The Gulak: «Пролетарская революция — доказательство того, что невозможного нет»

От редакции:

Как было обещано в последнем номере комсомольской газеты «Бумбараш-2017», мы публикуем полную версию интервью с участниками группы the Gulak. Одни из немногих представителей современного панк-рока, которые открыто связывают свое творчество с идеями пролетарской революции, делятся своими взглядами на проблему национализма, цели панк-сцены, потенциал рабочего класса и многое другое. Также, вашему вниманию предлагаются фото с концерта с участием the Gulak 15 января в Ленинграде. Ссылка на источник фотографий: vk.com

— Когда, как и главное – зачем вы однажды собрались и стали играть и петь?

FIXwvA7rv44РИТА: Как-то спонтанно все получилось. Андрей собирал группу, я там вообще случайно оказалась. Попробовали поиграть, было весело. Потом выяснилось, что мы оба коммунисты, так и пошло-поехало.

НИКОЛАЙ: Позвали, и стал играть – всё просто. Потом втянулся. Учитывая знакомство с Андреем и Ритой, решилось всё быстро.

АНДРЕЙ: Собрались с целью донести свои идеи и мысли до людей, всё достаточно просто в этом плане. У меня лично была идея отобразить в музыке позитивные моменты коммунизма (так как представление о нём очень серое и однообразное). Некоторым людям – друзьям, знакомым – кажется, что панк не может быть «красным», я с этим не согласен и именно так решил всё представить, в плане нашего творчества. Собрались немного спонтанно. Колю я знаю давно, сразу ему предложил поучаствовать, он согласился. С Ритой тоже давно знаком, но не так хорошо. Предложил ей поиграть – она была за. Группу создавали изначально с целью «хоть что-то поиграть», что уж тут скрывать. Позже пришли к общему эквиваленту в плане тематики и подачи, и так получился «The GulaK».

РИТА: Думаю, не мне судить об их достоинствах и недостатках, они хорошие ребята, мои друзья, всегда помогут, не кинут. С ними всегда есть о чем поговорить, у каждого есть свое обоснованное мнение. В конце концов, мне с ними просто весело и комфортно.

АНДРЕЙ: Да все молодцы, каждый вносит свой вклад. Пинать приходится, правда, но без этого никуда, стараемся вместе творить.

 

— Как родилось название группы? Как вы его понимаете?

РИТА: Толком не помню уже. У нас другие названия были до этого, но всё фигня какая-то. Потом Андрей «зе гулак» предложил – опечатался, а мне понравилось, вроде как «Гулаг» и «Кулак» в одном слове.

АНДРЕЙ: Тут история немного грустная и смешная одновременно: лежал я в больнице, проблема с кистью была, мы долго искали подходящее название для группы, я прислал из палаты Рите СМС с названием GULAK (хотел GULAG). Дурная рука написала в конце «К», Рите понравилось именно «К» в конце, Коляну тоже понравилось, так и решили оставить с «К» на конце.  А с рукой реально была беда, была возможность остаться без рабочей, нормально функционирующей кисти на всю жизнь…

НИКОЛАЙ: Я до сих пор не понимаю букву «К». Мой дед был «жертвой» Гулага. Настолько жертвой, что был бы фермером на участке 6Х6, а в «ссылке» после войны стал главным экономистом на строительстве Братской ГЭС.

 

R9WyTYBYFMU— Как рождаются песни?

НИКОЛАЙ: Ой… Тут забавно. Некоторые прямо с ходу на репетиции, некоторые сыграть раза по 3 не можем.

РИТА: В основном, песни пишет Андрей, я что-то подправить могу, иногда прямо на репетиции придумываем, как пойдет. По итоговому звучанию никогда не запаривались, всё само получается на репетициях. У нас нет такого, что кто-то конкретный принимает решения ­­– всё вместе.

НИКОЛАЙ: Я только если барабаны обрисовываю, Рита вообще молодец, знаком с ней давно, никогда не знал, что сможет играть на гитаре так, как сейчас.

АНДРЕЙ: В основном и музыку, и текст пишу я, но, конечно же, с доработкой ребят. Рита пару песен написала, ребята высказывают свои «за» и «против» той или иной песни, мелодии, а там уже вместе решаем.

 

— Что вас вдохновляет на творчество?

НИКОЛАЙ: Желание бабахать по барабанам!

РИТА: Даже и не знаю, как ответить… Всё, что происходит, наверное… Жизненные ситуации, литература, другие команды, примеры всякие…

АНДРЕЙ: Да всё подряд, на самом деле, от программы новостей по ТВ, до историй незнакомых людей.

 

— Принимали ли участие в других группах?

АНДРЕЙ: У нас Николя много где играл. Я играю ещё в одной группе, на басу.

РИТА: Я лет с 14-ти играла в группе, но дальше репетиций ничего не пошло. Коля в куче групп переиграл, Андрей играет в «Dirts».

НИКОЛАЙ: «Antipublic», на некоторых репетициях подыгрывал временно дофига где, сейчас вот ещё в одной группе стал играть, недавно первая репетиция была.

 

— Вы ориентируетесь на какой-то определённый музыкальный стиль, или играете по наитию? Есть ли исполнители, которые служат вам чем-то вроде ориентира?

M0lMEkKIZmwРИТА: Ориентируемся, наверное, на панк-рок, ориентир конкретный не могу назвать.

НИКОЛАЙ: Костяк, конечно – это хардкор-панк. Я сам и метальчик люблю.

АНДРЕЙ: Предпочтения в музыке у нас разнообразные: здесь и старый рок-н-ролл, и панк-рок, и метал, и ска. На меня очень повлияли группы «Кино», «Бригадный подряд», «Antidote», «Brigada Flores Magon», «Nucleo Terco» – но, конечно же, пытаемся делать что-то своё.

 

— О чём ваши песни сейчас? О чём хотели бы спеть в будущем? .

АНДРЕЙ: О жизни, о том, как мы её видим и хотим улучшить. О чём будем петь — будем продолжать петь «про жизнь», как говорится.

РИТА: О работе, панк-роке, государстве, коммунизме. В будущем, думаю, ничего не изменится: темы еще не исчерпаны.

НИКОЛАЙ: Сейчас песни преимущественно про общую ситуацию в нашей голове. В основном – в голове Андрея. В будущем? А кто знает, я пока машину времени не изобрёл. Я бы лучше в прошлое спутешествовал и об том что-нибудь спел

 

— Думали ли вы о том, чтобы петь на каких-либо языках, кроме русского?

РИТА: У нас есть песня на английском, лично мне очень нравится эстонский язык.

НИКОЛАЙ: Честно – вообще об этом не думал. Украинский мама знает, т.к. там жила, ну и вроде слегка татарский. Я только английский и немецкий.

АНДРЕЙ: У нас есть одна (пока что, но ничего не исключено) песня на английском, возможно не последняя, про другие языки – вряд ли, так как просто никто из нас хорошо не «подвешен» в других иностранных языках.

 

— Как вы относитесь к проявлениям национализма?

РИТА: Я к ним не отношусь.

НИКОЛАЙ: Довольно сложные у меня с этим отношения, лучше не буду отвечать. Отношусь плохо к дебилизму. А знакомых ребят из многих стран люблю и уважаю.

АНДРЕЙ: Конечно, отрицательно и враждебно. Лучший способ решения этой проблемы это воспитание с самого детства, то есть объяснить человеку с самых ранних лет, что дело в самих людях, а не в том, как они выглядят и различных традициях. Воспитание с ранних лет. Другое дело люди взрослые: такие попадаются, что им из головы этот идиотизм палками не выбьешь, а если вступать с ними в дискуссию, то аргументов серьёзных не услышишь, лишь агрессивные вопли.

 

— Если бы вам позволили исполнить только одну вашу песню так, чтобы она транслировалась на весь мир — то какую? О чём эта песня?

АНДРЕЙ: «Октябрь».

РИТА: Я бы выбрала «Вспомни октябрь». Думаю, из названия понятно, о чём она.

НИКОЛАЙ: Хотелось бы написать «Больше водки», но тогда меня бы неправильно поняли. На самом деле, скорее, это «Модник».

 

— Кто, по-вашему, ходит на ваши концерты?

НИКОЛАЙ: Друзья и все, кто хочет.

РИТА: Кто хочет, тот и ходит. Панки, скины, друзья, вот коммунисты подтягиваются.

АНДРЕЙ: Мы всех рады видеть.

 

— Вы думаете, панк может стать революционером?

АНДРЕЙ: Да

РИТА: Почему нет? Панк — такой же человек: захочет — станет, не захочет — нет. Всё сугубо личное.

НИКОЛАЙ: Любой человек может стать революционером.

 

— Есть мнение, что сегодня панк как культурное явление выхолощен полностью, и даже самые эпатажные коллективы по сути только льют блевотные сопли. А вы так не думаете?

l4abhC7uhFAРИТА: Нет, я так не думаю. Смотря что и кого считать панками.

НИКОЛАЙ: Ну, вопрос о том, может ли культура себя изжить? Не может. Всегда есть паразиты, а остальное – по совести.

АНДРЕЙ: Сейчас много всяких «панков», есть хорошие ребята, а есть реально люди, которые вызывают у меня бешенство. Я говорю о людях, которые сделали из панка просто моду – глянцевую обложку бунтарства. Обидно, что очень много таких «минутных бунтарей». У нас нет цели стать супер-известными или зарабатывать на музыке миллионы. Панк – наиболее доступный способ преподнести музыкально свои мысли, на мой взгляд.

 

— Когда вы нас порадуете альбомом, как часто рассчитываете радовать концертами и новыми песнями?

РИТА: Собираемся в ближайшем будущем записываться. Концерты играем по случаю: как позовут и как все трое сможем. Новые песни будут совсем скоро, материал уже есть.

НИКОЛАЙ: Всё планы-планы… Нам бы демку записать. От денег всё зависит и от времени свободного, но скоро, скоро.

АНДРЕЙ: Сбираемся с силами и наконец-то уже запишем в скором времени демо, сейчас думаем в основном об этом, но скоро нашей группе исполнится 3 года, по этому поводу планируем концерт организовать в ноябре-декабре.

 

— Занимаетесь ли вы спортом, следите ли за своей физической формой, мышечным тонусом?

АНДРЕЙ: Николя шпагой занимался, я футболом, Рита в спортзал ходит.


РИТА:
Я занималась боксом, ходила в качалку, даже работала в фитнесе, сейчас дома занимаюсь.

НИКОЛАЙ: Ну, вот сдал деньги в зал на абонемент, с ноября пойду, когда выдадут. Раньше –фехтование, волейбол, айкидо, бокс.

 

— А драться часто приходилось?

РИТА: Конечно! Я же в рашке живу. Гопники, боны, менты – обстоятельств сколько хочешь.


НИКОЛАЙ:
Приходилось. Не так часто, как некоторым (я про Андрея), но приходилось. Ситуации разные. В основном – моя нетерпимость к быдлу.

АНДРЕЙ: Часто, по различным поводам, за 2 минуты не опишешь.

 

— У вас когда-нибудь были проблемы с полицией?

РИТА, АНДРЕЙ: А у кого их не было?!

НИКОЛАЙ: В основном мелочь. По-крупному нет.

 

— Что для вас значит пролетарская революция?

g0nNPgo4vZkРИТА: Пролетарская революция – это то, к чему хочется стремиться, пример, на который стоит равняться, и доказательство того, что невозможного нет.

НИКОЛАЙ: Могу судить по отзывам и по истории, к примеру, моего завода. В плане завода — победитель всесоюзного социалистического соревнования за 75-й вроде год. А сейчас рядом с тем цехом огромный цех «Теремка». Жрите.

АНДРЕЙ: Это переломный момент в истории, к сожалению, не доведённые до своего желаемого результата идеи. Одна из ступеней к цели.

 

 

— Трудно ли совмещать занятие музыкой и работу? Часто ли быт ставит палки в колёса творчеству?

РИТА: Бывает, трудно, но с другой стороны, без этого самого «быта» невозможно было бы и занятие музыкой. Быт показывает изнанку жизни, из которой и рождается творчество, а без работы не было бы денег на репетиции и инструменты

НИКОЛАЙ: Лично для меня —  нет. График позволяет. Вечер и выходные всё время свободны.

АНДРЕЙ: Иногда бывают проблемы всем состыковать свой график, но, если хочешь, то всё получится.

 

 

— А влияет ли выбранная профессия на творчество, образ мышления?

АНДРЕЙ: Считаю, что да, да и ещё раз да.

РИТА: У меня – нет, у других – возможно. Не берусь судить.

НИКОЛАЙ: На образ мышления да, конечно. На творчество – лично для меня нет, я ж барабанщик.

 

— Вы часто и подолгу бываете в России. Что за хрень творится сейчас в этой стране? Почему так?

РИТА: Я живу в России, и, сколько себя помню, всегда творилась <…>
. Не знаю, почему, видимо, менталитет такой – терпеть до последнего.

НИКОЛАЙ: А меня не посадят за правду?

АНДРЕЙ: Сам понять не могу, бардак, время навести порядок.

 

— Опасаетесь ли вы начала гражданской войны в России?

РИТА: Нет. Я знаю, под какие знамена встану.

НИКОЛАЙ: А её не будет пока что.

АНДРЕЙ: Сейчас у людей очень «сонное» политическое настроение, людям нравится псевдостабильность, которую навязывают СМИ, поэтому в ближайшее время не вижу предпосылок.

 

— Как по-вашему, может ли террорист-одиночка изменить мир?

РИТА: Думаю, нет. Если это будет реально действенно, то это замнут, а если нет, то пропиарят и поднимется новая микро-волна революционеров, которые тоже быстро спекутся, и это выльется в новую мэйнстрим-моду.

НИКОЛАЙ: Может. Кем, по-вашему, был Гитлер?

АНДРЕЙ: Да. Можно настроить людей друг против друга одной лишь грамотно сказанной фразой, а каким-либо террористическим актом и подавно, другое дело, на какое время.

 

— Есть ли у рабочего класса потенциал для совершения будущей мировой коммунистической революции?

РИТА: Да, я считаю, есть. Рабочий класс – это большинство людей мира. Если все взбунтуются, то новый Октябрь – вопрос времени, проблема в том, что нужно делать всё сообща, а объединиться всем крайне сложно, почти нереально. Делать нужно своим примером, сеять в массы, хотя бы на уровне своих друзей и коллег. Я просто рассказываю тем, кому это интересно.

АНДРЕЙ: Потенциал всегда был, есть и будет. Одними песнями вопрос не решишь, конечно. Раньше, лично про себя говорю, ходил на различные акции, митинги, демонстрации, всячески агитировал людей, но последние года 3 ничем таким не занимался, на то были причины. В планах снова влиться в активную деятельность.

НИКОЛАЙ: Я думаю, за этим правда. Пытаюсь набраться как можно больше опыта в своей сфере деятельности. Считаю, если бы все это делали, то проблема отпала бы сама собой.

 

— Что для вас политика и уместно ли политику спаривать с музыкой?

РИТА: По-моему, уместно. В музыке ты продвигаешь то, что тебя волнует, свои идеи, взгляд на мир и так далее. «Политика» — слишком обширное понятие.

НИКОЛАЙ: Каждому своё: можно, конечно. Я не против. Писательство же спаривают. И кинематограф. Ничего нового.

АНДРЕЙ: Политика это всё, что нас окружает по жизни, начиная от похода в магазин или к врачу, заканчивая чемпионатом мира по футболу. Политика в музыке это нормально.

 

— Что для вас коммунизм?

РИТА: Вы серьезно? Не хочу разводить демагогию.

НИКОЛАЙ: Взаимоуважение и взаимопонимание.

АНДРЕЙ:Лучший способ объединить людей ради общей цели. Целью является построение общества, в котором каждый человек может полагаться на другого, где все понимают, что их труд идёт в общую копилку благ, где у каждого человека есть возможности, независимо от происхождения, пола, расы.

НИКОЛАЙ: Скажу честно, я до 2-го класса думал, что Ленин — наш президент. (Смеётся) Бабушка постаралась.

РИТА: Неоднозначная фигура. Конечно, я им восхищаюсь, но есть много вопросов. По этому поводу нужно не просто отдельное интервью, а отдельный зин.

 

— А что из художественной литературы вы прочли за последний год?

РИТА: Я очень много читаю, как художественной, так и документальной литературы. Особенно впечатлили Сартр, Ремарк, Войнич, Бальзак, Шаламов, Гонсалес Гальего.

НИКОЛАЙ: Пелевина «Generation П», Стивена Кинга множество, перечитал кстати «Чиполлино». Больше нехудожественной. Технической по учебе и работе. Радиотехника всяческая.

АНДРЕЙ: Мне запомнилась книга Паланика «Призраки». Фадеева «Разгром» дочитал. В последние дни очень мало времени свободного: работа, музыка и ещё куча дел – так что не получается много читать.

 

— Какую книгу вы бы посоветовали прочесть читателям сайта RKSMB.ORG? Почему именно эту книгу?

АНДРЕЙ: У Дмитрия Глебова недавно вышла новая книга «Чёрный троллейбус». Всем рекомендую.

НИКОЛАЙ: «Мастер и Маргарита». Не устану перечитывать. Но её и так все читали, думаю.

РИТА: Николай Островский «Как закалялась сталь». Не могу давать аннотацию к этому произведению, оно слишком сильное и глубокое. Кому интересно, сами прочитают и всё поймут.

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *