняли участие в различных акциях москвичей, включая и акции прямого действия. В июне произошло столкновение у префектуры Северо-Западного округа столицы, когда местные жители под руководством комсомольцев попытались поговорить с префектом. В дальнейшем накал борьбы только нарастал, частыми стали такие случаи как разрушение жителями забора, огораживающего строительную площадку (как, например, в июле на Дмитровском проезде). На улице Бирюзова дошло до применения огнестрельного оружия. В дальнейшем борьба против уплотнительной застройки оформилась в «Совете инициативных групп». Лидирующее положение в нём удалось занять руководителю АКМ С. Удальцову. Борьба так и не вышла за узкие рамки и, в конечном счёте, стала инструментом разборок различных буржуазных группировок Москвы.

Между тем, пропагандистская работа РКСМ(б), особенно через интернет-сайт, ещё в 2006 г. привела к тому, что контингент вступающих в организацию новичков постепенно стал меняться. Резко уменьшился поток тусовщиков, зато стали приходить люди более образованные, грамотные, в т.ч. и из среды интеллигенции. Это позволило качественно усилить работу Идеологического отдела ЦК, руководителем которого в то время являлся С. Марков. Однако это также послужило в дальнейшем почвой для обострения некоторых противоречий в комсомоле, касающихся как стратегии работы, так и организационных её принципов.

С. Марков, руководитель Орловской организации РПК (после объединения партий — РКРП-РПК), сформировал вместе с околопартийной молодёжью ячейку комсомола, которая была утверждена Пленумом ЦК перед V Съездом РКСМ(б). Деятельность ячейки была в основном сконцентрирована вокруг теоретической учёбы и дискуссий; также велась спортивная работа, было проведено несколько ярких акций. Однако дисциплиной орловские комсомольцы не отличались, и вся работа фактически держалась на Маркове, который даже выплачивал за ячейку комсомольские взносы. Как секретарь ЦК по идеологии (с апреля 2004 г.), Марков слабо занимался организацией идеологической работы. Выпуск комсомольского теоретического журнала «Революция», и без того нерегулярный, с течением времени дошёл до периодичности около раза в год, а затем вовсе прекратился. Занимаясь преимущественно теоретической работой, Марков через некоторое время стал высказывать мысль о её приоритетности, о необходимости пересмотра существующей комсомольской практики. В этих идеях было немало справедливого, однако узкопрофильный характер работы Маркова закономерно сделал его критику однобокой. Имея слабое представление о других сторонах деятельности комсомола, отстранённо относясь к деятельности, не имеющей непосредственного отношения к теоретической работе, секретарь ЦК по идеологии постепенно вставал на типично местечковые позиции: «своё» направление считается главным, приоритетным, а остальные — второстепенными. Подчеркнём ещё раз, что появление такого противоречие имело под собой целый ряд факторов: начиная от слабой вовлечённости главного идеолога организации во всестороннюю практическую работу и кончая объективно низким идейным уровнем большинства активистов. При всём этом следует заметить, что мысли Маркова о необходимости усиления теоретической работы находили отклик у большинства ЦК. В частности, ещё в марте 2005 г. был принят план работы Центрального Комитета, в котором, между прочих проблем, планировались работы по созданию сборника часто задаваемых вопросов (FAQ) для публикации на комсомольском сайте. Однако, высказывая различные идеи, Марков редко проявлял какой-либо энергичности для их продвижения (напр., идея с FAQ была выдвинута на Пленуме ЦК Батовым, работа над FAQ также организовывалась им)7, а выполнение им поручений ЦК идеологического характера нередко проваливалось из-за нарушения сроков. Таким образом, в 2006 г. сложилась ситуация, при которой Марков, сравнительно мягко критикуя организацию за недостаток внимания к теории, сам довольно недисциплинированно относился к выполнению поручений, призванных исправить это положение.

Как уже было сказано выше, в 2006 г. стал меняться характер приходящих в организацию людей, в т.ч. увеличился приток интеллигенции. Это серьёзно повлияло на активность Маркова. Если раньше он был в среде комсомольцев «белой вороной», то теперь у него появились единомышленники. В частности, пришедшие в организацию в августе 2006 г. супруги Григорьевы активно включились в деятельность Маркова; в течение первой половины 2007 г. они были назначены инструкторами Идеологического отдела ЦК. Приток новых людей позволил шире развернуть идеологическую работу, в частности, более часто проводить межрегиональные теоретические семинары. Однако наполнение этих семинаров вызывало у активистов всё больше вопросов. Вскоре обнаружилось, что Григорьевы не только разделяют идеи Маркова, но и проводят их более последовательно. Именно, они довели приоритетность теории перед практикой до отрицания большевистских организационных принципов. Они прямо заявили о приоритете личного над общеорганизационным, о непризнании комсомольской дисциплины и демократического централизма, которые-де только мешают заниматься теорией и «сковывают творчество». В таком духе они пытались вести пропаганду среди комсомольцев как на семинарах, так и лично.

Если в Ленинграде занимались этим Григорьевы, то в Москве камнем преткновения стал сравнительно новый комсомольский активист Е. Амбутавичус. Вступив в Московскую организацию, он был направлен на организационную работу, поскольку МО в тот период отчаянно нуждалась в упорядочивании своей деятельности. Однако впоследствии оказалось, что Амбутавичус также склонен к чрезмерному теоретизированию. После знакомства с ним Марков начал требовать зачисления Амбутавичуса в штат Идеологического отдела ЦК. Амбутавичус также заявил, что желает заниматься идеологией. Им обоим возражали, аргументируя тем, что работа московских комсомольцев, и без того слабая, очень нуждается в притоке свежих сил. Именно этот участок работы сильнее всего нуждается в кадрах. Но придти к единому мнению не удалось. Разногласия усиливались и, в конце концов, дело Амбутавичуса привело к серьёзным и острым разногласиям между Марковым и руководителем комсомола Батовым. За такой кажущейся мелочью как распределение одного активиста стоял гораздо более глубокий и принципиальный вопрос: может ли член коммунистической организации делать что хочется или он должен делать то, что ему поручается? Конечно, идеальным был бы вариант, при котором индивидуальные желания совпадают с нуждами и поручениями организации. Но в настоящих исторических условиях это недостижимо, личные интересы и потребности коллектива часто встают в противоречие друг к другу. Большевики однозначно решали это противоречие в пользу интересов общего дела. Марков и его сторонники отстаивали необходимость «учитывать личные наклонности», на деле — не просто учитывать (что было бы правильным), а безоговорочно следовать наклонностям и желаниям каждого товарища. Комсомольскую дисциплину они именовали «солдафонской», а назначение Амбутавичуса на московскую работу стало для них примером, когда «бюрократы» заставляют творческую личность «рыть яму», вместо того чтобы заниматься развитием марксистской теории. Новое издание «организационного анархизма» поднимало голову.

Обострившиеся разногласия вылились в открытый спор непосредственно перед августовским (2007 г.) Пленумом ЦК, который проходил в Ленинграде. Однако на самом Пленуме эти разногласия не обсуждались. Наиболее жарким вопросом для обсуждения стал вопрос об отношении к грядущим парламентским выборам. Руководство РКРП-РПК в ходе ожесточённой дискуссии приняло решение попробовать договориться с КПРФ о совместном выступлении. Это решение было принято, несмотря на серьёзную критику со стороны многих товарищей из регионов, в т.ч. несмотря на указание, что КПРФ наверняка обманет своих союзников, как она не раз делала до того. Пленум ЦК РКСМ(б) после продолжительной дискуссии принял решение считать для комсомола невозможной предвыборную агитацию за какую-либо «официальную» политическую партию. А в случае если РКРП-РПК успешно заключит предвыборный союз с КПРФ, разъяснять необходимость и пользу для трудящихся от присутствия в парламенте депутатов-коммунистов от РКРП-РПК. Несмотря на эту оговорку, общая линия комсомола вела к активному бойкоту парламентских выборов. Дальнейшие события показали, что КПРФ действительно в очередной раз «кинула» РКРП-РПК с выполнением своих обещаний. К самим выборам во многих городах были проведены массовые листовочные кампании, разъясняющие населению бессмысленность участия в этом театральном представлении.

Ещё до выборов комсомольцы плотно занялись рабочей тематикой. Закрепляя свои позиции, достигнутые в ходе организации и проведения акций рабочей солидарности 18 марта, комсомол принял участие в подготовке нового мероприятия — всероссийской акции рабочей солидарности, которая состоялась 14 октября 2007 г. Особенно заметной получилась акция в Ленинграде, где в ней приняли участие активисты независимых профсоюзов. Примерно в тот же период в Ленинграде и Свердловске прошли мероприятия «Антикапитализм-2007». Акции были наполнены новым содержанием; в частности, в Ленинграде основной темой акции стала пресловутая «борьба с пиратством». А в Брянске в это время разворачивалась агитация в среде школьников.

Осознав невозможность добиться перевода Амбутавичуса в Идеологический отдел ЦК официальным путём, Марков убеждает активиста Московской организации Буренкова посодействовать решению проблемы. Являясь на тот момент Председателем ЦКК комсомола, Буренков, тем не менее, пошёл ради этого на грубые нарушения норм демократического централизма. Вечером 23 августа 2007 г. после какой-то публичной акции он прямо на улице собрал активистов Московской организации и объявил о начале «собрания». Отсутствовавшие на акции комсомольцы не были предупреждены о том, что предполагается собрание. Находившийся неподалёку Батов вёл переговоры и мог прервать их ради участия в собрании, однако его попросту не уведомили об этом мероприятии. Протокол сборища даже не вёлся; его лишь впоследствии восстановили по памяти. В итоге, пользуясь тем, что многие собравшиеся слишком привыкли полагаться на мнение Председателя ЦКК, Буренков провёл «собрание», которое за 25 минут рассмотрело несколько важных вопросов, в т.ч. и по Амбутавичусу. Было принято «решение» включить Амбутавичуса в Идеологический отдел ЦК в качестве инструктора. Узнав об этом, Батов и другие товарищи подвергли Буренкова острой критике. А злополучное «собрание» впоследствии было сочтено ничтожным, и к его «решениям» никто не апеллировал. Сам Амбутавичус, не имея личного мужества для выработки принципиальной позиции, предпочёл самоустраниться от комсомольской работы. Впоследствии он был исключён.

Идейная борьба по поводу приоритетов работы организации, отношения к большевистским принципам партийного строительства, к демократическому централизму — эта идейная борьба слабо касалась комсомольского актива. В основном она захватила лишь руководство РКСМ(б) и часть комсомольской интеллигенции. Сторонники демократического централизма во главе с Батовым сумели мобилизовать актив и повести борьбу против попыток ревизовать базовые принципы организации. Уклон Маркова они сочли проявлением меньшевизма. Интеллигенты, получив отпор, обвиняли Батова в травле (под ней подразумевалась лишь нелицеприятная оценка их действий). Однако крики не помогали. Поняв, что на комсомольский актив не действуют их аргументы, интеллигенты стали отказываться от борьбы. На собрании Ленинградской организации от 13 ноября 2007 г. были рассмотрены заявления Григорьевых о выходе из РКСМ(б). В качестве основной причины выхода откровенно называлось «неприятие принципов демократического централизма». Заявления были удовлетворены.

После провала «дела Амбутавичуса» и выхода Григорьевых Марков вновь остался практически без союзников по отстаиванию своих идей. Однако вскоре выяснилось, что, по крайней мере, один союзник у него всё ещё есть, чем Марков и поспешил воспользоваться. Этим союзником стал Михаил Ларинов (по прозвищу «Вечный»), левый активист из Воронежа, ставший инициатором создания в этом городе ячейки РКСМ(б). В организацию он пришёл по рекомендации Буренкова и поначалу показал себя достаточно активным. В частности, весной 2006 г. Ларинов хорошо проявил себя во время стихийных волнений в городе. Руководители комсомола надеялись, что в Воронеже при содействии Ларинова будет сформирована активная, дисциплинированная комсомольская ячейка. Однако с течением времени стала ясной истинная физиономия этого деятеля.

В области теоретической Ларинов показал себя начитанным и интересующимся активистом, но при этом его идейные воззрения были весьма далеки от ортодоксальных. Скорее, Ларинову была свойственна эклектичная смесь из «ново-левых» идеек, евромаоизма и анархизма. В области же организационной он проявил себя как достаточно последовательный анархист. Работа местной ячейки быстро пришла в упадок, поскольку Ларинов совершенно отстранился от её организации и занимался лишь теоретизированием. Собрания почти не созывались. Связь с ЦК была крайне нерегулярной. Оплату взносов и газеты ячейка почти не производила, зато Ларинов обращался в ЦК с просьбами оплатить ему поездки на теоретические семинары Маркова. На центральном уровне ни один из комсомольцев Воронежа не работал. По отношению к другим левым организациям города Ларинов занял необоснованно враждебную позицию. Численность самой комсомольской ячейки постепенно уменьшалась, что свидетельствовало о перекосах в кадровом вопросе при формировании ячейки. Через некоторое время стала поступать информация, что Ларинов сформировал некий «фронт» с местными анархистами, куда вписал и РКСМ(б). Затем появились слухи об эпатажных акциях, которые устраивал Ларинов с анархистами. Некоторые из этих акций носили явно дискредитирующий характер и бросали тень на весь Ревкомсомол.

Для руководителей комсомола стало ясно, что Ларинов — лишь временный попутчик организации. Он открыто не признавал демократический централизм, саботировал решения комсомола, затем начал нападки на ЦК, обвиняя его в «бюрократизме». Самые минимальные нормы, необходимые для членства в РКСМ(б), Лариновым не соблюдались. Тем не менее, Марков встал на его защиту. По его логике, Ларинов являлся «начитанным марксистом», и это заведомо оправдывало все его скандальные выходки и грубые нарушения Устава. Подобная позиция явилась уже открытой и недвусмысленной ревизией организационных принципов комсомола. Марков вновь пошёл на открытый конфликт с комсомольским руководством, особенно с Батовым и тогдашним секретарём ЦК по организационной работе А. Маговым.

22 декабря 2007 г. состоялся очередной Пленум ЦК. Он рассмотрел деятельность структурных подразделений ЦК, итоги деятельности во время предвыборной кампании, а также подготовку к зимнему лагерю. Марков представил доклад о работе своего отдела; по мнению Батова, этот доклад изобиловал приписками. Работа отдела была раскритикована. Среди прочих вопросов в повестку дня было поставлено рассмотрение персонального дела Ларинова. Дело в том, что накануне в ЦК поступила докладная записка от секретаря ЦК по организационной работе Магова. В ней анализировалась тяжёлая ситуация в Воронежской организации, а также детально описывались скандальные выходки Ларинова (самой безобидной из них была давняя попытка объявить себя «Пророком утренней зари» и создать религиозное движение). В конце докладной записки предлагалось исключить Ларинова за дискредитацию комсомола и фактическое непризнание Устава.

Пленум ЦК рассмотрел вопрос в иной формулировке: «О ситуации в Воронеже». Марков распространил свою статью, посвящённую как защите Ларинова, так и общей ситуации в комсомоле. В статье хватало как передёргиваний фактов, так и не соответствующих действительности выводов, главным образом, из-за того, что Марков в силу оторванности от практической работы был плохо осведомлён о многих аспектах комсомольской деятельности. Орготделу и 1-му секретарю ЦК приписывалось намерение превратить организацию в секту и заставить активистов «копать яму», т.е. выполнять бессмысленные задания. Наиболее передовые активисты, которые несли на себе большую нагрузку в организации, были обозваны «элитой», которая якобы всё решает. 1-й секретарь со своими сторонниками, по мнению Маркова, строит «заговоры» против Идеологического отдела. Состоялась острая дискуссия по выдвинутым обвинениям. Возвратившись к решению воронежского вопроса, Пленум в итоге вынес Ларинову выговор за «парализацию» деятельности комсомольской ячейки; Воронежская организация была поставлена на особый контроль. Следующий Пленум должен был вновь рассмотреть вопрос по Ларинову.

Дальнейшее развитие событий было вполне предсказуемым. Ларинов не смог, да и не захотел восстанавливать деятельность Воронежской организации. Свобода собственного творчества всегда была для него важнее комсомольских забот. Понимая своё бессилие, в марте 2008 г. он заявил о своём выходе из РКСМ(б). Оставшиеся немногочисленные комсомольцы также в силу разных причин заявили о том же; к этому моменту уже имелось достаточно информации о том, что они вместе с Лариновым запятнали себя порочащими и позорными для комсомола поступками. В силу этого в апреле 2008 г. Организационный отдел ЦК подготовил докладную записку и проект постановления Бюро ЦК о роспуске Воронежской организации РКСМ(б). Банкротство Ларинова было столь неопровержимо, что Марков, будучи членом Бюро ЦК и имея формальную возможность заблокировать проект, не стал этого делать. Он полностью отошёл от комсомольской работы и от каких-либо дискуссий.

Осознав невозможность продвижения своих идей в комсомоле, Марков накануне апрельского (2008 г.) Пленума ЦК подал заявление о выходе из РКСМ(б). Вместо организации он поставил своей целью создание межрегиональной сети марксистских кружков. Насколько известно, эта идея не увенчалась успехом.

Подытоживая, можно сказать, что возникшие разногласия есть проявление в организации меньшевистского уклона, носителем которого являлась часть комсомольской интеллигенции. Этот уклон существовал в РКСМ(б) всегда (по крайней мере, последние несколько лет), однако не получал развития ввиду отсутствия сколько-нибудь значительного числа сторонников. С приходом некоторых ориентированных на теорию интеллигентов ситуация изменилась. Из них вокруг Маркова стала складываться та оппозиция, которая, обособившись от комсомольской практики, стала ратовать за её пересмотр, за упор на теорию, за приоритетность работы с интеллигенцией, за ревизию базовых организационных принципов комсомола, против единой для всех дисциплины. В идейной области эту линию отличала чрезмерная лояльность к троцкизму. В конечном счете, эта линия потерпела поражение, поскольку стало ясно, что она не сможет завоевать сколько-нибудь значительные позиции в комсомоле.

Комсомол и рабочий класс.
Возрождение левацкого уклона и борьба с ним (2008 г.)

Акции рабочей солидарности, организованные партией и комсомолом совместно с другими левыми организациями в 2007 г., стали важным шагом на пути активизации взаимодействия РКСМ(б) с рабочим классом. Это взаимодействие в дальнейшем лишь усиливалось. Поводы к этому давала сама жизнь.

28 апреля 2008 г. началась забастовка подмосковных железнодорожников. Было парализовано движение пригородных поездов на Ярославском и Горьковском направлениях Московской железной дороги. Стачку устроил независимый боевой профсоюз локомотивных бригад — РПЛБЖ. К этому моменту комсомольцы Москвы уже имели хорошие связи с профсоюзными активистами (в частности, из депо Пушкино). Они знали о забастовке заранее и готовились поддержать её. В день забастовки сайт РКСМ(б) активно освещал её ход, информация распространялась как можно шире, чтобы максимальное число людей узнало о проблемах рабочих. После забастовки на профсоюз обрушился шквал репрессий. Бастовавших машинистов попытались уволить. В некоторых регионах железнодорожные власти обнаглели настолько, что попытались отнять у профсоюза законные помещения. Тем самым предполагалось парализовать работу профсоюза, запугать его актив. Спустя короткое время после забастовки был стихийно создан комитет помощи профсоюзу, куда вошли некоторые левые и общественные организации8. Московские отделения РКРП-РПК и РКСМ(б) играли в совместной работе важную роль.

Произошедшие события привели к мобилизации комсомольских сил. Закономерно возникла идея проведения всероссийской кампании в поддержку РПЛБЖ, а также агитации за вступление рабочих в профсоюз. Эта кампания была организована на центральном уровне и с энтузиазмом воспринята на местах. В тех регионах, где не было ячеек РПЛБЖ, комсомольцы агитировали за их создание. В тех регионах, где имелись отделения независимого профсоюза, комсомольцы помогали им расширять агитацию, информировали рабочих о существовании профсоюза. Пример ударной работы подали москвичи — в течение продолжительного времени они провели интенсивную агитацию среди машинистов электропоездов на всех девяти вокзалах города. Агитация давала свои плоды — узнаваемость РПЛБЖ в рабочей среде повысилась, на связь выходили интересующиеся рабочие. Но по-настоящему прорывным стал опыт комсомольцев Архангельска. Своей агитацией в одном из депо они добились создания «с нуля» профсоюзной ячейки РПЛБЖ. Ячейка состояла преимущественно из молодых рабочих, часть из которых придерживалась левых взглядов. Спустя год, после стачки РПЛБЖ Архангельска осенью 2009 г., в регионе началось формирование объединения независимых профсоюзов и общественных организаций, в котором РКСМ(б) занял видное место.

Практически одновременно с этими событиями комсомол провёл кампанию по усилению региональной работы. Эту кампанию отличало то немаловажное обстоятельство, что она впервые проводилась организованно. Руководство не ограничилось объявлением целей и задач работы, но также постаралось сообща с регионами выработать формальные критерии успешности работы, более или менее универсальный алгоритм её проведения. Кампания по усилению региональной работы позволила не только обкатать новую форму активности, но и выявить наиболее слабые аспекты местной работы комсомола. Проведение кампании также стало большим шагом вперёд с точки зрения усиления межрегионального взаимодействия.

В июле 2008 г. началась подготовка к очередному летнему военно-спортивному лагерю РКСМ(б). Организацией лагеря занимался, как всегда, секретарь ЦК по спортивной работе С. Пчелинцев. К тому моменту накопилось немало претензий и вопросов по поводу деятельности Пчелинцева. Выше уже приводилась информация о некоторых конфликтных ситуациях, связанных с ним; теперь необходимо ознакомиться с деятельностью Пчелинцева поподробней.

Пчелинцев состоял в организации ещё с середины 90-х. По-видимому, он в полной мере впитал в себя гнилые традиции тогдашнего молодёжного левого движения, с его склочностью, интриганством, разборками, оторванностью от масс. На рубеже веков он оказался в тюрьме за серию краж. Впоследствии эта история представлялась им в благородном свете: Пчелинцев грабил капиталистов, а на вырученные средства организовал клуб для детей. Насколько это соответствует действительности, сейчас установить уже трудно. Политические позиции Пчелинцева отличались гибкостью и неустойчивостью, но на публике он был ярым «революционером». В 2004 г. благодаря рекомендации Батова Пчелинцев получил статус помощника депутата Госдумы РФ Тюлькина. Однако задачи Тюлькина не выполнял; вместо работы с местными промышленными предприятиями занимался левацкими акциями, попадался по пустякам, его постоянно приходилось вытаскивать из нелепых ситуаций. Подобные действия Пчелинцева наносили ущерб репутации партии. Осенью 2005 г. случилось из ряда вон выходящее событие — на его квартире было обворовано несколько комсомольцев. После этой истории Тюлькин лишил Пчелинцева статуса помощника. После этого Пчелинцев демонстративно заявил о выходе из партии и комсомола. Правда, в реальности он не торопился расставаться с членством в обеих организациях. Однако региональное партийное руководство не могло дольше терпеть позорные выходки этого деятеля. В 2006 г. он был уже изгнан из РКРП-РПК, после чего, недолго думая, вступил в КПРФ. В рядах «конструктивной оппозиции» Пчелинцев пребывал не менее трёх лет. Политическая всеядность проявилась не только в этом. Наряду с членством в КПРФ Пчелинцев распространял прессу НБП и других организаций. Также он тайно вступил в буржуазно-либеральную организацию «Оборона», даже стал региональным координатором этого движения. В региональной комсомольской организации, как уже рассказывалось выше, царило разложение. Показательно, что один из активистов ДГО впоследствии перебежал в «Единую Россию». Это ясно говорит об идейном уровне дзержинских «комсомольцев». В самой ячейке господствовал культ личности бессменного руководителя организации, который считался непререкаемым авторитетом; отношения внутри ячейки были далеки от товарищеских. Пчелинцев никогда не терпел присутствия в организации людей развивающихся, поскольку боялся, что рано или поздно кто-нибудь из них превзойдёт его в каких-либо навыках, и Пчелинцев перестанет быть авторитетным вождём хотя бы и для кучки молодёжи. Сам Пчелинцев имеет чрезвычайно низкий идейный уровень, а потому лучший способ сохранить за собой первенство — поддерживать столь же убогий уровень в организации, высмеивать все те области, в которых ему кто-то может составить конкуренцию (напр., идеологию Пчелинцев презрительно называл «идиотологией»), травить всех тех, кто пытается вырасти над собой или вообще хотя бы иметь собственное мнение. Поэтому, наверное, за полтора десятилетия своего существования ДГО так и не выросла за пределы тусовки из 3-4 человек, в основном личных приятелей Пчелинцева (исключая уже упоминавшийся случай, когда численность ДГО была раздута в основном за счёт родственников). Показательна история одной бывшей активистки ДГО, которая осмелилась критиковать Пчелинцева и за это подверглась травле и даже избиению, в чём потом вынуждена была разбираться ЦКК.

Пчелинцев был организатором спортивных лагерей в Революционном комсомоле. Вместе с Батовым и Буренковым он организовал самый первый лагерь летом 2003 г. Заслуги Пчелинцева в этой сфере неоспоримы, однако и здесь амбиции оказались важнее общего дела. В 2004 г. лагерь оказался под угрозой срыва из-за какого-то технического вопроса. В 2005 г. Пчелинцев попытался пригласить в лагерь нацистов, а также в нарушение дисциплины привёл представителей местного СКМ (которые были известны своим пристрастием к алкоголю). Тогда же Пчелинцев всячески подогревал конфликт с Горшковым, что создавало чрезвычайно тяжёлую атмосферу в коллективе. В том же лагере Пчелинцев сорвал идеологические занятия и устроил настоящую травлю Маркова, ведущего занятий. Региональный лагерь 2006 г., как уже упоминалось выше, закончился провалом ввиду грубых ошибок, допущенных при его организации. Наученное горьким опытом, руководство РКСМ(б) при подготовке летнего лагеря 2007 г. назначило комендантом другого товарища, также другим товарищам был поручен поиск места под лагерь и иные технические вопросы. Лагерь прошёл в целом хорошо, в т.ч. благодаря тому, что Пчелинцев был отстранён от руководства лагерем и лишён возможности заниматься самоуправством. Однако он всё же проявил себя соответствующим образом — попытался спровоцировать нарушение дисциплины и устроить скандал, ратуя за то, чтобы в лагерь разрешили притащить непроверенных людей. Зимний лагерь 2008 г. прошёл неплохо, однако уже после его завершения по непонятным причинам некоторые участники лагеря были задержаны милицией; их паспортные данные были переписаны. Обстоятельства этого провала были странными.

Длительное время Батов и другие руководители комсомола вынуждены были закрывать глаза на поведение Пчелинцева и ограничивались лишь пресечением наиболее одиозных его выходок, поскольку в те времена у комсомола хватало других, более насущных проблем. Пчелинцев, со своей стороны, уже понимал, что руководство относится к нему с подозрением, и старался всячески нажить себе политический капитал в рамках организации. Единственным доступным ему способом для осуществления этой идеи была пропаганда (словом и делом) «революционного» левачества. Это чуть не повлекло за собой катастрофические последствия.

В подготовке летнего лагеря 2008 г. Пчелинцев почти не принимал участия. Тем не менее, лагерь был организован. С целью пресечения самоуправства руководство вынужденно приняло решение о формировании Совета лагеря — коллегиального органа, который исключал бы единоличное принятие решений Пчелинцевым. Однако всё пошло не так с самого начала. В один из первых дней проведения лагеря 2008 г. Пчелинцев, пользуясь тем, что ещё не прибыли руководители организации, повёл совершенно неподготовленных людей в некий рейд по окрестностям. Естественно, что участники лагеря, среди которых были впервые попавшие на такое мероприятие новички, не могли обеспечить безопасность и конспирацию на должном уровне. Местные жители заметили отряд молодёжи в защитной форме и подняли тревогу. Прибывшая милиция блокировала Пчелинцева, после чего он вынужденно провёл её к лагерю. Сотрудники правоохранительных органов переписали паспортные данные примерно у трети участников лагеря. Подобного провала у РКСМ(б) не было ещё со времён «дела НРА» и других «террористических» дел. Так позорно окончился авантюрный рейд Пчелинцева.

Связь с лагерем в те дни была нерегулярной. Тем не менее, узнав о возникновении нештатной ситуации, Батов срочно созвал расширенное заседание Бюро ЦК (с привлечением тех членов ЦК, которые были в тот момент на связи). В течение ночи после детального обсуждения произошедшего был выработан недвусмысленный приказ — немедленно свернуть лагерь и переместить его на другое место, отстоящее от «засвеченного» как минимум на несколько километров. Руководство комсомола не без оснований опасалось, что полицейские силы разберут, каких «туристов» они потревожили, и возвратятся к месту лагеря уже вместе с сотрудниками государственной безопасности. Приказ в письменном виде был послан в лагерь с одним из товарищей.

Пчелинцев решил, что настало время для решительных действий. Получив приказ Бюро ЦК, он вместо его выполнения пошёл на грубое нарушение Устава — дезинформировал участников лагеря относительно принятого решения, а затем занялся безудержной демагогией, преуменьшая размеры опасности и обвиняя руководителей в «трусости» и «забюрокраченности». Ему удалось склонить на свою сторону немалое количество участников лагеря, особенно новичков, которые имели низкий теоретический уровень и легче поддавались очарованию «революционной» болтовни. Некоторые из участников даже выдвинули нелепый тезис, что «лагерь — это наш Сталинград», поэтому ни при каких условиях нельзя покидать его.

Столкнувшись с неуправляемостью лагеря, члены Бюро ЦК в полном составе прибыли на место событий. Они удостоверились в неподчинении значительной части лагеря комсомольской дисциплине. Новички, ещё не усвоившие принципы большевистской организации, пошли на поводу Пчелинцева и его «революционной» болтовни. К ним присоединились и некоторые товарищи, издавна страдавшие левацкими перегибами и падкие на фразёрство, в частности, Председатель ЦКК В. Буренков. В итоге коллектив лагеря оказался расколот надвое. Бюро ЦК действовало недостаточно решительно и приняло непоследовательное решение о переводе большинства участников лагеря на новую точку в ближайших окрестностях. Пчелинцев воспользовался этим и постарался углубить раскол коллектива, стал натравливать своих приверженцев на тех, кто подчинялся решениям руководства. В конечном счёте, руководители организации и сторонники дисциплины покинули лагерь. Пчелинцев со своими сторонниками ещё некоторое время оставался в лагере, но затем был вынужден покинуть его раньше срока.

В августе 2008 г. состоялся очередной Пленум Центрального Комитета РКСМ(б). Он был ознаменован целым рядом кадровых перестановок. В частности, на ключевой пост секретаря ЦК по организационной работе был назначен А. Лешин, координатор по Центральному округу. Пленум признал удовлетворительными итоги прошедшей летом общекомсомольской кампании, а также назначил дату проведения очередного Съезда РКСМ(б). Другими важными решениями были постановления об усилении взаимодействия с РКРП-РПК и о работе по восстановлению ВЛКСМ; комсомольцы рассчитывали, что восстановлению всесоюзной организации поможет процесс объединения РКРП-РПК и КПСС. Последним вопросом Пленума рассматривалось «лагерное дело». В ходе многочасовой дискуссии были всесторонне рассмотрены все аспекты подготовки и проведения лагеря. По итогам обсуждения Пленум констатировал, в частности, что подготовка к лагерю велась халатно, а руководство лагеря проявило авантюризм при подготовке злополучного рейда. Пчелинцеву и Буренкову был объявлен выговор; Пчелинцев был снят с должности секретаря ЦК по спортивной работе в связи со служебным несоответствием. Более того, сам Спортивный отдел ЦК был преобразован в комиссию, что явно понижало статус этого структурного подразделения.

Произошедшее в лагере стало открытым вызовом принципам демократического централизма и политическому курсу организации. Пчелинцев понимал, что пути назад уже нет, особенно после того, как Пленум снял его с занимаемой много лет должности. Он приступил к поспешному сколачиванию фракционной группы. В этой деятельности он опирался на оппозиционеров среди примкнувших к нему в лагере новичков. Также он проводил консультации и с одним старым оппозиционером, бывшим комсомольцем Б. Игнатовым. Сравнительная лёгкость, с которой Пчелинцев убедил неопытных товарищей выступить против руководства, придала ему уверенности в своих силах. Пчелинцев подготовил специальный «манифест» с критикой руководства. Прикрываясь «революционными» фразами, он обвинил его в утрате связи с рабочим движением, в попытке задушить военно-спортивную работу, в препятствовании объединению левых сил. Текст заканчивался недвусмысленным намёком на то, что нынешнее руководство РКСМ(б) — провокаторы на службе «органов». Сохраняя проект «манифеста» в тайне, Пчелинцев и его соратники предполагали доработать его и использовать для пропаганды своих взглядов среди региональных организаций. Закономерным финалом должен был стать демарш на Съезде с целью сместить нынешнее руководство организации.

Руководство РКСМ(б) понимало опасность создавшегося положения. Консультируясь с представителями регионов, Батов и оргработники сумели проанализировать готовящиеся против них обвинения, отобрать и учесть действительно заслуживающие внимание. В частности, было признано, что при решении некоторых вопросов недостаточно учитывалось мнение низов, в некоторых случаях имело место увлечение администрированием. Были приняты меры к исправлению подмеченных недостатков. Что касается фракционной деятельности Пчелинцева и его клеветнических измышлений, руководство предприняло превентивные меры для его разоблачения. Получив текст «манифеста», Батов разослал его на места с соответствующими комментариями. Тем самым была инициирована общекомсомольская дискуссия по создавшемуся положению; новоиспеченные фракционеры потеряли эффект внезапности и вынуждены были защищаться.

Разумеется, в течение всего указанного времени комсомол не занимался лишь своими внутренними проблемами. Наоборот, лето и осень были плодотворно использованы для закрепления связей в рабочем движении и развитии некоторых других участков работы. В августе 2008 г. власти Петербурга подняли вопрос о переименовании нескольких станций метро. Ленинградские комсомольцы (секретарь — тов. Стаббз) инициировали кампанию по защите исторического наследия своего города, вместе с союзными левыми организациями устроили серию акций и сбор подписей против переименования. Кампания имела широкий общественный резонанс. Под давлением общественного мнения губернатор был вынужден отказаться от первоначальных планов. Это был существенный успех комсомола.

Новый импульс получила и международная работа. Реализуя решения августовского Пленума, комсомольцы в контакте с руководством КПСС провели определённую работу, итогом которой стал созыв всесоюзной конференции по восстановлению ВЛКСМ. К сожалению, дальнейшая работа показала, что коммунистическая молодёжь большинства бывших советских республик ещё не достигла того уровня развития, при котором становится актуальным международное сотрудничество. Поэтому, несмотря на определённый резонанс в прессе от всесоюзной конференции, вскоре проект восстановления ВЛКСМ пришлось заморозить до лучших времён.

Ещё одним существенным событием конца 2008 г. стала кампания в поддержку независимого профсоюза на Таганрогском автомобильном заводе. Профсоюз подвергался репрессиям со стороны администрации; дошло даже до случаев избиения профсоюзных активистов неизвестными бандитами, по-видимому, наймитами капиталистов «ТагАЗа». В некоторых городах комсомольцы совместно с другими левыми организациями провели пикеты напротив представительств или дилерских центров этой компании.

Чем ближе был Съезд, тем больше таяли силы фракционеров. За время дискуссии произошли инциденты, продемонстрировавшие ещё раз позорное поведение Пчелинцева и показавшие дутый характер его говорильни по поводу военно-спортивной работы. Некоторые сторонники Пчелинцева отошли от него, осознав, куда приведёт пропагандируемая им линия.

Очередной, VIII Съезд РКСМ(б) открылся 4 января 2009 г. в Москве. К нему заранее был подготовлен Отчётный доклад Центрального Комитета, содержавший достаточно глубокий анализ разразившегося незадолго до этого мирового экономического кризиса, обстановки в стране, всестороннее рассматривавший деятельность ЦК, возникшие в работе трудности. Деятельность Пчелинцева была охарактеризована в документе как левацкий уклон и «анархо-примитивизм». Тщательно анализировались причины возникновения тех или иных оппозиционных уклонов в организации. В Отчётном докладе говорится:

«Постоянное появление оппозиции в рядах коммунистической организации является сегодня закономерным. Наряду с недостаточной теоретической подготовкой есть один фактор, способствующий этому. Все мы живём в буржуазном обществе, и каждый активист испытывает на себе его влияние. Ни комсомольский стаж, ни опыт, ни начитанность, ни былые заслуги объективно не являются страховкой от этого влияния. Кто-то в большей, кто-то в меньшей степени, но же поддаётся тем или иным аспектам мелкобуржуазной идеологии, быта, образа жизни и мыслей. Приходящие в организацию новички часто имеют очень мало политических, идейных, мировоззренческих ориентиров и легче других поддаются мелкобуржуазному влиянию, даже не замечая этого. С другой стороны, даже старые кадры, «ветераны» комсомола в какой-то период жизни могут начать разлагаться: кто-то от усталости, кто-то от разочарования, кто-то от рутины и бытовых проблем. Таким образом, получается, что наиболее сознательное активистское ядро формирует «генеральную линию» организации и следует ей; рядом, не всегда поспевая, идут менее сознательные, но же деятельные активисты, которым часто не хватает или знаний, или самодисциплины. А некоторые товарищи по самым разным причинам: кто-то сознательно перейдя на враждебные рельсы, кто-то от усталости, кто-то от разочарования и неверия в нашу победу — встают в оппозицию, отходят от общего потока работы. И на крутых поворотах нашего развития такие товарищи либо пытаются повернуть историю вспять, либо покидают наши ряды».

По отчёту Центрального Комитета состоялась оживлённая дискуссия, в ходе которой активисты особенно акцентировали внимание на состоянии комсомольских СМИ: газеты и интернет-сайта. Затрагивался вопрос взаимодействия с партией. Съезд признал работу Центрального Комитета удовлетворительной и принял постановление, ориентирующее комсомол на выполнение важнейших задач близкого будущего. Работа ЦКК (докладчик — т. Буренков) также была признана удовлетворительной.

Съезд принял важнейшие решения, связанные, во-первых, с работой организации в изменившихся условиях, во-вторых, с улучшением подготовки комсомольского актива. Центральному Комитету было поручено разработать меры по адаптации комсомольской работы всех уровней к условиям, при которых комсомол может подвергнуться репрессиям. ЦК также получил задание проработать вопрос об организации «партийной школы»9, целью которой явилось бы систематическое воспроизводство кадров, централизованная теоретическая и организационная их подготовка. Тем самым был заложен фундамент для регулярной подготовки кадров. Также были приняты некоторые правки в Устав, в частности, увеличение кандидатского стажа с 3 до 6 месяцев.

На Съезде, который длился два дня, состоялась острая и продолжительная дискуссия по деятельности Пчелинцева. К началу Съезда удалось собрать достаточно обширную фактуру, которая освещала неблаговидную роль Пчелинцева в различных аспектах работы комсомола. С этой фактурой был ознакомлен Съезд. Пчелинцев в ответ вновь обвинил руководство комсомола в провокаторстве. Чтобы обеспечить максимальную объективность рассмотрения дела, ему было дано время для изучения предъявляемых обвинений и подготовки контраргументов. Утром второго дня Съезда Пчелинцев выступил на Съезде с более чем часовой речью, за которой последовало продолжение дискуссии. По итогам дискуссии Съезд поставил точку в вопросе — исключил Пчелинцева из рядов Революционного комсомола.

На состоявшемся после Съезда Пленуме ЦК Первым секретарём Центрального Комитета РКСМ(б) был избран А. Батов. Председателем ЦКК РКСМ(б) был избран А. Натин.

Решения VIII Съезда РКСМ(б), особенно по адаптации к новым условиям и подготовке «партийной школы», знаменовали собой новый этап в развитии организации. Крепли связи с рабочим движением, крепла сплочённость всего комсомола, усиливалось взаимодействие регионов, росла вовлечённость комсомольцев в решение общих для всей организации вопросов, а главное — обучение комсомольцев, до сей поры хаотичное и кустарное, стало обретать под собой прочный фундамент систематической работы.

(Продолжение следует)


Сноски

1 Цит. по проекту резолюции Пленума. Проект был отвергнут с перевесом в один голос.

2 Забегая вперёд, надо сказать, что сторонники И. Губкина, отбывающего сейчас срок за убийство, здравствуют и поныне. Они издают столь же провокационные газеты (напр., «Дальневосточная Республика»), весьма помогающие властям в деле увода молодёжи в сторону от революционных задач.

3 Процесс тянулся до лета 2004 г. Члены РКСМ(б) получили немыслимые сроки — от 5,5 до 9 лет, за исключением Т. Нехорошевой, которая «сломалась» и оговорила своих товарищей, а потому отделалась условным сроком.

4 Цит. по журналу «Революция», № 3 (2000 г.), с. 2.

5 Из статьи 29 Устава РКСМ(б): «Для руководства текущей работой в период между пленумами, главным образом по подбору кадров и организации проверки исполнения, Центральный Комитет РКСМ(б) избирает Бюро ЦК РКСМ(б). Решения Бюро ЦК РКСМ(б) считаются принятыми, если за них единогласно проголосовали все его члены».

6 Следует отметить, что решением Пленума от 24 апреля 2004 г. в редколлегии «Бумбараша» были оставлены «анархисты» В. Шапинов и А. Буслаев, а решением октябрьского Пленума ЦК в редколлегию «Революции» был введён «анархист» Б. Игнатов. Новое комсомольское руководство желало включить своих оппонентов в конструктивную работу.

7 Одно из немногих исключений — это работа над Wiki-разделом комсомольского сайта. В этой работе Марков сыграл значительную роль.

8 Среди организаций, заявивших о своей помощи РПЛБЖ и вошедших в комитет, была и НБП. Показательно, что вскоре её активисты устроили эпатажную акцию по «захвату» одного из небольших помещений в офисе РЖД. Эта акция подставила профсоюз, поскольку позволила властям утверждать о недопустимых методах борьбы и связях профсоюза с «экстремистами». После этого инцидента НБП была удалена из комитета.

9 Название «партийная школа» указывает на параллели с большевистскими партийными школами, где партийный актив получал всестороннюю и качественную подготовку. С момента принятия указанного решения РКСМ(б) проводит школы ежегодно, как правило, летом, перед лагерем. Первая школа прошла в июле 2009 г., вторая — в июле 2010 г.