Эпоха Путина, или зачем Богу частная собственность

Аркадий Кавот

По божьей воле или попустительству, ростовская мэрия приняла решение передать Русской православной церкви здание государственного театра кукол советской постройки.

Поводом послужило то, что театр был возведён на фундаменте стоявшей прежде на этом месте церкви Благовещения Пресвятой Девы Марии Константинопольского патриархата. Хотя под восстановление церкви однажды уже был выделен участок земли в центре города, на котором вместо этого в 2014 году возвели ажно целый храм, церковь запросила себе и это помещение для бытовых нужд. Вторичный рынок дорогой недвижимости превратился для РПЦ МП в скатерть-самобранку.

Дальше — больше. Для переноса кукольного театра городская администрация предлагает возвести новое строение на северной окраине, в парке «Дружба», территория которого… по закону не подлежит застройке. Похожие манёвры известны ещё с бурной приватизации 90-х годов. Например, когда в 1994 году для выплаты по украденному кредиту было решено продать не подлежащий приватизации особняк купцов Рукавишниковых в Нижнем Новгороде через аферу с фиктивным поручительством. Что и было сделано при деятельном участии будущего «оппозиционера» Бориса Немцова, возглавлявшего тогда нижегородскую администрацию, и при поддержке председателя комитета по управлению государственным имуществом Анатолия Чубайса.

Впрочем, в 2005 году президент России Владимир Путин подписал закон о сокращении исковой давности по незаконной приватизации до 3-х лет. Начиная с 2000 года, когда место Ельцина занял его преемник, приватизация не только не остановилась, но приняла более всеобъемлющие и организованные формы, затронув сферы, которые прежде казались святыми и неприкосновенными. Так что ассоциации с ельцинским неолиберализмом неслучайны, и сходства на этом далеко не заканчиваются. Вспомним основные хозяйственные вехи путинской эпохи.

В 2001 году принят Земельный кодекс, давший старт и регламентировавший приватизацию земельных участков, включая землю под жилыми постройками и сельскохозяйственными предприятиями.

В 2003 году приватизированы российские железные дороги. С тех пор капитализация, доходность и зарплата топ-менеджеров предприятия колоссально выросли. Чего нельзя сказать о количестве пригородных пассажирских маршрутов и доходах обычных железнодорожников.

В 2004 году принят закон о монетизации льгот №122-ФЗ. В пику распространённому мнению, он затронул далеко не только наших стариков, но все категории льготников, начиная от сирот и инвалидов и заканчивая военнослужащими. Поэтапно всем им конкретные социальные услуги заменили денежными выплатами. Менее других пострадали жители более богатых регионов, расходы которых смог частично компенсировать местный бюджет. Однако перевод этих услуг из бестоварной в товарную форму нельзя не назвать регрессом.

Тогда же, в 2004 году, принят новый Жилищный кодекс, который предопределил передачу в частные руки предприятий жилищно-коммунального хозяйства, что предсказуемо привело к резкому удорожанию коммунальных услуг без пропорционального роста качества. Жить в собственном жилье становится всё дороже.

В 2007 году указами президента дан старт акционированию и приватизации оборонных ФГУП, которые были включены в структуры так называемых «госкорпораций» — «Объединённой судостроительной корпорации», «Объединённой авиастроительной корпорации», «Объединённой двигателестроительной корпорации» и других. Работающие преимущественно на обслуживание госзаказа заводы, превратившись из государственных в частные капиталистические, сразу принялись снижать расходы и наращивать прибыли не за счёт роста производительности труда, а за счёт сокращения и перевода на аутсорсинг социальных и прочих непрофильных услуг. Несколько затянулась приватизация атомной отрасли: на сегодняшний день акционированы предприятия начиная от добычи урана и заканчивая строительством ядерных станций, однако атомный гражданский флот всё ещё остаётся в федеральном ведении. Должно быть, для такой ресурсоёмкой и прикладной отрасли, окупаемость которой под сомнением, не нашлось достойного инвестора. Частный бизнес давно показал, что лишь со сверхдоходами справляется не хуже Госплана.

Тогда же начата приватизация предприятий по проектированию и производству космических и баллистических ракет, к 2014 году вошедших в «Объединённую ракетно-космическую корпорацию». В 2015 году окончательно было принято решение об акционировании и приватизации учреждений, оставшихся в ведении Федерального космического агентства.

В 2010 году принят так называемый «закон о коммерциализации бюджетной сферы» №83-ФЗ. Он перевёл на товарно-денежные отношения государственные заведения образования, культуры, здравоохранения и прочие. Всё это привело к нелепейшим организационным перестановкам, нарушившим элементарный порядок и подстегнувшим коррупцию. Например, в университетах была введена целевая оплата бюджетных мест на основе госзаказа вместо обеспечения необходимой материальной базы и постоянного штата преподавателей, что привело к сокращениям преподавательского состава, уменьшению занятий в узкоспециализированных группах, слиянию вузов и факультетов и формированию нестабильной системы финансирования. Однако, не всё ещё потеряно, ведь реформа продолжается.

И, наконец, в рамках всей этой вакханалии вполне естественно и органично выглядит приватизация церкви. Осенью 2010-го года принят и подписан федеральный закон № 327-ФЗ «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности», позволяющий любое бесценное достояние наделить стоимостью и обратить в активы православного офшора. Ростовский государственный театр кукол? Исаакиевский собор? Всероссийский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии? Памятник Ленину на центральной площади Пушкина? Непостижимым образом всё что угодно способно превращаться в имущество религиозного назначения — а значит, в частный капитал, освобождённый от уплаты налогов.

Теперь мы видим, что реституция церковного имущества в России — не случайность, не заблуждение, не чей-то злой умысел, а часть системных экономических изменений в неолиберальном ключе. РПЦ — с некоторых пор, один из крупнейших собственников в стране — не просто лоббирует интересы веры, а взаимовыгодно сотрудничает с государством крупных капиталистов. Частный рынок развивается по законам, единым для всех капиталистических стран. Развитие частного сектора за счёт сокращения нетоварных отраслей закономерно приводит к росту капитализации российской экономики, увеличению денежной ликвидности и, как следствие, усилению роли финансового капитала. Крупный бизнес, аккумулируя средства в банках, получает возможность инвестировать их в наиболее прибыльные проекты, среди которых на сегодняшний день в основном приоритете нефтяной и газовый бизнес. Российский империализм, повинуясь заложенным экономическими законами инстинктам, чувствует себя увереннее на внутреннем и внешнем рынках, своими действиями подстёгивая спекулятивную горячку, разжигая войны за рынки сбыта, толкая экономику к постоянным кризисам. В жёсткой конкурентной борьбе он гипертрофируется, приспосабливаясь к своей роли в международной организации труда и всё теснее приближаясь к рубежу, когда капитализм больше невозможен.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *